Чтение онлайн

Память услужливо восстановила перед ним картину раннего утра, когда Оливия проснулась в его руках, и Майклсон мгновенно вспомнил, насколько нежна ее бледная кожа и как сладок вкус алых губ.

Никто не имеет права прикасаться к ней!

Элайджа прищурился, нечитаемым взглядом скользя по толпящимся вокруг Лив мужчинам, и в этот миг в кармане его пиджака ожил телефон. Темные глаза вспыхнули досадой. Бесконечные звонки организатора свадьбы наверняка были происками Кетрин, которая решила испортить его последние свободные дни. Майклсон чертыпыхнулся, сбрасывая вызов, и его взгляд вернулся к Оливии, которая, наконец, оставшись одна, смотрела на него с робкой улыбкой.

Теперь, когда с ее губ сорвалось признание о том, что его чувства взаимны и Лив, кажется окончательно смирилась с тем, что станет его любовницей, Элайджа должен был быть счастлив от того, что она была готова к логическому продолжению случившегося утром, но вместо эйфории от долгожданной победы, он чувствовал неожиданные муки совести.

Майклсон говорил ей правду. Он, действительно, никогда не испытал желания такой силы, заставляющее сходить с ума, и в этом плане Оливия была для него единственной. Но во всем остальном…

Слова Кетрин о том, что лишь дурочка осмелится в него влюбится, вновь зазвучали в ушах Элайджи, заставляя нахмуриться. Оливия Картер дурочкой не была. И он, также не будучи дураком, не должен был желать ее любви, которая могла лишь разбить девичье сердце, когда их отношения подойдут к неминуемому финалу, но вопреки всем доводам разума чувствовал Майклсон совершенно иное.

Погруженный в свои мысли Элайджа не заметил, как они остались в офисе вдвоем, и Лив подошла к нему совсем близко, изучая его застывшее лицо подозрительным взглядом.

— Что-то случилось?

Майклсон поднял на девушку глаза, и невольно залюбовался ею. Оливия выглядела одновременно невинно и настолько чертовски соблазнительно, что он не смог сдержаться, притягивая ее к себе. И все сомнения по поводу правильности его действий мгновенно вылетели из головы Майклсона, когда Лив сама прижалась к нему, обвивая тонкими руками мужскую шею.

— Ты решила стать послушной, синеглазка? — низким голосом проговорил он, скользя ладонями по узкой спине.

— Я решила прислушаться к твоему совету, — прикусила губу Оливия, смущенно краснея.

— К какому именно? — склонил голову Элайджа, не отрывая горячего взгляда от прекрасного лица девушки.

— Тому, что не стоит бороться с неизбежным.

Сказав это Лив опустила взор, и Майклсон осторожно приподнял вверх ее маленький упрямый подбородок, заглядывая в синие глаза.

— Ты сводишь меня с ума, Оливия.

Девушка шумно выдохнула, широко распахивая глаза, и Элайджа склонился к ее лицу, сминая алые губки в страстном поцелуе. Лив прижалась к нему теснее, отвечая, и Майклсона мгновенно повело, стоило ее маленькому язычку коснуться его языка, даря несмелую ласку.

Она была еще лучше, чем в его фантазиях. Нежнее. Слаще. И его собственное желание было намного-намного сильнее. Элайджа стиснул обтянутые тонкими брюками ягодицы, усаживая ее на рабочий стол, и Оливия застонала прямо в мужские губы, когда он развел ее бедра, устраиваясь между ними.

— Если ты сейчас не остановишь меня, я возьму тебя прямо здесь, Лив, — хрипло проговорил Майклсон, блуждая горячим взглядом по прекрасному девичьему лицу, на котором особенно выделялись огромные синие глаза совсем мутные от желания.

— Сюда могут войти, — тихо отозвалась девушка, тяжело дыша, — или ты тайный эксгибиционист?

— А ты, маленькая плутовка, которая напрашивается на наказание за свои скабрезные шуточки, — нарочито грозно произнес Элайджа, сильнее стискивая девичью попку, — тебе понравилось то, что я сделал, когда приехал? Я могу повторить это…

— Опять хочешь меня избить? — выдохнула Оливия.

— На этот раз я буду нежен, синеглазка, — хрипло ответил Майклсон, мягко толкаясь пахом меж разведенных бедер, — сначала немного отшлепаю тебя, а потом приласкаю. И когда ты будешь молить меня взять тебя, я это сделаю. Так, как хочу. А ты будешь, Лив. Поверь мне.

— Может быть, прежде хотя бы пригласишь меня на ужин?

Оливия скорчила нарочито недовольную гримаску, и Элайджа тихо рассмеялся, выпуская ее из объятий.

— Давай сократим наше переходящее в жаркую ночь свидание до выпивки? — прищурился он, наблюдая за тем, как Лив поправляет прическу.

— Годится.

Девушка улыбнулась, и рука об руку они направились в Мистик Гриль. Расположившись за стойкой, они сделали заказ, и прежде чем бармен наполнил бокалы светлым пивом, Элайджа успел рассмешить Лив историями из жизни его и братьев, от которых девушка раскраснелась, безуспешно пытаясь выровнять дыхание после долгого смеха. Майклсон же только любовался ей, жадно впитывая каждое мгновение, которое они проводили вместе, не забывая о том, что всего через несколько часов он, наконец, получит то, о чем так долго грезил.

Оливию Картер в своей постели. Непокорная синеглазка будет принадлежать ему. Только ему. И эти мысли сводили его с ума, делая темноту в брюках просто невыносимой.

Лив вновь рассмеялась, забавно морща свои вздернутый носик, и Элайджа наконец смог пересчитать ее крошечные веснушки, которых оказалось ровно тридцать три. Ее тонкие пальцы касались его ладони. Случайно. Невзначай. Но каждое ее прикосновение будто ударяло его током. Она была так безумно, ошеломляюще красива, что Майклсону почти не верилось, что раньше он мог считать привлекательным кого-то другого.

Оливия Картер, чьи синие глаза светились от смеха, казалось заполнила собой весь его мир. И он не мог сопротивляться, когда она, смущенно потупив взор, предложила отправиться в отель.

Весь путь они оба молчали, не касаясь друг друга даже пальцем, но стоило им оказаться в маленькой гостиной, их тела сами нашли друг друга, сливаясь в горячем поцелуе. Но прежде чем Элайджа окончательно потерял голову, Оливия мягко отпрянула от него, заглядывая в почерневшие от желания глаза.

— Иди в спальню. Мне нужно на минутку в ванную.