Чтение онлайн

— Вам ведь известно, что я соврала вам, не так ли?

— Соврали?

— Она не… Фэб никогда не смогла бы ударить кого бы то ни было.

Тренер хмыкнул:

— Не рассчитывайте на это.

— Простите?

— Ничего. Продолжайте, пожалуйста, прошу вас. Молли была не готова к разговору о своих отношениях с Фэб. По правде сказать, Фэб пытается вести себя так, словно младшая сестра ей действительно нравится, но этого не может быть, потому что Молли постоянно дерзит ей. Ей и самой хочется быть помягче с сестрой, но как только она вспоминает, что отец любил только Фэб, все ее добрые чувства куда-то улетучиваются. Зато ей очень симпатичен тренер Кэйлбоу. Он забавный и милый. Он заставил ребят в школе обратить на нее внимание. Она и Джеф теперь постоянно перебрасываются парой слов, встречаясь у своих шкафчиков.

— Мне хотелось бы, чтобы вы заехали к нам сегодня, мистер Кэйлбоу, — сказала она. — Но я не хочу вам мешать.

— Как может такая приятная юная леди кому-то мешать?

— Ну, если вы так уверены.

— Конечно, уверен. Когда Фэб приедет домой, скажите ей, что я собираюсь заскочить, когда смогу отсюда вырваться. Так будет нормально?

— Это будет замечательно.

— А если она заявит вдруг, что не пустит меня на порог вы объясните, что это вы пригласили меня и что ей придется потерпеть мое общество. Увидимся вечером, миз Молли.

— До встречи.

Дэн повесил трубку. Он усмехнулся, глядя на Фэб сверху вниз, усевшись на угол ее стола.

— Я приеду к вам с пиццей сегодня вечером. Твоя сестра пригласила меня.

Фэб с трудом подавила радость.

— Неужели нельзя было сначала спросить у мен"?

— Я хотел, но потом решил, что так будет вернее.

— Может быть, я не хочу тебя видеть.

— Конечно, хочешь. Всем известно, что женщины считают меня неотразимым.

— Только в твоих мечтах.

— С чего это ты сегодня такая занудная?

— Тебе известно, во сколько приземлился самолет. Я спала пару часов.

— Этому состоянию придают слишком много значения.

— В твоем случае — возможно, но я не робот, запрограммированный на трехсменную вахту.

Он засмеялся, а она стала рыться в своем ящике в поисках пузырька с таблетками аспирина. Она пыталась напустить на себя строгий и деловой вид, но это ей плохо удавалось. Вчерашняя ночь что-то изменила в их отношениях.

Этот грубиян из Алабамы никогда не узнает, какой драгоценный подарок он ей преподнес. Она теперь совсем не боялась сексуальной близости, по крайней мере с ним. Более того, она страстно желала ее, но совсем не хотела, чтобы при этом ее сердце разрывалось на миллион кусков.

Он слез со стола и пересел в ближайшее кресло.

— У нас есть неоконченное дельце, с которым мы должны разобраться. Если ты помнишь, вчера мы оба немножко сбрендили перед тем, как закончить нашу беседу.

Она все возилась с пластмассовой крышкой пузырька, пытаясь подцепить ее ногтями.

— Черт. Никогда не, понимаю, в какую сторону, крутить эти штуковины. Ненавижу всяческие предохранительные устройства.

— Не рассчитывай на мою помощь. Я могу взять триста фунтов на грудь и дожать их, но все эти склянки разлетаются у меня в руках в мелкую крошку.

Как и ее бедное сердце, подумала Фэб и усмехнулась. Дэн прав. Им надо поговорить. Отставив пузырек в сторону, она положила руки на стол.

— Хочешь начать первым?

— Хорошо. — Он вытянул ноги. — Все очень просто, и не о чем долго говорить, Я — главный тренер, ты — владелец. Я буду признателен, если ты не будешь указывать мне, как я должен делать мою работу. А я, со своей стороны, беру на себя обязательство не совать нос в твои дела.

Фэб внимательно посмотрела на него:

— Напомню, если ты запамятовал, что ты постоянно суешь нос в мои дела с тех самых пор, как вломился ко мне В Манхэттене.

Он принял обиженный вид.

— Я полагал, что мы оба хотим спокойно договориться, а не ссориться. Хотя бы единственный раз в жизни, Фэб, сделай над собой маленькое усилие и возьми себя в руки.

Фэб потянулась к аспирину и некоторое время вертела бутылочку в руках. Затем она проговорила медленно и нарочито мягко:

— Продолжайте, тренер Кэйлбоу.

Это официальное обращение не возымело действия.

— Я не хочу, чтобы ты вмешивалась в ход тренировок и разлагала команду.

— Каким же образом я ее разлагаю?

— Что ж, по-моему, это понятно и без слов. Твое выпендривание в раздевалке перед игрой стоит первым пунктом в моем списке претензий. Если у тебя есть что-то, о чем ты хотела бы сообщить команде, свяжись со мной, и я объявлю ребятам твою волю. Я также буду признателен, если во время перелетов ты будешь оставаться на своем месте, а не болтаться по самолету туда-сюда.

Единственным исключением, как я думаю, могут быть только возвращения домой после победы. Возможно, это неплохо бы соответствовало моменту, если бы ты быстро прошлась по рядам с поздравлениями. Но я не хотел бы, чтобы это выглядело преувеличенно помпезно. Пожми несколько рук, а затем оставь их в покое.

Она надела очки в оправе под шкуру леопарда и внимательно взглянула на него:

— Боюсь, ты находишься под ошибочным впечатлением что меня прихватил приступ женской истерии, когда я напомнила тебе… достаточно ощутимо, насколько я помню… что «Звезды» — моя команда, а не твоя.

— Ты же не хочешь опять заводить эту шарманку, не так ли?

— Дэн, я хорошо усваиваю уроки и знаю, что большое число людей с солидной репутацией полагают, что ты на пути к тому, чтобы стать одним из самых замечательных тренеров в НФЛ. Я знаю, что «Звездам» повезло, что ты у них есть.

Несмотря на искренность ее тона, он беспокойно смотрел на нее.

— Продолжай.

— «Звезды» подошли к этому сезону, обласканные надеждами болельщиков и прессой, и после первых проигрышей между мечтой и действительностью образовался вакуум, куда ведрами хлынули помои. Возня вокруг моей персоны, должна признать, тоже добавила в эту бочку дерьма. Все — от тренеров до новобранцев — в команде завибрировали, и напряжение постоянно нарастало. Дело дошло до того, что все, в том числе и ты, забыли о главном, а именно о том, что игра есть игра. От игры надо получать удовольствие.