Чтение онлайн

– Циферки, говорите? – скалил зубы ободрившийся Варан. – Это не циферки, это крайние, хе-хе, метры! Я проведу вас, Рамзес, если договоримся, конечно. Обдумайте свои гарантии!

Подначки не задевали Глеба, Варан для него словно умер. Сталкеры, впрочем, и раньше существовали в параллельных реальностях, очень уж Рамзес не любил таких… скользких пресмыкающихся.

Трасса тем временем становилась все сложнее, и Рамзес начал выматываться от постоянного напряжения.

– Иди вперед, - приказывал он Инге, когда начинала донимать контузия или наоборот, циркулирующие в крови наркотики.

Девушка заменяла его на спокойных участках. Она двигалась медленно, но тут уж ничего не попишешь - Зона. Нехоженая. Глеб и сам застрял у неприметного овражка на полтора драгоценных часа, пока нашел способ переправиться. Не было у овражка дна. Ни Глеб его не чувствовал, ни Ингин сканер. И камни не долетали, пропадали в никуда.

После овражка встали отдыхать. Участковый выглядел совсем плохо, отвечал невпопад, взгляд его блуждал, не задерживаясь даже на тушенке. Иногда загорался изумлением – где я? в какой такой Зоне? со мной такого быть не может! – и тут же потухал.

– Поплыл Витек, - сделал вывод Варан и надрывно вздохнул. – Вот не повезло, так не повезло. Ох, грехи наши…

Инга отошла в кусты, просканировав вокруг на предмет аномалий, и Глеб воспользовался моментом. Вместо контузии организм боролся с наркотиками, с завидной регулярностью приказывая сбросить накопившийся яд. Рамзес часто мочился, но дурь не отпускала, туманила рассудок и замедляла реакцию.

– Больше никаких уколов, - приказал Глеб вернувшейся Инге. – Лучше прикладом по затылку.

– Я думала, ты умираешь.

Девушка говорила спокойно, без всегдашней своей вспыльчивости.

«Растет девчонка!
– с уважением подумал Глеб. – Спровадить бы ее в Стройбат. Пусть и дальше растет».

Эта мысль захватила его полностью. Он перестал гадать, кто из них обманывает, она или Цент. Какая к черту разница?! Пусть она выживет! Пусть эти серые глазищи и дальше смотрят на мир с вызовом! Неужели непонятно, что это важнее, чем все трансмутаторы вкупе, настоящие и придуманные?!

– Рамзес, я вот думаю… - Инга села близко и говорила полушепотом. – Если этот Костя-Фокс дошел до трансмутатора, почему же не взял? Трансмутатор – вещь… как это?.. окончательная. Такие не продают и тем более не дарят, за них глотки рвут.

«Это ты в точку!» - усмехнулся про себя Рамзес.

– Интересный вопрос, - разговорился он, не иначе расслабившись от женского тепла рядом. – Я его тоже думаю. Фокс считался жестким парнем. Просто так под Артура не пошел бы. Вариантов-то, в общем, два. Или Князь его чем-то держал крепко. Или… мы чего-то не знаем.

– Ты имеешь в виду – трансмутатор невозможно взять?

– К примеру. Или его там просто нет, а есть что-то другое.

Инга поежилась:

– Типун тебе! Нет, трансмутатор существует. Его видел… один человек.

Глеб не стал расспрашивать. Видел и видел, какая теперь разница. Сталкер не хотел услышать нечто такое, что расставит все по местам. И сероглазая Инга, женщина, которая волнует его до сердечного обмирания, окажется врагом. Что тогда?

«Эмоции, сталкер…»

Варан поднялся и тоже шагнул за кусты. Инга покосилась на него, но отодвигаться не стала. Спрятала вдруг лицо в ладонях, качнулась вперед-назад, едва не клюнув Глеба в подбородок.

– Господи, скорее бы дойти! – сказала она таким измученным голосом, что у Рамзеса в горле перехватило. – Как она выматывает, эта твоя Зона!..

Глеб осторожно взял ее руки, отвел от лица. Слез в покрасневших от усталости глазах не увидел.

– Кольцо не сняла, – пожурил он, разглядывая перепачканную ладонь с отметинами сорванных мозолей. Ни одна самая ухоженная рука не рождала в нем такую бурю нежности.

– Это талисман, - объяснила Инга странным голосом.

Глеб прижался к ее ладони щекой. Контакта как в прошлый раз не случилось, да Рамзес и не стал бы тратить на него силы. Но Инга все равно что-то почувствовала, даже сквозь колючую щетину.

– Глеб, если бы ты мог выбирать… где бы ты хотел оказаться? – негромко спросила девушка.

Глебу не пришлось раздумывать, но он тянул с ответом. Конечно, в Ялте, куда они с Никой укатили на последние деньги, оставшиеся от свадьбы. Ночевали в спальниках, в палисаднике у добродушной хозяйки, гуляли, купались, любились, и плевать им было на очередные не то выборы, не то революцию. Часто спорили, и однажды Глеб, проспорив, нырнул прямо с набережной. С индейским кличем – как он его представлял. Ника восторженно завизжала и сиганула за ним, перепугав отдыхающих.

Рамзес вспоминал Ялту в самые трудные моменты, когда приходилось из последних сил хвататься за жизнь, и трусливая мыслишка «зачем?» всплывала, незваная, из глубин подсознания. И вот сейчас… Мысль о Нике не вызвала, как прежде жгучих и противоречивых чувств. За одно это Глеб был благодарен Инге.

– В Ялте, летом девятого года, - все же ответил Рамзес. – А ты?

– Не знаю, - призналась Инга. – У меня богатый отец. Я много где бывала, сначала с ним, потом… не с ним, но так чтобы для души, чтобы на всю жизнь запомнилось, такого нет. Калейдоскоп, чехарда какая-то.

Она шевельнула пальцами, и Глеб нашел губами ложбинку на ее ладони.

Инга замерла, потом едва слышно попросила:

– Перестань! Не надо…

«Надо!» - готов был закричать на всю Зону Рамзес.

– Все будет хорошо, - сказал он, напрочь забыв, что еще утром сулил ей неминуемую погибель. – Нужно верить в себя.

– Не знаю почему, но я верю в тебя. Никогда никому так не доверялась, и это меня… - Инга не могла подобрать верного слова (пугает? а может возбуждает?) и неловко закончила, - нервирует.