Чтение онлайн

— Отлично, — Аластер хлопнул в ладоши. — Сейчас я буду называть номер отряда и его лидера. Чьи имена я назову — выходите сюда.

Откашлявшись, он открыл папку.

— Прошу заметить, я составлял отряды, основываясь на личные дела каждого. Итак. Северная часть, сэр Рэмси, третий столп личного отряда военачальника.

Эмма фыркнула, скосив глаза на сэра Рэмси. Просто невероятно странный человек. Казалось, он похож одновременно на всех людей вместе. Абсолютно ничем не выделяющийся мужчина, которого они все едва ли узнают в коридорах дворца. Это такая комуфляжная экипировка?

— Западная часть, командующий личной армией губернатора Сазерленда — сэр Кит.

Едва ли не спотыкаясь, мужчина из дальнего ряда поспешил на центр. Его Эмма сразу узнала. Хороший человек, можно даже сказать честный, с его волей, пойди он по головам, Кит добился бы куда большего. Но он был человеком тихим, с присущей таким людям невзрачной внешностью.

— Восточная часть, четвёртый рыцарь Эмма Аннандейл.

Опешив до глубины души, девушка едва смогла подняться на трясущихся ногах. Она?! Не второй, не третий, не даже шестой? Почему она? Казалось, теперь все взгляды устремлены на неё. Неловко поёжившись, Эмма расправила плечи вздёрнула подбородок. «Не теряй лицо, Эм».

— И, наконец, я своей персоной, — вышел к ним Аластер. — На мне и моей команде южный округ.

В зале так и висело неловкое молчание. Родерик прошёлся раздвоенным языком по нёбу. Надо же. Маленькая Эмма отхватила лидерство и её командам будут подчиняться. Что будет, если его распределят к ней? Да чтобы он, эту мелкую… Да и остальные были крайне недовольны. Остальная четвёрка личного отряда лорда Цепеша с неприкрытым желанием расправы смотрели всё туда же, на Эмму. Так уж вышло, что не оспоришь Аластера, что командует всей этой идиотской задумкой, третьего столпа, что внушал странное чувство оцепенения, да и старого командующего, что прошёл на своём веку не одну войну. А вот она, крошка Аннандейл, вполне годна пойти на корм.

— Теперь, прошу остаться лишь лидеров. Мы обсудим участников ваших команд и распределим их, — он глянул на остальных. — С подчинёнными у лидеров завтра на шесть утра собрание и инструктаж. Списки увидите на губернаторской информационной доске.

Никто и не шелохнулся.

Аластер ухмыльнулся.

— До завтра, господа.

***

Понедельник, 30 июня 2025 года 6:00 до полудня

Территория нынешней Британии

Тринадцатая колония

Чикаго, Иллинойс

Графство Стратмор и Кингхорн

Тонкие руки нежно перебирали красные пряди, будто играя с прирученным огнём. Бертольда млела от мягких движений. Наверное, если прислушаться, то можно было услышать, как она мурчит. Уткнувшись лбом в крепкое плечо, она изредка вела головой, подставляясь под ласки любимых рук, при этом ведя характерно немецким носом по тёплой коже мужчины. Такой нежный и родной, её граф, с которым они прошли так много невзгод. Только она, Берта, знала его настоящего, только она была достойна этих ласк. Только она тысячи раз встречала его от других женщин пьяного, приводила в чувство и все равно любила ещё сильнее, чем раньше.

Такая слепая любовь, доступная лишь раз в жизни, Бертольда видела, какой граф Аддерли бабник и наглец, но, в то же время, она видела и другую его сторону. Вот такую близкую, сокровенную, где Ллойд настоящий. Он знает о ней все, он готов жизнь ради неё отдать и даже намного больше! Как бы он не задирал юбки другим, Аддерли всегда приходил домой, где самыми ласковыми руками дарил Бертольде неописуемое наслаждение.

Она была его дворецкой и не только. Его девочкой, его послушной и верной партнершей. Именно Берта управляла всем поместьем, именно Берта вдыхала жизнь во всё вокруг. Даже в делах Ллойда была её лепта. И Бертольда наслаждалась щедрой оплатой за свой труд.

Но вдруг рука выскользнула из плена волос, опускаясь на тыльную сторону шеи и надёжно поддерживая её. Любимые, такие знакомые, изученные от и до губы, приблизились и невесомо тронули уголок губ, заставляя расплыться в счастливой улыбке.

— Мой лорд, — мечтательно протянула дворецкая, упираясь ладонью в ключицу.

— Бертольда, — вторил ей Аддерли, оставляя новый короткий поцелуй, на этот раз в районе виска, а рыжеволосая слегка приоткрыла глаза и провела кончиками пальцев вдоль выразительной линии скул графа.

Сближая их лица все больше и больше, Ллойд принялся оцеловывать нежное ухо, почти полностью лишая Берту слуха и превращая все осязаемое в тихие причмокивания.

Но вдруг, в ухе стал звучать странный писк. Не равномерный, а резкий и назойливый, будто заставляющий выскочить и бежать в неизвестном направлении. Но, о Господь всемогущий, как же не хотелось вставать.

Грубый стук в дверь. Резко поднявшись, Бертольда приложилась затылком о фигурную спинку кровати и досадливо потёрла место ушиба.

— Шесть часов утра, тунеядка! — раздался грубый голос матери, заставляя поёжиться. — Подъем!

Раздосадованно зарычав, Бертольда упала лицом в подушку и с силой ударила по рыдающему будильнику.

Слегка выглянув из-за угла подушки, дворецкая осмотрела свою небольшую комнатушку и провела ладонью по холодной простыне.

— Доброе утро, поместье Аддерли. Доброе утро, мой граф.

Ещё минута, и она поднимется. Оденется, чтобы выглядеть, как всегда, идеально. Её с головой утянет ежедневный труд, беготня и суматоха, которая, слава богу, не даёт отвлекаться на глупые мысли. Нужно думать, что делать с этой бестолковой служкой, как помирить глупых хозяйских девчонок, что не поделили хозяйского мальчишку, перепроверить свежесть продуктов, спуститься в погреб и пересчитать бочки вина. Ещё минута… Но эту минуту она проведёт с закрытыми глазами и полуулыбкой на лице.

***

— Утро, Ллойд, подъем, — Бертольда потянул за одеяло, которым так старательно укрывался граф. — Тебе сегодня работать. Поднимайся, ленивая ты задница!

— Сгинь, Берта, — Аддерли остался лежать в сорочке, слюнявя подушку. — Я лёг два часа назад, у меня была трудная ночь.

Изогнув бровь, дворецкая раздвинула шторы и взяла с прикроватного столика уже заваренную чашку с чаем.

— На, пей. Позавтракать можешь и не успеть, с твоими-то сборами.

Сев, Ллойд буквально уронил лицо в ароматный напиток. Язык обожгло, но он лишь сонно продолжал делать мелкие глотки, пытаясь избавиться от сухости во рту.