Чтение онлайн

– Колючки.

В меня полетели десятки острых древесных шипов, не оставивших ни малейшего шанса на уклонение. Выход один – принять весь урон на Железную кожу. Шипы пробивали защиту, но входили неглубоко, причиняя лишь раздражающую боль. Не появись ядро энергии, то я бы лежал, утканный иголками, как дикобраз.

– Двойной шипастый кнут!

Елена призвала раздвоенный стебель, оканчивающийся плотными шарами с длинными шипами - получался своеобразный цеп. В отличии от Милы девушка управляла движение кнута руками, что делало удары более резкими и рваными. Шипастые шары вонзились в землю по обе стороны от меня. Самую малость промахнулась!

Я принялся концентрировать энергию для Лестницы тысячи клыков. Всего два огонька заплясало у костяшек, но силы удара хватило, чтобы перерубить толстый стебель и развоплотить его.

Забытая Мила маленьким Шипокнутом захлестнула мне шею, передавив горло. Рванув за отросток, я умудрился распороть ладонь, схватившись прямо за шип. Зарычав, вырываю мерзкое растение с корнем, но тут прилетает удар от Елены, призвавшей новое растение.

Я отлетаю, несколько раз приложившись о землю. Делаю перекат, чтобы солнце находилось ровно за моей спиной. Древесный кнут Елены натурально щелкает в воздухе, а мой лоб пронзает боль. Кровь заливает левый глаз. Но мне уже все равно.

Делаю Теневой шаг, спустя долю секунды второй. Сегодня прямо день открытий. Милое личико девушки с изумрудными глазами уже так близко. Третий Теневой шаг отдается ледяной резью в кишках, но нанесенная наотмашь затрещина бросает Елену в грязь, окупая все страдания.

Она барахтается и трясет головой, пытаясь встать. Я ставлю ногу ей на спину и нажимаю, вдавливая трепыхающуюся девушку в землю.

– Мерзкое отродье, я прикончу тебя, - задыхаясь, говорит Елена.

Я хватаю ее за волосы и оттягивая назад, вкушая сладкие стоны боли.

– Напомнить тебе, что произошло на заправке, дрянь? – я нарочно максимально близко приблизил губы к ушку девушки. – И это только начало.

– Взрыв, - я прикладывая ладонь к спине девушки, на место между лопатка.

Мана течет с небольшим запозданием, но последовавший хлопок разрывает одежду и кожу Елены, оставляя дымящуюся рану. Она вопит от боли, но я быстро зажимаю ей рот. Это за то, что чуть не выколола мне глаз, бешеная сука. Ветрова кусает меня за пальцы и получает новый Взрыв, добавивший черный подпалины и запах горелой плоти. В Хранилище маны теперь совсем пусто.

Ее челюсти разжались, а тело обмякло. Слабенькая девчушка - всего два взрыва и потеряла сознание. Выпустив мягкие волосы, я направился к замершей Миле. Девушка смотрела на меня со смесью страха и ненависти, но отчего-то не делал попытки сбежать.

Ее жалеть тоже не буду. Удар дракона летит в грудную клетку, гарантирую перелом нескольких ребер. Но перед кулаком снова встает живая зеленая стена, приводя меня в бешенство. Я даже не оборачиваюсь, превосходно зная, кто стоит за спиной.

– Это мой противник, свали, Прасковья, - хрипло говорю я.

– Ты настолько бесчестен, что ударишь сдавшуюся девушку? – отвечает та. – Ты ведь сдаешься, сестра?

Как же это раздражает. Я начинаю формировать ступени из клыков, чтобы нанести удар.

– Я сдаюсь, - пищит Мила, скрытая за толстой стеной из побегов.

– Это уже ничего не меняет, -ухмыляюсь я.

Дева-роза

Мы сверлили в друга взглядами, стараясь ментально подавить соперника. Первой не выдержала Прасковья, отпрыгнув назад, она быстро произнесла:

– Одеяние девы-воительницы покрой сие невинное тело. Доспех валькирии!

На ее груди сформировался зеленый, переливающийся, как у золотистой бронзовки нагрудник. Латные поножи с юбкой из металлических чешуек укрыли низ, а кисти рук облачились в перчатки с заостренными когтями-лезвиями. Плоский белый живот остался открытым, но я твердо знал, что там концентрация магической защиты наиболее плотная.

– Сорняк с Ветровой бьются! – закричал кто-то и вокруг моментально собрались почти все ученики.

– Клинок девы-розы! – выкрикнула Прасковья, направив на меня сияющие от силы зеленые глаза.

В воздухе повис деревянный клинок, истекающий токсично-зеленым ядом. Темное, будто мореное дерево лезвия выглядело очень острым, несмотря на неподходящий для оружия материал. Меч двигался с неразличимой глазу быстротой, меняя свое положение для различных ударов. Зато мелкие движение пальцев Прасковьи я различал вполне четко и решил полагаться на них.

Большой палец девушки сдвинулся влево и клинок мгновенно переместился, расположившись горизонтально. Среагировав на новое движение, я рухнул на землю и тут же надо головой промчался древесный меч. Если он заденет меня на такой скорости, то легко разрежет надвое, а жуткий яд расплавит плоть. Мария вылечит раны, но неимоверную боль из-за повреждений никто не отменял.

Следить за движением пальцев, когда тебя пытается нарезать здоровенный деревянный клинок не так уж и просто. Вдобавок приходилось накапливать клыки. Перекат, затем прыжок назад. Меч порхает, словно птица, мне же приходится бороться к проклятым притяжением. Я зазевался и лезвие распороло левое бедро, мгновенно почерневшее и выдохнувшее тяжелый запах разложение.

Наши с Прасковье тени пересеклись, слившись в одну линию. С раненой ногой стало труднее, но я использую Теневой шаг. Двадцать один клык. Посмотрим, насколько прочны доспехи валькирии.

Энергия выплескивается и стальные клыки вгрызается в появившуюся преграду из ветра. Барьер натянулся, словно пленка под натиском разъяренного тигра, но смог полностью поглотить удар. За спиной ощущается давление воздуха – там оказывает еще один воздушный щит. Он удерживает острие древесного клинка, направленное точно мне в затылок.

 - Вот же неугомонные детишки, - покачал головой Марк. – Занятие закончилось, вот.

– Яд розы-людоеда, - озабоченно всплеснула руками Мария. – Пойдем, нужно кровь почистить.