Чтение онлайн

– За сколько ты туда доберешься?

– За сколько?

Этот практичный выходец из деревни, привыкший обирать бессловесных гастарбайтеров заполонивших Москву, стал вслух считать:

– Пятьсот туда, пятьсот обратно. Я на милицейской машине поеду. Надо же ребятам тоже отстегнуть. Вход в клуб не меньше…э…э…на Рублевке не меньше чем две штуки, я так думаю. А то и все две пятьсот. И я хоть ваш участковый…

– Но тоже кушать хочешь! – поддел его злой на язык Мясоедов.

– Сколько твоя информация стоит? – жестко спросила Кизякова Полина.

– Какая информация? При чем здесь, стоит? – завертелся как уж на сковородке участковый. – Я если возьму деньги, то только как расходы на дорогу и на билет в клуб. Зайти надо. Проверить, убедиться. Я знаю, у вас последнее время плохо с универмагом. Но сто евро разве для вас деньги?

– Кто тебя в элитный клуб пустит? – продолжал бичевать участкового Мясоедов. – У тебя же на лице написано, что ты вчера приехал из Талдома. Если знаешь что, выкладывай, а не надо вымогательством заниматься. У человека горе.

– Друг! – осадил его участковый, – не надо со мной так разговаривать. Мы еще и не таким как ты руки выворачивали.

Костя резко понизил тон:

– Хорошо! Даже если зайдешь, что ты скажешь этой мадам? Мало с кем она в этот момент встречается?

Участковый презрительно смотрел на Константина Мясоедова.

– Друг. Мне-то как раз будет ей что сказать, а если надо и напомнить. Ей скандал совсем не нужен. Она если знает где Роман, то обязательно скажет. У меня, – участковый похлопал по папке с бумагами, – есть заявление, кого она… любит. Она выгнала прежнего водителя, а он много чего про нее рассказал.

Полина протянула участковому пятитысячную купюру и он тут же откланялся.

– На хорошей машине друг ездишь. – пожимая на выходе руку Косте, сказал он. – Я тоже скоро на такой буду ездить.

Когда дверь за участковым закрылась, было высказано единодушное мнение, что участковый современный малый, быстро в рынок вписался.

– На самом деле, никуда он не поедет.

– А если поедет, то заявление, что на депутатшу написали, ей же продаст.

– А себе копию оставит.

– Нотариально заверенную.

– Зачем деньги тратить. Он попросит еще одно такое же написать.

И вдруг Костя предложил:

– А давайте охранника на въезде поспрошаем как следует, что он видел?

Кизякова резко воспротивилась.

– Его уже милиция допрашивала.

Однако Костя Мясоедов вытащил на лестничную площадку Эдит.

– И двор заодно еще раз обойдем.

Они с Эдит вышли и в квартире остались Елизавета и хозяйка Кизякова. Елизавета помогла Полине сложить посуду в посудомоечную машину и немного прибраться на кухне. Пора было собираться домой. Не успела Елизавета два слова произнести, как хозяйка дома, словно предугадав ее намерения, предложила остаться:

– Елизавета если дома вас никто не ждет, можете любую из трех спален выбрать и идти отдыхать. У вас завтра трудный день. И мне как-то спокойнее будет на душе. Хорошо что ты с ними приехала.

Лиза решила остаться. Объяснения своему поступку, внятно она не могла дать. Нет, не было это желанием заглянуть в замочную скважину. А что же тогда?

Костя Мясоендов и Эдит вышли в коридор. Когда за ними захлопнулась тяжелая металлическая дверь, Костя спросил:

– И что ты обо всем этом думаешь?

– Скрытная она очень!

– Да, я не о Полине! – с досадой сказал Мясоедов, – что ты Эдит насчет этой депутатши думаешь?

– Все вы мужики кобели! Только увидите новую юбку и забыли все на свете.

Мясоедов обиделся за весь мужской пол.

– Ой, так уж он и разбежался за нею.

– Может быть не за нею, а за ее миллионами.

Мясоедов усмехнулся.

– Ага, так спешил, что и дверь Мерседеса не закрыл, и барсетку забыл, и кровью сиденье забрызгал. Так не бывает.

На лифте они спустились во двор и подошли к будке охранника. Охранник был еще тот, прежний. Он сам вышел им навстречу и спросил:

– Не нашелся еще супруг вашей знакомой?

– Нет! – ответила Эдит.

– Милицию вызывала! – с какими-то осуждающими нотками в голосе воскликнул он. – Подсказал на свою голову.

– Что подсказал? – в унисон спросили Костя и Эдит. Охранник секунду размышлял говорить или нет, потом решился и сказал:

– Когда он, ее муж как сквозь землю провалился, крови на сиденье не было. И вдруг, когда милиция приехала, она как по волшебству на сиденье оказалась.

– А ты тут при чем?

Охранник пожаловался.

– Я ей подсказал, что без крови, милиция не приедет, вот она и перемазала сидение.

Мясоедов расхохотался.

– Получается ложная тревога?

– Не знаю, я ее дел! – нехотя ответил охранник. – Слишком она крутая баба.

– А что, – спросил Мясоедов, – он действительно мог уехать с этой депутатшей на ее Бентли.

– Нет, не мог! – твердо ответил охранник.

– То есть?

– Как?

Удивлению Эдит и Мясоедова не было предела.

– А так, я в отместку, что она меня с кровью перед милицией подставила, сказал понарошку, про эту депутатшу. А она на самом деле, уехала за пять минут перед тем, как он во двор заехал. Так, что не мог он никак оказаться вместе с нею.

– Н..да! Дела! – воскликнул Мясоедов. – Что ж ты раньше об этом молчал?

Охранник независимо пожал плечами.

– А кто меня спрашивал?

– А теперь чего раскололся?

Охранник был также невозмутим.

– Посидел, подумал. Смотрю, дело такое нехорошее заворачивается. Завтра, если надо будет, милиция по минутам это дело раскрутит. А мне это надо? Участковый бегает. Все здесь вынюхивает.