Участковый – Васька Генерал
Шрифт:
– И где он заблудился?
– В Муромских лесах. – ответил Мясоедов. С него слетела злость.
– Ну, тогда в три дня он не уложится. – сказал участковый, – Уж на что я лесник, и то забрел один раз на болото. Четыре дня искал, тропу. Думал, так там и загину. Так, что неделя сроку, если не больше.
– Я его жену попросил, – сказал Мясоедов, – чтобы, как только Кайман появится, он нам позвонил. Видите, телефон молчит.
Глава 19
Так бы разговор и тянулся ни шатко, ни валко, винили бы, попивая чай и виски сидевшие в гостиной гости, какого-то Каймана, которого толком никто не знал, если бы на пороге, не появился водитель Романа – Володя. У него, на голове была профессиональная, водительская фуражка, во рту блестела золотая фикса, плечист. Взгляд открытый и напористый. Ростом и лицом, действительно, чем-то смахивал на Кизякова Романа. С первого взгляда, и не поймешь, пока не присмотришься.
Еще с порога, увидев человека в милицейской форме, он кисло поздоровался вместе со всеми. От него прилично разило спиртным, но держался на ногах он твердо. За ним стояла хозяйка дома, ходившая открывать ему дверь. Она предложила ему сесть, но он категорически отказался и как на римском Форуме поднял руку:
– А вот и я сам. Не ищите меня дома, моя дорогая милиция. У меня сегодня праздник! – во всеуслышанье объявил он. – Сын родился.
– Поздравляем, Володя!
– Пусть растет большой!
– С сыном тебя, Володя!
Володя потешно поклонился в пояс и сказал:
– Спасибо! Но я смотрю, кому-то неймется. Хочет испортить мне праздник. Шлет эсэмески на мой мобильный телефон, «сын не твой, сын не твой». А свой номер отключил, чтобы я не вычислил кто это!
Сидящие в гостиной невольно потупили глаза. Три часа назад Костя Мясоедов раскрыл тайну отношений жены своего водителя и Романа Кизякова. Так, что большой тайны для присутствующих водитель Володя не открыл. Он лишь с презрением оглядел всю кампанию.
– Ну, что у всех алиби есть? – шумно выдохнул он, отдающий праздником, спиртной дух.
– Вы, что имеете в виду? – быстро спросил участковый.
– Что я имею в виду? А то и имею, что кто-то один из вас убил Романа и обеспечил себе алиби. Один я без алиби. Так, что можете арестовывать хоть сейчас, но сначала, я скажу все, что думаю о ваших персонах и гы. гы. гы… тогда может быть товарищ милиционер заберет не меня, а вас. Я видал кровь на сиденье.
– Володя, ты что говоришь? – остановила его Полина.
– Не перебивайте меня. Не надо! Ха, ха! Тот, кто шлет мне эсэмэски, думает, что я не знаю, что моя жена встречалась с Романом. Да я еще до женитьбы на ней об этом знал. Я их молодые фотографии видел. Вы мне говорите сын не мой? Кто вообще об этом мог знать? Только четыре человека здесь и пятый, убитый Роман. И больше никто. Так, что мои дорогие я сейчас все поставлю на место. А с сыном, мой он или не мой, я как-нибудь разберусь. Хотя после смерти Романа и разбираться нечего.
– А почему вы считаете, что он мертв? – спросил участковый.
– Сейчас расскажу, и вы все поймете.
– Может быть, ты Володя чаю выпьешь? – спокойно спросила Полина и дотронулась до его руки. Водитель дернулся, как от удара током.
– Хочу, не хочу! Кому, какое дело до меня? Вот с тебя милая моя и начнем. Меня просто поражает твое лицемерие. О, женщина, о змея, о, исчадие ада! Ты, которая его заказывала, теперь сидишь под охраной милиции? Мама мия!
– А нельзя ли поподробнее! – спросила Эдит.
– Пьяный бред, какой-то! Тебе может постелить? Иди поспи! – Полина сделала вид, что собирается уходить, и осталась.
Водитель неприязненно посмотрел на нее.
– Бред говоришь? Нет, не бред. Помнишь, как мы ездили на Селигер. Возил я вас с Романом. И моя Ольга тогда упросила ее взять. Взял я ее на свою голову. Как-то раз они с твоим мужем Романом пошли к озеру, а ты Полина, мне сказала, что у них связь. Помнишь? И предложила мне в отместку наставить мужу рога. Не мужик разве я? Мужик. Тебе даже понравилось. А потом ты нашу связь поставила на поток. Роман в командировку, а я с деловым видом с утра к тебе. Как солдат, в спешке, на скорую руку. Сделал дело, гуляй смело.
Никак я тебя понять не мог, что тебе от меня надо было? Ну, рога Роману хотела наставить, наставила. А дальше что? Ты же баба хитрая, ты хотела, чтобы я сам догадался, а где мне мужику?
И вот когда твой муж ушел к этой красотке, с пышными телесами, – Володя показал, на Эдит, – а это было с пол года назад, ты предложила мне его убрать.
– Не было такого! – тихо сказала Полина.
– Было. Было! Помнишь, ты мне сказала, что не пожалела бы денег, чтобы оскорбленную душу свою успокоить. Ты готова на все….Я спросил сколько?…Ты ответила, сколько скажешь. Только я не пошел у тебя на поводу и вдруг твой любовный пыл как отрезало. Не захотела больше ты растить рога мужу, не в пантах дело было, а в другом. Сейчас это выяснилось…
– И в чем же?
– Ха, ха! Мне сейчас охранник на въезде в дом сказал. Мы с ним бутылочку осушили. Оказывается Роман не отец своего Максимки. Оказывается, он от тебя собрался уходить. И ты вместо меня нашла другого, кто с ним расправился.
– Что за чушь ты городишь! Кого я нашла? – невозмутимо спросила хозяйка дома. – Да, было такое дело, пару раз с тобой переспала, в отместку ему, но на поток это дело не ставила. Не ври! И когда сказала, что готова оплатить все твои траты, то имела виду, что ты парень шустрый, залезешь в постель к Эдит. Мужикам всегда стыдно, когда не ровня им, шурудит в их постели. Раньше как на Руси было? Царь имел право любую пригласить в свои покои, и ничего высший свет умывался, мужья почитали, за честь. С ровней, дворянин с дворянином, рогоносцы одного круга, дрались на дуэли. Ну, а если заставали жену с лакеем, о. о, это был величайший позор, ссылали ее в монастырь. Вот я, и хотела, всего лишь навсего, тебя подставить Эдит.
– Как лакея?
– Да, представь как лакея. Роман у меня слишком гордый был. После тебя он к Эдит и близко не подошел бы. Побрезговал.
– А чего же он моей Ольгой не брезговал? Или ты выдумала про них?
– Думай, как знаешь!
Водитель тупо соображал силясь замкнуть в логическую цепь услышанное, потом стряхнул с себя наваждение и покрутил пальцем у нее перед носом.
– Хочешь выкрутиться, но не получится у тебя Полина. Ты перевела в нашу фирму своего фаворита, Каймана. Ты думаешь, я не знаю, что у тебя дела швах? Универмаг твой – заложен и перезаложен. И эта квартирка в залог отдана в банк. Тебя время подпирает. Тебе рассчитываться надо по долгам, а денег нет. И вот ты, зная, что у тебя супруг богат, стоит миллионов десять зеленых, решаешь его деньгами закрыть свои прорехи. Чего это Кайман не стал через тебя проводить эту партию товара?