Удар рядом с сердцем
Шрифт:
– Я не об этом…
С той же улыбкой смотрю, как мама расчесывает волосы и безрезультатно пытается подобрать слова. Ладно, не буду притворяться, что не догадываюсь, о чем она.
– Ты же знаешь, я не понимаю… ни как это делать по телефону… ни какое от этого удовольствие. Человека рядом все равно нет.
– А если Саша хотела бы, но не знает, как сказать?
– Не думаю. Во-первых, она все может мне сказать. Всегда могла. А во-вторых… Помнишь же, как мы разъезжались по домам каждые каникулы, но не проходило и недели, как Саша оказывалась здесь? – отвожу взгляд и поворачиваюсь обратно к компьютеру. – Тогда мы обсуждали такую идею… И сошлись во мнении, что лучше потерпеть до встречи.
– О, это я помню! – чересчур радостно говорит мама и обнимает меня со спины. – Особенно, когда Саша приехала сюрпризом для всех нас. Прихожу я, значит, на обед… А вы как встретились с утра, так из кровати и не вылезали! – очевидно, способность появляться не вовремя у меня в маму. Смеясь, мама отходит от меня. – Ну и ладно, мы все равно пошли.
Я бы тоже сходила погулять с родителями. Но у нас маленький город: все друг друга знают, и велика вероятность встретить кого-то знакомого. А я не хочу ни сочинять небылицы о том, почему я здесь, или как сложилась моя жизнь после университета, ни, тем более, говорить правду.
***
У меня плохая новость. Пока Кристина в душе, я поплакала, потом сообщила родителям, теперь, более-менее успокоившись, звоню Саше.
– Привет, Полин, – уставшим голосом отвечает она, и я еще больше теряюсь, не зная, как ей сказать.
– Привет, Сашуль, как дела с учебой, работой? – стараюсь говорить радостно, но плохо получается.
– Да ничего особенного. В универе на каждой паре: «Диссертация!», «Вам для диссертации…». На работе тоже растет список дел. А ты как, скоро выписка?
– Тоже ничего нового. Кроме того, что я здесь еще на два месяца. Сделала снимок… Лечение помогает, но очень медленно, – замолкаю, сдерживаю новые слезы и жду ее реакции.
– …
– …
– Поня-ятно. Ну, хорошо, что с соседкой теперь… – находит сомнительные плюсы Саша.
– Кстати, хотела прикол рассказать, – стараюсь облегчить разговор сменой темы. – Кристина меня немного боится: вдруг накинусь и зацелую, – я по-дурацки смеюсь. Но только я… – Она старается переодеваться, когда я выхожу из комнаты. Один раз я специально вернулась через минутку. Ты бы видела ее лицо!
– Но разве я не также реагировала первое время? – как-то безэмоционально спрашивает Саша. Развеселить не получилось…
– Ну… не совсем. Ты просто поворачивалась спиной, когда переодевалась. А если я внезапно проходила мимо или приходила домой, в твоем взгляде было, скорее, любопытство и немножко желание, – с улыбкой говорю я и понимаю, как давно это было и как я по этому скучаю.
– Ладно, я пойду домашку делать. Немного ничего не успеваю…
Поностальгировать мы вместе не хотим, значит…
– Давай, люблю тебя, пока.
– Я тебя тоже, пока.
Хотела отвлечься и поговорить о новых местах, которые ждут нас вместе. Но то ли не успела, то ли не рискнула, сама не знаю. Такое чувство, что Сашу эти два месяца расстроили еще сильнее, чем меня.
***
Саша стала очень занятой, теперь я фильмы смотрю с соседкой. «В твоих глазах» Кристине не понравился. А мне кажется, интересная идея. Вот бы увидеть мою болезнь Сашиными глазами: насколько тяжело ей дается наше расставание, как долго она еще сможет меня ждать, не побрезгует ли поцеловать при следующей встрече, и лесбиянка ли ее коллега?! Но в то же время не хочу, чтобы Саша видела, как я горстями пью таблетки, как попрятались за синяками мои вены, как я скучно провожу день за днем и не знаю, когда это кончится.
Глава 3
Сегодня Саша с коллегами играли в пейнтбол. Понятно, у какого скорпиона день рождения…
Я позвонила, когда они продолжали отмечать в кафе, поэтому разговор получился короткий. Я узнала только, что команда именинницы, в которой, естественно, была Саша, победила.
А память услужливо напоминает, какой подарок Саша сделала на мое восемнадцатилетие. Мы отмечали вдвоем: родители приехали позже, а кроме Саши я ни с кем и не сдружилась. Она приготовила мою любимую (в ее исполнении) лазанью, я докупила все остальное. Мы жили-дружили уже три месяца. Саша знала, что я лесбиянка. Я понимала, что мои чувства взаимны, но не хотела на нее давить. В общем, подарила она мне билет на спектакль с известными актерами. Я радостно обняла ее и даже чмокнула в губы, а Саша продолжила наш первый поцелуй.
Какое-то время после этого мы были «целующимися друзьями». Потом чуть больше, чем целующимися… Я понимала, что Саше так легче свыкнуться со своей ориентацией, и терпеливо ждала, когда мы сможем вслух назвать вещи своими именами. И это скоро случилось, благодаря моей одногруппнице, которая попросила помочь с матанализом. Я даже не обратила внимания на ее ориентацию, когда Саша, приревновав, вежливо попросила больше к ее девушке не подкатывать.
***
В туалете опять медсестры накурили. Не понимаю… Как они могут курить, когда у них перед глазами люди с больными легкими?! Кто-то настолько ослаб, что не может самостоятельно есть и садиться в кровати. Кто-то выплевывает легкие с кашлем. Кого-то выносят вперед ногами…
Конец ознакомительного фрагмента.