Чтение онлайн

Офис зарубежной компании занимал весь этаж и был открытого типа, так называемый open space, с отделкой лофт, раскрашенный в приятных тонах серого цвета. На стенах были нарисованы черные и белые фигуры, напоминающие абстракционизм. Гигантские окна в пол заслоняли этаж стеной холодного белого света, словно подменяя обычную стену из бетона. Порой Максу казалось, что это сплошная стена из света, особенно в моменты, когда внимание было занято чем-то другим и он замечал это периферией. Поверхность стола младшего клиентского менеджера была педантично опрятная, все бумаги разложены в стопочки в соответствии со специальной классификацией, разработанной Максом. Канцелярские принадлежности лежали одна к одной, по размеру и назначению. На столе была чистота, монитор стоял симметрично невысокой перегородке, установленной между столами и не допускающей встречные взгляды пчелок. Провод зарядки от телефона был свернут в круг правильной формы. Контрразведчик впервые заметил за собой такой порядок, он создал его, не задумываясь просто потому, что его с детства приучили к дисциплине и порядку.

– Слишком хорошо – это плохо, – сказал шепотом Макс и небрежно разложил некоторые бумаги на столе, поверх кинул ручку, а монитор нарочно сдвинул вкривь. – А то подумают, что я шизофреник или, еще хуже, – педант.

Приподнявшись в рабочем кресле, контрразведчик получил широкий обзор большей части уровня. Ему открылся вид на вход в обособленную часть офиса, где находились кабинеты управляющего персонала. Максиму позарез нужно было туда попасть, но возможностей посетить отдельный блок не намечалось. Ситуация обязывала что-то предпринять. Прошло уже три месяца после внедрения, а контрразведчик пока не знал, как туда попасть, не вызвав подозрений. Причин такой необходимости было как минимум две. Одна, конечно же, в интересах секретной работы: в этих кабинетах эксклюзивного доступа содержались ценные сведения, в папках, в сейфах, в компьютерах. Другая причина, не признаваемая, однако, Максимом, была тривиальной: он, как и большинство людей, хотел быть боссом, иметь большую зарплату и высокое положение, дающее ощущение важности. Макс чувствовал желания, порождаемые той, другой причиной, но относил их к желаниям Артема. Сам Максим же хотел совсем другого. Он мечтал быть на совершенно ином уровне, на том уровне, где высота положения определяется не размером состояния, количеством иждивенцев и контактами в телефонном справочнике. Он желал уровня, на котором ты понимаешь, как в действительности устроен мир, и ты, всего лишь один человек, имеешь возможность на этот мир оказывать влияние, а все материальное – не больше, чем средство.

– Артем, привет! – Миловидная девушка с русыми волосами и еле заметной родинкой на щеке бесстрастно исполнила дебютный ритуал начала рабочего дня, издавна принятый в обществе.

– Привет, – улыбнувшись краешком рта, не повышая голос, сказал Максим, несмотря на гул от окружавшей рабочей суматохи.

Когда Максим впервые ее увидел, он готов был поспорить, что ее зовут Света. Она была похожа на его бывшую девушку, с которой он имел продолжительные отношения, когда учился в академии. Хотя он больше не знал девушек по имени Светлана, опыт не подвел, девушку действительно звали Света. Максим не искал девушек, напоминавших его первую любовь, он вообще никого не искал, его мысли были сосредоточены только на задании, поэтому Света вызывала в нем интерес сугубо практический.

– Идешь курить? – задала вопрос Артему Света и начала параллельно что-то объяснять коллеге по вчерашней планерке.

Не дожидаясь ответа, она направилась к курилке. Света даже не замедляла шаг, она знала, что Артем непременно пойдет, Максим этой девушке старался ни в чем не отказывать.

– Пойдем, – протяжно ответил Максим ей вслед.

В его голосе звучала нотка обреченности, так как было понятно, что вопрос Светы риторический и ответа она не ждала.

Они стояли в душной курилке, Максим без интереса слушал Свету. Ценной информации от нее не ожидалось, девушка чуть больше месяца назад инициировала разрыв отношений со своим парнем и до сих пор все ее разговоры были эмоциональным следствием душевных переживаний. Из разу в раз ему объявлялись все новые и новые аргументы в чашу весов, отвечавших за правильность ее выбора. Уже упомянутые неделю назад недостатки бывшего озвучивались вновь, но, как говорится, «под другим соусом», по мнению же собеседницы, она в них не повторялась. Света, как и любой другой человек в такой ситуации, считала себя уязвленной и в своих поступках не могла видеть что-то неправильное или ошибочное. Максим видел все совсем иначе. Ошибкой, по его мнению, были сами отношения. Порой ему хотелось возразить, подвергнуть ее мнение конструктивной критике и постараться воззвать к голосу разума, как казалось самому агенту, – для ее же блага. Но он осознавал не столько безуспешность таких попыток, сколько их банальную ненадобность. Награда за выражение своего мнения заключалась в риске выбытия из круга доверенных лиц, а между тем Светлана была ему нужна. Ее главное для агента качество – неутомимая болтовня. Девушка любила поговорить с такими же, как она, и поэтому знала все обо всех, благодаря чему стала для контрразведки неисчерпаемым источником информации. Максиму с помощью своего природного умения выслушать и поддержать говорящего уместным и остроумным комментарием удалось втереться к ней в доверие. А необщительность Артема и умение хранить тайны создавали в глазах девушки надежное хранилище сплетен. От него ничего нельзя было узнать, зато ему все можно рассказать.

Болтуну необходимо выговариваться человеку, которому можно поведать обо всем, поэтому если Света что-то узнавала, то очень скоро об этом узнавал и Максим. Агент же держал девушку на расстоянии, он старался ничего ей не говорить про Артема, но не потому, что в легенде были изъяны, а потому, что Артему нежелательно становиться объектом обсуждений. В очередной перекур, как и предполагалось, девушка ничего стоящего не поведала. Максим интуитивно чувствовал, что она непременно принесет ему пользу в поиске шпиона, в существовании которого контрразведка не сомневалась.

Шпион, по мнению конторы, был одним из сотрудников управляющего персонала, состоящего преимущественно из иностранцев. И хотя конторе было известно об этих людях все, даже сколько раз они ходят в туалет, о том, кто из них был шпионом, в стенах федеральной службы безопасности шли жаркие споры. Против агента играло то, что никто из управляющих, работников младшего персонала к себе просто так не допускал, держа их на приличном расстоянии. А подхалимов и лизоблюдов в представительстве было хоть отбавляй, соревноваться с ними в натирании начальству до блеска двадцать первого диапазона смысла не было, молодой агент безоговорочно уступал им в опыте и навыках.

Возвращаясь из курилки, Максим немного отстал от Светы, он отвлекся на рабочий чат и пока читал важные сообщения в смартфоне, девушка уже дошла до своего рабочего места, где не присаживаясь занялась разбором документов. Рабочее место информатора находилось прямо перед закрытым блоком этажа, и, когда Света сидела за компьютером, за ее спиной, наискось, была дверь в желанную для агента зону. Контрразведчик, не отрываясь от чата, заметил краем глаза фигуру, вышедшую из двери. Это был Ален – финансовый директор, француз, прибывший из основного офиса компании в Париже. Его часто отправляли работать в страны Восточной Европы и в особенности в страны бывшего Союза. Агент заметил, как глаза француза сверкнули, тот украдкой смотрел куда-то с еле скрываемым интересом, пытаясь сделать вид, что его остановило именно сообщение на смартфоне. Максим слегка приподнял голову, чтобы незаметно узреть мишень француза, пытающегося скрыть свой орлиный взор. Возбудитель был обнаружен. Какое удачное совпадение. Света. Она стояла у стола, но не в каком-то неприличном положении, а во вполне естественном, склонившись над кипой документов. Свете не надо было занимать какую-то особенную позу, она была хороша собой, ей достаточно надеть «правильную» одежду, подчеркивающую важные для мужчин достоинства. Брюки от брючного костюма были приятного темно-серого цвета, из полиэстера, они акцентировали внимание чуть пониже поясницы, придавая интересный для Алена вид. Спускаясь вниз, брюки повторяли формы спортивных ножек, облегая бедра и почти ужимаясь в самом низу. Для такого сладострастника, как Ален, Светлана в этот момент предстала чрезвычайно интересной личностью, которую раньше он не замечал. Максим задумался, почему он и сам не придавал этому значения, воспринимая стройные ноги девушки как должное. Агент до этого не рассматривал своего информатора с такой естественной точки зрения, а потому сейчас синхронно с Аленом, не отрывая голову от смартфона, пялился на коллегу, но только с другой стороны уровня. И было на что смотреть. Белая блузка Светы, заправленная в брюки, словно кричала: «Посмотрите на мой плоский живот!». Выше живота у девушки тоже не было поводов для стеснения. А через некоторое время после расставания со своим парнем она и вовсе начала эти поводы демонстрировать, тактично забывая застегнуть верхние пуговицы блузки. У контрразведчика мгновенно промелькнула мысль: «Этот француз обладает неограниченным доступом к коммерческой информации». Максим начал раздумывать, как бы ему использовать интерес финансового директора к Свете, чтобы сблизиться с ним и получить его доступ. Свете для привлечения внимания никаких дополнительных усилий прикладывать было не нужно, извращенная фантазия француза и без того отправлялась в полет.

– Разумеется, она не станет играть с французом, а если бы хотела, давно бы уже играла без моего участия, – рассуждал Максим.

Агент, будучи носителем терабайтов грязной информации, помнил тайну, которую Света рассказала ему по большому секрету и которую в действительности знали немногие. Финансовый директор периодически угощал девушек французским шампанским в своем рабочем кабинете, в том самом закрытом блоке. И было одно обстоятельство на руку агенту: француз не приглашал к себе девушек без сопровождения. Приглашать девушку к себе одну было слишком явным домогательством, поэтому никто попросту не согласился бы на такой открытый подкат. На следующий день слухи в посвященных кругах опишут эту ситуацию наипресквернейшим образом, с додуманными опошляющими подробностями, от которых потом не отмыться. Из рассказов тех, «кто там никогда не был» Максим знал примерный алгоритм. Ален приглашал «жертву» и несколько случайных слушателей, которые оказались рядом, к себе в обитель отметить пустяковое событие или примечательную дату. После вступительных бесед о невероятно интересных буднях француз постепенно начинал переключать внимание на себя, впечатляя слушателей интересными историями из своей жизни. Жизнь этого очень обеспеченного человека пестрела красотой, комфортом и французской изысканностью, недосягаемыми для абсолютного большинства людей. Он интересно рассказывал о своих путешествиях по миру, об общении с известными или выдающимися людьми, о приключениях с пометкой «люкс» и сие блюдо приправлял соусом из неприметных, но несомненно важных деталей. Француз как бы извиняясь, с намеренной небрежностью рассказывал о своем расточительстве, приводя конкретные примеры покупок дорогого вина и костюмов лучших портных или, например, полотенец из редчайшего хлопка. Примеры действовали безотказно, производя неизгладимое впечатление на людей с небольшим достатком. Попутно исчерпанию алкогольных припасов, заручившись приоткрытым ртом избранницы, Ален сменял направление речей. Француз переходил к более решительным действиям – ласкам слуха избранницы комплиментами с чрезмерным использованием французского. Жертва и лишние гости, к тому моменту впечатленные красноречием оратора и влиянием дорогого алкоголя, не распознавали гамбитов сладострастной стратегии. Сопровождающим, по задумке стратега, из-за отсутствия внимания к своим персонам спустя некоторое время становилось некомфортно. Создавалось впечатление, что они лишние на этом «тимбилдинге», и они постепенно удалялись под разными предлогами.

– Света, ты станешь моим входным билетом в ви-ай-пи зону, – говорил агент про себя, проходя мимо девушки.

Ален, по задумке контрразведчика, пригласит ее на свой мини-корпоратив, и приглашение не могло стать индивидуальным, Света ни за что не пойдет туда одна. Максим рассчитывал каким-то образом вклиниться в число приглашенных вместе со Светой и тем самым оказаться в закрытом периметре. За информатора он не переживал, Свету не нужно было разменивать на информацию, так как Света, как она сама любит выражаться, «не на помойке себя нашла» и даже после тонны спиртного не останется со сладострастником наедине. Максим так считал неспроста, француз хоть и мастер слова, талантливо употребляющий родную речь вперемешку с русским, тем самым украшая свои рассказы заморским колоритом, напоминал Митьку-алкаша, которого Максим хорошо помнил из детства. Внешность Алена и вправду была отталкивающей, он был немолодой мужчина, выглядящий старше своего возраста, про таких, когда им сорок, говорят, что выглядят они на сорок четыре. Невысокого роста, с большим пузом, на худых ногах, вдобавок овальное лицо со впалым подбородком, покрытым густой черной щетиной, и возвышающийся над этим острый, формы птичьего клюва нос. С таким набором почти лысый Ален носил уже вышедшие из моды брюки с подтяжками, широкие сорочки и вельветовые пиджаки странных цветов, напоминающих детскую неожиданность.

К этому не очень изящному плану Максима привело отсутствие альтернативы, внедриться в высшие круги было невозможно из-за низкой должности Артема. И документооборот в представительстве был налажен безупречно, Артем имел доступ лишь к тому, что касалось исключительно его обязанностей. Такое положение дел было равно применимо для всех должностей, способа получить доступ к внутренним документам через коллег в окружении, агент не нашел. Максиму нужно было изучить внутренние документы компании. Что именно он должен там найти, он сам не знал, но был уверен, что в них будет хоть какая-то зацепка, которую заметит контора. Логика Максима была простая – француз финансовый директор и в представительстве все устроено таким образом, что все денежные вопросы проходят через него. Деньги, как известно, ключ ко всему. Контрразведке можно было, конечно, провести налоговую проверку с выемкой документов, но зачем в таком случае стране федеральная служба безопасности и скрытая оперативная деятельность? Взлом серверов французской компании тоже исключался, хранение информации было надежно защищено продвинутым программным обеспечением. Существовал высокий уровень риска выявления атаки, и контора во избежание огласки такой способ применять не собиралась. Кабинет Алена выглядел подходящей мишенью. В ходе рабочего процесса невозможно все держать в сейфе, множество документов, по мнению контрразведчика, должны храниться в доступных местах, на столах или в незакрытых шкафах. После проникновения контрразведчику необходимо было произвести фотофиксацию всего подозрительного, нанесенного на бумагу.