Чтение онлайн

В следующее мгновение капитан остолбенел.

— Кирилл, ты их видишь? — спросил он, протирая глаза.

— Вижу, — севшим голосом отозвался лейтенант, — «свиньей» идут.

— Какой, к чертям, «свиньей»?

— Этой… Как немцы на Чудском озере. Клином!

— При чем тут немцы? — комбат прошептал, словно его могли услышать, и развернуть свой бег в сторону села, — Это кто?

— А я откуда знаю? — так же тихо ответил Говорков. — Но кажется, немцы сейчас будут очень даже при чем.

На пути наступающих танков, как из-под земли, возникло несколько десятков созданий, вышедших из ночных кошмаров. Закованные не то в костяной панцирь, не то в плотную чешую звери были выше и массивней танков. Самые крупные в длину метров семь, а в высоту не меньше трех. Тяжелая вытянутая вперед голова укомплектована тремя рогами. Четыре короткие толстые лапы и длинный хвост.

То ли зверям не понравился шум моторов, то ли грохот пушечной пальбы, а может у них просто было плохое настроение, но едва появившись, чудовища бросились в «штыковую», на ходу перестраиваясь в подобие широкого клина, на острие которого ломились самые крупные самцы.

Ни убежать, ни уклониться от схватки немцы просто не успевали, тем более что в скорости неожиданный противник не уступал бронетехнике.

Усольцев припал к биноклю.

— От них снаряды отскакивают, — комментировал он. — Идеальный угол наклона брони! Нет, посмотри только, сейчас долбанут!

Всё было прекрасно видно и без оптики. Плотно сбитый строй трехрогих сошелся с бронированной техникой. Танки лобовое столкновение выдержали, хотя два из них признаков жизни больше не подавали, похоже, экипажам пришлось несладко. А вот бронетранспортеры оказались не на высоте. Броня большинства не выдержала ударов рогов, несколько штук перевернулось. Часть зверей, проскочив в промежутки бронированного строя, набросилась на пехоту.

Красноармейцы сначала встали в полный рост, любуясь неожиданным зрелищем, а после и вовсе вылезли из окопов и расположились на брустверах, как болельщики на трибунах стадиона.

— Ты гляди, броневик на рога поднял! — орал маленький щуплый сержант в целенькой, чистой, как будто и не было никакой бомбежки, гимнастерке. — Силища!

— Эх, немец гад! — сокрушался весь перемазанный в глине здоровяк. — В бочину рыжему засадил осколочным!

— Мужики, глянь, фриц-герой! Под ящера с бомбой!

— А того, серого, гранатами закидали, сволочи!

— Побьют чешуйчатые фрицев, как пить дать побьют! Смотри, как пехоту давят! Как клопов! К ногтю их, курвей!

— Еще бы, от них пули отскакивают! Давай!!!

Страсти разгорались. Старшина Кацман попробовал организовать тотализатор, принимая ставки табаком, но затея сорвалась по банальнейшей причине: на немцев никто ставить не хотел. Остатки батальона болели совсем за другую команду…

— Палучи, скатына, шест рагов во фланг! — радостно визжал ефрейтор Ваганян, — Как «Арарат» играют! Даже лучше! Мамой клянус!

— Третий танк завалили! Вверх тормашками! Зе-нит — чем-пион!

— Эй, Иван! Про Зенит — это из другой эпохи!

— А динозавры из этой? Трице-ратопс — чем-пион!!!

— Дави фрицев!!! Рос-си-я! Рос-си-я!!! Вперед!!!

Бой потихоньку удалялся от села. Неся серьезные потери, ящеры теснили врага по всему фронту. У немцев урон тоже был немаленький.

— Интересно, чем у них всё кончится, — вслух размышлял Говорков, глядя вслед скрывшимся противникам.

— А не по хрену тебе? — вернул лейтенанта к реальности капитан. — Чем бы не кончилось, то дело десятое. Главное, что немцам зверюки атаку сорвали… На хрен сорвали! — уточнил Усольцев, внимательно разглядывая поле странного боя, заваленное телами немецких солдат, битой техникой и издыхающими ящерами. — Если и сунутся, то только с утра. А утром нас уже и след простынет. Так?

— Так… — зачаровано протянул лейтенант. — Только это ведь трицератопсы. Они же вымерли несколько миллионов лет назад…

— И что с того, что вымерли? — удивился Усольцев. — «Арарат» пока еще «Динамо» называется, а «Зениту» до чемпионства, как до Пекина раком. Они нормально играть-то никогда не научатся. Разве это мешает…

Капитан оборвал фразу на полуслове и ошарашено уставился на Говоркова:

— Кирилл, ты откуда знаешь, что это за твари?

— В Интернете читал! И картинки…

— Какие картинки, к херам собачьим?! — взорвался комбат. — Какой Интернет? Сейчас сорок первый год! Тысяча девятьсот сорок первый!!! Что с нами случилось?! Мы еще просто психи или уже умерли?!

— Живые вроде, товарищ капитан. Не понимаю… Но я же… — лейтенант замолчал, потом затараторил скороговоркой. — Говорков Кирилл Александрович, тысяча девятьсот девятнадцатого года рождения, комсомолец, проживаю по адресу Ленинградская область… Нет, товарищ капитан, я это я! Но… Может, ментальный пробой времени?

— Какой пробой? — побагровел Усольцев.

— Ментальный, — виновато повторил Говорков, — тоже читал в Ин… где-то читал точно…

— Так, лейтенант. Раз ты такой начитанный, то думай и к вечеру, а лучше раньше, объясни мне, что происходит. Почему опытные бойцы выскакивают, как сосунки необстрелянные, и изображают из себя стадо бабуинов? Откуда ты знаешь про Интернет, и как называются эти трипперы, а Ваганян — про «Арарат», который лет через двадцать только переименуют, и почему они орут «Россия», а не «Шайбу, шайбу»? Нет, это тоже не отсюда… В общем, сам понимаешь! Мы должны знать, что у нас в головах творится: и причины, и следствия… А сейчас давай батальон в норму приводить. Хоть и не верю я, что фрицы после такого крутого облома что-то сегодня смогут, а порядок должон быть.

В дверь решительно стукнули.

— Разрешите?

Не дожидаясь ответа, в кабинет вошел посетитель. Коренастый офицер в выгоревшем камуфляже. Погоны не видны — перевернуты подложкой вверх. Светлые волосы, серые, умные и внимательные глаза. Взгляд офицера быстро обежал кабинет и остановился на вставшем с кресла полковнике.

— Герр оберст Краузе?.. — голос был под стать внешнему виду офицера. Тихий, чуть надтреснутый, совершенно невыразительный. Так мог бы говорить неодушевленный предмет. Шкаф, стул. Или Голем.