Чтение онлайн

ной куртке и с пачкой дорогих сигарет. Все трое облобызались и

начали обсуждать последствия еще незащищенной диссертации бу-

дущего политика Долбенко.

*****

Проснувшись около одиннадцати часов утра, адвокат сразу же

позвонил профессору. Недолго размусоливая, адвокат перешел к

наступлению.

–

А ты готов за хорошие деньги сделать парочку-тройку дис-

сертаций? – адвокат, лёжа на двуспальном диване, правой рукой

поглаживал полусонного бультерьера, а левой рукой то и дело под-

носил-относил ото рта сигарету. Пуская в потолок аккуратные

кольца сигаретного дыма, он загадочно и интригующе рассказывал

профессору о возможности неплохо заработать.

–

Я – всегда готов! Только эта работа требует хорошей пред-

оплаты!
– Профессор быстро сообразил, что к чему и уже мысленно

просчитывал перспективы траты своего научного гонорара.

–

Сколько? – адвокат говорил очень спокойно, не подавая и

тени своего волнения.

– Пятёрка под ключ! – отрезал профессор.

– За все три? – переспросил адвокат.

259

– За каждую! – несколько раздраженно уточнил профессор. –

Ты пойми, ведь работы здесь немерено, соответственно, и денег

должно быть столько, чтобы было не обидно каждому.

– А мне ты, когда сделаешь диссертацию? – адвокат, похоже,

решил добить профессора и застолбить все возможные варианты

одним чохом.

– Когда ты мне заплатишь, - профессор был непреклонен.

– Так я же тебе клиентов подтягиваю, - адвокат был в недо-

умении от притязаний профессора. Он уже давно не работал по

специальности и привык зарабатывать на жизнь лишь приклеива-

нием хвостов и переводом тем с одного на другого.

– Слушай, ты ценишь свой труд? – не унимался профессор.

– Конечно, - адвокат сделал затяжку сигаретой и выпустил в

потолок большой клуб дыма. Разговор явно не клеился.

– Вот и я ценю и свой и труд других, кто куёт учёных и кто

тратит своё драгоценное время, кто и денно, и нощно пишет, рабо-

тает в библиотеках,… - договорить профессор не успел, т.к. адвокат

решил прервать разговор, почувствовав небывалое упорство и ос-

линое упрямство со стороны профессора.

– Ладно, мы всё равно ничего сейчас не решим. Давай, значит,

завтра, в восемь вечера, на избе перетрем эту тему. Лады? – адвокат

уже принял для себя стратегию дальнейшего поведения.

– А почему не в десять или в двенадцать? У меня, между про-

чим, кроме тебя и твоих тем есть ещё и свои обязательства перед

семьёй! - Профессор проявлял поразительную твердость.

– Хорошо, давай в половине восьмого! Если мы задержимся на

полчаса, то ты нас подождешь в банкетнике, заодно закажешь что-

нибудь себе поесть, - адвокат достал новую сигарету и пытался в

разговоре её раскурить. – Такой вариант тебе подходит?

– Подходит, только встречу мы проведем в 1700 и если вас не

будет, то я поем и уеду, понятно? – Профессор говорил спокойно и

решительно не хотел уступать ни в чем, даже в мелочах.

На следующий день профессор подъехал на своей машине

чуть раньше назначенного времени, однако хохол с адвокатом уже

сидели в банкетнике и громко разговаривали, то и дело, оскорбляя

друг друга. Было трудно, скорее даже невозможно сразу понять, о

чем они спорили. Только когда профессор поднялся на второй этаж,

где располагался банкетник, голоса моментально стихли и слышны

были только гулкие шаги тучного профессора и его легкая одышка.

260

Профессор производил впечатление богатыря. Его тучная фи-

гура не столько раздражала, как это обычно бывает с полными и

тучными людьми, сколько ошарашивала своей природной мощью.

Всё было пропорционально и массивно. Достаточно интеллигент-

ное и приятное лицо гармонично сочеталось с могучей шеей и

большими кулачищами. Одет профессор был в классический кос-

тюм со скромным, но хорошо повязанным галстуком. Внешний вид

свидетельствовал о деловитости и решительности профессора, на-

строенного на конструктивную беседу.

За полтора часа переговоров троица неплохо угостилась соле-

ными грибками, осетринкой, форелью, шашлычком из телятины,

овощным салатиком, миногами. Вместо хлеба все ели армянский

лаваш. Из спиртного была только водка, которую практически пил

только профессор. Много пили чая, минералки и вишневого сока.

На десерт профессор заказал себе пломбир с томатным соком. Он

так смачно ел, что и хозяин кафе, в конце концов, не вытерпел и за-

казал себе тоже мороженное с томатным соком.

Уже через 10 минут у Долбенко в животе началась революция.

Его начало пучить, живот стал раздуваться и продолжать беседу

стало просто невозможно.

Лишь через сутки Олег Пантелеевич пришел в себя и смог

войти в привычный ритм. С тех пор он не может спокойно смотреть

ни на мороженое, ни на томатный сок.

*****

Монзиков стоял на автобусной остановке, когда из-за поворо-

та на большой скорости выехал профессорский джип. Не прошло и