Чтение онлайн

опять появился. Но…

Пассажиры, оставшись в 1900 без света, почувствовав нелад-

ное, стали действовать. Кое-кто решил, что поезд захвачен пропав-

шим ранее уголовником. Люди стали доставать колющие и режу-

щие предметы. Как случилось, что никто не поранил друг друга –

сказать трудно.

В тот момент, когда не стало света, люди отчаянно начали

стучать и кричать. Монзиков очнулся в полной темноте, валяясь на

полу. Он вдруг представил себе, что от натуги у него выскочили

глаза из орбит, и он стал слепым. Ужас, страх, боль и отчаяние, жа-

лость к себе и своей семье в одно мгновение пронзили Монзикова.

Подняться с пола не было никаких сил. Затем, когда он, превозмо-

гая боль и страдания встал на ноги, он интуитивно почувствовал, что только что стал инвалидом. Александр Васильевич лишился

зрения, но слух и обоняние, осязание и разум еще были при нем. Он

отчетливо слышал стуки и крики. В полном отчаянии Монзиков

выскочил в коридор и стал пробираться в кромешной мгле к своему

купе. Пройдя по коридору несколько метров, Монзиков зашел в от-

крытое купе, залез на свою полку и… В тот момент, когда он лег на

спину, дали свет. Люди весело закричали, стали поздравлять друг

друга. А Монзиков – потерял сознание. Яркий свет, незнакомые

вещи и чужие запахи сыграли злую шутку над ослабленным алко-

голем Монзиковым. Однако через полчаса Монзиков очнулся от

40

сильного женского крика. Кричала и билась в истерике пассажирка

7-ого купе, счастливый обладатель верхней полки, где безмятежно

лежал в кирзовых сапогах дурно пахнущий, небритый Монзиков.

Монзиков, как ни странно, быстро

сориентировался: слез с полки и молние-

носно перебрался из 7-ого в свое 4-ое ку-

пе, где его поджидали два сержанта

транспортной милиции. Визит Монзико-

ва на них не произвел какого-либо силь-

ного эффекта, т.к. они, сидя шестой час в

купе, решили "приговорить" одну из трех

монзиковских бутылок водки. Более того,

когда они увидели Монзикова, то даже

слегка обрадовались. Через 15 минут

Монзиков, Костя и Витек распивали по-

следнюю из монзиковских бутылок. Из закуски оставались только

соль и семечки.

Во всем этом многое осталось неразгаданным. Даже сам Мон-

зиков впоследствии так и не смог найти случившемуся какого-либо

объяснения. А вопросы были один труднее другого.

Как Монзиков после всего случившегося сумел доехать до ко-

нечной станции – г. Владивосток?

Почему у Монзикова не только не пропали деньги и докумен-

ты, но и добавилось еще 850 руб.?

Почему за все время пути Монзиков ни разу не поинтересо-

вался ни маршрутом, ни станциями, ни временем прибытия и т.д.?

Откуда у Монзикова появилась раскладушка и детская коля-

ска?

Когда поезд прибыл во Владивосток, то Витек и Костя помог-

ли Монзикову выйти на платформу. Более того, Костя показал

Александру Васильевичу ручные камеры хранения, куда были сда-

ны его вещи.

А далее были сильные рукопожатия, объятия и мужские про-

щания.

Простившись, небритый, с недельной щетиной, в мятой и зло-

вонной милицейской форме, без погон Монзиков направился ис-

кать ул. Урицкого, где находился центр повышения квалификации

работников ГАИ.

41

Что удивительно, никто из милиционеров не знал, что на ул.

Урицкого, которой во Владивостоке никогда не было (!), есть центр

повышения квалификации работников ГАИ. Долго бы мучался

Александр Васильевич, если бы не военный патруль, остановивший

его для проверки документов.

– Майор Мунько. Документы, пожалуйста! – вежливо, но

очень настойчиво потребовал майор в окружении двух матросов.

Матросы были маленького роста, около 160 см., а майор был похож

на лилипута.

Монзиков сначала подумал, что дети играют поздно вечером

на улице, и даже удивился, что у них почти настоящая форма. Но

когда он увидел глаза всех троих, то понял, что в Армию, на Флот

также как и в милицию чаще всего попадают мужики маленького

роста. Маленькие мужички – всегда вредные и поганенькие. А если

еще и в погонах, то, как говорят, туши свет. А если еще учесть, что

хохлов в погонах не менее 30 %, то становится очевидным, почему

в последние годы население изменило отношение к людям в пого-

нах на диаметрально противоположное.

Раз уж Монзиков подумал о военных, то может быть имеется

аналогия с политиками? А бывают миллионеры, президенты, или

просто большие начальники настоящими мужиками, т.е. ростом за

метр восемьдесят? А ученые? Интересно, почему только мелкие

добиваются высот в ЖИЗНИ? Или высокие могут быть только

спортсменами?

– Майор Мунько. Документы, пожалуйста!

– Капитан милиции Монзиков, Александр Васильевич!

– Почему в таком виде? – спросил несколько резковато майор.

– Так ведь с поезда я. На учебу. А ваши – даже не знают горо-

да, - сказал Монзиков и при этом смачно высморкался прямо на ас-