Unknown
Шрифт:
ялся.
– А чего тут смешного, а? – недовольно спросил Монзиков.
– Давай, давай, топай за мной. Вопросы будешь задавать по-
том, когда на Родину вернёмся. Понял? – капитан был в добром
расположении духа.
– На какую Родину – твою или мою? А? – с издевкой пере-
спросил Монзиков.
– А это уж ты сам решай, - уклонился от прямого ответа капи-
тан.
Уже наверху, в капитанской каюте, Монзиков держал в руках
новенький, со всеми печатями, паспорт моряка на фамилию Фрей
Илья Семёнович.
– Вот, Илья Семёнович, можешь теперь сойти на берег и про-
швырнуться по магазинам, - с нескрываемой улыбкой сказал до-
вольный собой капитан.
– Нет уж, я лучше здесь побуду, а то, сам понимаешь?!
– Мон-
зиков безусловно хотел сойти на берег, но и рисковать он теперь не
собирался.
– Ну, как знаешь!? Решай сам, Илья Семёнович?! – капитан за-
смеялся во весь голос. – Когда паспорт обмывать-то будем, а? Илья
Семёнович? – не сдержался капитан от злой шутки.
– Наливай! – парировал адвокат. Ему эти шуточки были не-
приятны, но формально капитан был прав.
– А будешь? – продолжал издеваться капитан.
– Иди ты в жопу, - сказал Монзиков и пошел на выход из ка-
питанской каюты.
– Саня, погоди. Я же пошутил, - пытался остановить обижен-
ного Монзикова капитан.
Несколько раз Монзиков вставал в порыве сойти на Канад-
скую землю. Быть в Канаде и не увидеть ничего! Это же надо было
такому случиться?! Но, в конце-концов, Монзиков справился с ис-
кушением и мужественно дождался в кают-компании отхода судна
на Украину.
Корабль отходил просто, без каких-либо почестей или цере-
моний. А в Кейптауне, например, местные жители пахали украин-
ским морякам бейсболками, у кого они были, и руками. И прово-
481
жающих было в общей сложности человек 40, а может быть и
больше.
Канада работала и отдыхала, и отдыхала от экс-советских мо-
ряков, которые пили, гуляли, дебоширили и от которых был только
дискомфорт. Украинская диаспора в Канаде составляет почти 2
млн. В неё входят и так называемые полукровки – дети от смешан-
ных браков. Как правило, выходцы из СССР плохо говорят и не-
сколько хуже других белых эмигрантов устраиваются в Канаде. Но
не все! Кое-кто и преуспевает, особенно на работе, не требующей
большого умственного труда. Две основные культуры – француз-
ская и английская – переплелись так, словно между Великобрита-
нией и Францией исчез Ла-Манш и не стало никакой границы. Од-
нако Квебек – французская территория Канады, всё время стремил-
ся отделиться от англоязычного большинства. В Галифаксе фран-
цузов было чуть меньше англичан, но все ключевые позиции в го-
роде принадлежали им. Я прошу прощения за столь фривольное
обращение к гражданам Великой Канады, но я ведь простой чело-
век и что у меня на уме, то у Вас и в книге. Вот так вот.
Даже понятия не имею, зачем я всё это Вам рассказываю?! И
какое всё это имеет отношение к Монзикову – главному герою ро-
мана века? Я, словно акын, что вижу, о том и пишу. А ничего этого, как Вы поняли, я никогда и не видел. Всё, о чем написано в этом
гениальном, как мне кажется, произведении, я почерпнул от своего
друга - Монзикова Александра Васильевича.
Не надо улыбаться и уж тем более смеяться. Человеческий ге-
ний проявляется лишь на фоне окружающей нас серой бездарности.
Иногда гениев мы и вовсе не замечаем, считая их чудаками или
больными людьми. А, спустя годы, когда творческий или научный
потенциал растрачен или, ещё хуже – когда человек ушел из жизни,
мы вдруг начинаем возвеличивать и гордиться непризнанным гени-
ем, при жизни, разумеется, говоря о сложности того времени, о
деспотии или тирании, о всеобщем гонении инакомыслящих и т.д.,
и т.п.
У меня к тебе, дорогой читатель, только один вопрос – а много
ли тебе (Вам) приходилось читать книг? А была ли среди прочи-
танных такая, что была написана простым слесарем-сантехником, водопроводчиком? НЕТ! Второй вопрос – а если ты (Вы) дошел до
этих строк и не бросил чтиву ещё в самом начале, так значит тебе
482
всё это интересно? Нравится? Можно не отвечать на мои каверзные
вопросы, только не надо ёрничать и улыбаться! Пожалуйста!
Двое из членов экипажа каким-то чудом провели на судно ка-
надскую проститутку, которая за один вечер и пол ночи квалифи-
цированно обслужила 9 (!) человек. Лиза – так звали шелаву, была
выходцем далекого Китая. В Канаду она попала контрабандно и
жила там без регистрации третий год. Освоив разговорный англий-
ский и французский, Лиза успешно занималась проституцией, ода-
ривая продажной любовью моряков и местных гуляк. Здоровье у
неё было отменное, а работоспособность превосходила даже чело-
веческие догадки. Это была не девушка, а машина любви. Каждый
раз, когда её кто-нибудь драл, она заводилась с такой неистовой си-
лой, что после оргазма с ней любой герой-любовник падал в изне-
можении, а затем поднимался в бой снова и снова, пока силы его