Чтение онлайн

— Вот такого, — показала я на ладони…

Через несколько минут мы уже болтали, листая книгу, как пара подружек. Попутно я узнала, что Ри поручили присматривать за мной, но она думает, что всё наоборот — это я её нейтрализую.

А потом Ри стукнула в голову мысль, где можно поглядеть на часть незнакомых мне растений живьём. Оказалось, что в замке есть замечательное место — расположенная с южной стороны старинной части здания терраса. Звалась она Садом Королевы. Попасть туда можно было двумя путями: или прилететь снаружи — в Саду была большая мощёная площадка, сделанная специально для драконов, — или поднявшись с первого этажа по узкой каменной лестнице в пару сотен ступеней. Крыльев мы с Ри пока не отрастили, поэтому пришлось пойти вторым путём.

Попутно я узнала, что Ринон — это не имя, а прозвище, которое Ри получила из-за своих волос. И правда, смотрелось необычно. Две толстые косы, которые заплетала Ри, были цвета гречишного мёда, а вот по верху головы шла светлая серебристо-белая полоса, распадавшаяся на прямой пробор. Сияющие пряди напоминали маховые журавлиные перья.

— Я так и родилась двухцветной, — засмеялась Ри, — папы только глазами захлопали. А когда мне было два года, дедушка сказал, что у меня на голове — серебряные крылышки — по-эльфийски «арийанон». Мне понравилось, только выговорить правильно я это не могла. Вот и стала Ринон.

Ага, дедушка — это Владыка Мириндиэля, отец Императора Арденариэля — Алсинейль эрд Лоо’аллен. Но Ри, безусловно, была мне симпатична — умная, сообразительная, смешливая, не заносчивая, очень трудолюбивая и любопытная. Если выйдет подружиться — будет здорово.

А ещё я поняла, что у Ри есть какой-то пунктик, закавыка, связанная с драконами. Прятать чувства она пока не умела, и горестные вздохи, пока принцесса показывала мне посадочную площадку для крылатых гостей в Саду, не расслышать было просто невозможно. Но спрашивать, в чём дело, показалось неловким. До непосредственности и открытости Бриты, которая сумела бы растормошить даже медведя в спячке, мне ещё пилить и пилить…

Всё остальное в Саду — уже начинающие расцветать никогда прежде не виданные мной гордые алые тюльпаны, нежно пахнущие кудрявые гиацинты, невероятные розовые сливы и пушистые ветки жёлтой мимозы — просто заставило восхищённо открыть рот, забыв все заветы приучавшего меня к изысканным манерам Аса. Так, с разинутой варежкой, я и бродила по кривым дорожкам вслед за Ри… Принюхивалась, тыкалась носом в каждый незнакомый куст, попадавшийся нам на пути, рассматривала листву, прикасалась пальцами к глянцевым или войлочным листьям.

Общее состояние иначе, чем потрясённым, было не назвать. На простом каменном уступе развести такую красоту!

Добила меня примыкавшая к северной стене Сада колоннада из золотистого мрамора. Тарганского медового — так назвала его Ри. День был пасмурным — но мрамор сам будто испускал свет, и казалось, что тут играет бликами солнце. Камень мне так понравился, что я решила: сколько бы это ни стоило, задуманную часовню в замке Сайгирн отделаю именно таким! Ну очень хочется!

Наконец, в дальней части террасы обнаружился небольшой аптекарский огородик — причём половина трав была мне знакома только по книгам. Например, та же наперстянка на севере в диком виде не росла. Как и дурман с беленой. Тут мы застряли надолго. Потому что видеть рисунок какой-нибудь клещевины на картинке — это одно. А потыкать пальцем в живые разлапистые листья на грядке — совсем другое. Выяснилось, что Ри разбирается в травах не хуже меня, хотя мой опыт их практического использования намного больше.

Что меня удивило, на грядках совсем не было сорняков. А ведь одуванчики с их летучими семенами вездесущи! Оказалось, что на землю наложено специальное эльфийское заклинание. Видно, у эльфов с одуванчиками тоже был антагонизм.

Я, вспомнив учителя с его любимым диваном, попробовала сотворить подобие — чёрный морок на каркасе из драконьей магии. Выяснилось, что Ри этот предмет обстановки тоже знаком. Правда, ей захотелось зачем-то привесить к нему розовые кисточки. Я не возражала — выглядят смешно, а сидеть не мешают. В результате мы до темноты проторчали на огороде, забравшись на диван с ногами и обсуждая достоинства ступок и сравнивая методы приготовления эссенций, — пока меня не начал искать закончивший работу Аскани.

Кстати, Ас Ринон понравился. Но как парень впечатления не произвёл — что ещё раз послужило подтверждением тому, что в принцессиной голове уже прочно окопался кто-то другой. А меня порадовало — подружиться с Ри хотелось, а как дружить с той, которая пускает слюни на твоего жениха?

Попрощавшись с Ри у тупичка с вёдрами, мы прыгнули домой.

Учителя я увидела на следующий день.

Началось всё с того, что вечером я сидела на своём обрыве и прикидывала, чем заняться. Хотелось на жемчужную отмель. Но, если честно, было жутко. А вдруг в воде — акула? Пусть в щите не сожрёт, но если сожмёт в зубах и уволочёт неведомо куда на дно морское? Кто меня искать будет, если Шон занят?

Почесала левой рукой нос. Рукав задрался, явив широкий наруч в форме ворона — нам с Асом, Россу и Танши тоже выдали продвинутые злобомеры. Сдвинула сползший браслет по руке к локтю, и начала крутить ладонь так и эдак.

Вот интересно, почему же важна площадь, а не просто масса?

Получается, я верно сообразила, что браслет — вроде зелёного листа на солнце. Листа… Но ведь для листа важна не только площадь, но и ориентация в пространстве…

Прикусила костяшку пальца, нутром чувствуя, что в этой мысли что-то есть, и боясь нарушить сосредоточенность. Итак, представим источник скверны чем-то вроде чёрного светлячка. Если наш злобомер — маленький шарик — самая компактная форма в пространстве, то уловить то, что идёт от источника, он может еле-еле. Потому что площадь поверхности маленькая. А если раздуть этот шарик в сферу — чувствительность возрастёт пропорционально квадрату радиуса. Вроде так. И ещё — как сферу ни крути — ей равнофигственно, с какой стороны находится светлячок, она с любого ракурса одинаковая. А с цилиндром уже не так. Если сориентировать наши браслеты, направив ось на источник зла, например, ткнув в него указательным пальцем, браслет должен перестать это зло замечать, потому что повернётся ребром!

И, выходит, чтобы обнаружить алтарь, достаточно двух человек со злобомерами, стоящих на некотором расстоянии друг от друга. Если оба сориентируют детектор так, чтобы сигнал пропал, а потом посмотрят, где пересекаются оси, то на скрещении линий и надо искать!

Просто же! И почему раньше не сообразили? Хотя что я радуюсь — никто ж ещё не проверял, сработает это или нет. А если нет? Или если зло распространяется не по прямой, а как-то ещё? Или если источников зла больше одного? Но всё равно…

«Шон! Шооон!»

«Кузнечик, прости, я занят».

«Можешь от себя заглянуть ко мне в голову? Я не уверена… но, кажется, злобомеры можно использовать как компасы!»

«Ты где?»

«На обрыве».

«Сейчас буду, жди».

Вывалился из портала чёрный, тощий, с острым носом. Уставился мне в глаза, положив руки на плечи. Я буквально чувствовала, как его шатает… Опять до истощения намагичился?

«Вспомни, как сама в обморок шлёпалась, килька-недомерок! Ага, понял! Где б попробовать? На Луну — далеко…»