Чтение онлайн

— Евгения Игоревна, я вам буду всё рассказывать, а вы лежите, старайтесь не шевелиться и поменьше внимание привлекайте, — охранник похлопал меня по руке и толкнул дребезжащую лежанку вперёд, не забывая тщательно осматривать окружающее пространство.

Вот тут моя чуялка и поняла, что нихренашеньки это не забота, а что-то подозрительное. Возможно, стоит сбежать, пока меня везут, а то вдруг потом к койке ремнями пристегнут и всё, уже не рыпнешься?

ЕВГЕНИЯ

— …Итак, вкратце ситуация такая: машина Яна Владимировича попала в аварию, об этом уже всем известно, но без подробностей. Мы пока играем в молчанку, но журналистам подкинули пару слухов, якобы Варламов-младший разбился насмерть. А вот рядом с ним ехала пассажирка, она жива, но пока без сознания. Находится в этой больнице под усиленной охраной, полиция с нетерпением ждёт возможности обсудить с ней детали произошедшего.

Каталка противно дребезжит, особенно колёсико справа, бубнеж охранника бесит каждым словом, запах хлорки и всяческих медикаментов навевает тоску, ещё и нос под маской чесаться начал. С радостью бы почесала, но нельзя, я же вроде как под наркозом.

— Как вы понимаете, Евгения Игоревна, выжившая пассажирка — это вы. Мы пустили слух, что у вас с Яном Владимировичем был бурный роман, поэтому вы можете знать больше, чем простой временный сотрудник, кроме того, вы вроде как ненадолго приходили в себя и упоминали, что видели подосланных убийц. Таким образом, вас наверняка захотят устранить, чтобы ничего лишнего не успели сказать.

Супер. Не подвела чуялка, и правда устроили мне подставу. Да такую, что хоть сбегай, хоть не сбегай, хоть по телеку заявление делай, что ничего не знаю, ничего не видела. Устранять меня явятся просто для подстраховки, по-любому.

— И чья это была идея?! — возмущённо спросила я, едва мне довезли до моей палаты и можно было говорить, не опасаясь, что увидят посторонние. — Владимирович до такой гениальности додумался? А ничего, что за мной как бы и так охотятся? Или я, по-вашему, у господина Варламова по семейной дружбе гостила?

Охранник смутился. Но не сильно. Видно привык на службе у Льдины ко всякому.

— Извините, Евгения Игоревна, я в подробности не посвящен. Мне сказали охранять — буду охранять. Не я один, тут ещё двоих у дверей в палату поставили, а я так, под прикрытием приглядывать буду. А вообще вроде бы начальник наш это всё придумал, Ян Владимирович ничего не знал, пока в больницу не приехали…

— Лучше бы это так и было! Иначе я ему такую жизнь устрою, сам к убийцам побежит сдаваться! — я сердито плюхнулась на койку, отчего та жалобно заскрипела. Хотелось орать и топать ногами, но разум подсказывал, что это бесполезно. — Что от меня вообще требуется?

— Да ничего особенного. Лежите, отдыхайте, ни о чём не беспокойтесь. Мы тут, на этаже, бдим и охраняем. Еду будут привозить, из палаты вам выходить нельзя, душ с туалетом здесь имеется, так что в коридоре вам делать нечего. Дважды в день будут приходить с капельницами, вы не переживайте, это будут обычные витаминки и физраствор, для видимости лечения. Постарайтесь не шуметь, всё же вы вроде как без сознания. И надо будет постоянно носить вот это.

Охранник протянул мне белый пластиковый браслет с двумя кнопками, красной и зелёной.

— Зелёная — если вам просто что-то понадобится, красная — экстренный вызов, если вдруг плохо станет, пожар или ещё зачем…

"Или доблестная охрана убийцу проморгает" — мрачно подумала я. Вот мало мне было заточения в доме Варламова, там хоть пространство было, а теперь вот это. Я с тоски свихнусь!

— Слушай, как там тебя…

— Григорий, но все зовут просто Грег.

— Отлично, Грег. Передай там вашему начальнику, что если меня не обеспечат хотя бы планшетом, а лучше ноутбуком — я начну лезть на стенку со скуки, и поверь мне, вскоре на стенку полезете вы! Вся больница не рада будет, что вы меня в это втянули.

— Между прочим, вы сами во всё влезли. Приехали вместе с Яном Владимировичем? Приехали! Бумаги вместе разбирали, домой вдвоём отправились, ещё и без водителя… никто ж не поверит, что вы ни при чём и с Варламовым не вместе. Мы просто сообразили наиболее безопасный выход из всего этого замеса. Пока у нас нет никаких доказательств, чтобы арестовать подозреваемых, да и главный заказчик под вопросом.

— Вот взяли бы и выставили Варламова вашего приманкой, почему я отдуваться должна?

— Может, потому что его безопасность у нас всё же в приоритете? Да и вас иначе никто охранять не станет, а желающих прикончить хватает. Хотите, проверьте, вас в этой палате никто силком не держит. Готов спорить, даже до автобусной остановки дойти не успеете, как вас грохнут.

Самое паскудство, что Грег прав. Но радости и оптимизма это знание мне не добавляет. И ощущение, что меня используют, оно такое противное, такое обидное…

— Я попробую договориться насчёт планшета, — обнадёжил охранник, прежде чем выйти из палаты и оставить меня одну. Понял, что меня сейчас лучше не трогать, спасибо и на том. Ну Владимирович, ну удружил!

Ничего этого не было бы, если б он не потащил меня в офис, чтобы потешить свою сексуальную фантазию — уверена, помощь с бумагами была наскоро придуманным предлогом!

С другой стороны, не возьми он меня с собой, наверняка бы разбился, или наемники сразу после аварии прикончили… При мысли об этом по спине пробежал холодок. Смерти Льдине я точно не желала, как бы он меня ни бесил. Но вообще, это что у него за странная благодарность такая? Я его там через пол-леса волочила, а он меня приманкой для убийц сделал! Ладно, пусть не сам, пусть начбез его! Но мог же упереться, запретить… Гррр! Ладно. Я потом ещё за это с него спрошу. Пока не знаю как, но Владимировичу придется попыхтеть.

Да, надеюсь он там не забудет про Генри, его же надо и кормить, и выгуливать. Пусть только попробует оставить моего пёсика голодным! Я сердито пнула спинку койки. Настроение было преотвратным.

ЯН

Настроение было преотвратным. Мне категорически не понравилась идея сделать из врединки приманку, но в подробности плана меня посвятили уже на подъезде к больнице. Нет, если судить объективно, план хорош. Никто не ждёт, что неизвестную пассажирку будут охранять совсем уж тщательно, мы для вида одного мента посадили у двери в палату, сидит, кроссворды разгадывает, по виду такого обойти как нефиг делать. Надеемся, убийцы на это клюнут. На самом деле два других охранника, уже от меня, ныкаются по углам под видом пациентов, ещё один постоянно курирует палату Горошкиной в форме медбрата. Камеру установили, всё в лучшем виде, короче. Но, фак и ещё раз фак, меня напрягает тот факт, что я как бы прячусь за хрупкой женской спинкой. Я-то в безопасности пересижу, а Женьке ведь может и прилететь, вдруг там кто что недосмотрит? Уже поругался с начбезом, обозвал его идею тупой, помирился, признал, что по-другому никак, но на душе легче не стало. Затаились в засаде, ждём. На фирме тоже за всеми следим. Пока неизвестно, кто меня заказал и к кому переметнулся Дорофеев, пусть все думают, что своей цели достигли, глядишь, расслабятся и где-то да косякнут. Лишь бы финны не прослышали про мою "гибель" и не передумали контракт подписывать. За Дариной установили особое наблюдение, но она ведёт себя тише воды ниже травы, как будто вообще не при делах. Затаилась, сучка. Парни с работы, проверенные которые, говорят, вместе со всеми изображает скорбь по погибшему боссу, мне, то есть. Актриса, мать её. Хотя насчёт Горошкиной, говорят, удивилась и огорчилась вполне натурально, не ждала, что я с ней поеду. Ну да, все знают моё отношение к служебным романам. И с этим нам здорово повезло, иначе бы Дарина могла и Женьке в еду что-то добавить. И тогда была бы нам полная финита.