Уральский вариант
Шрифт:
– - Да, в общем-то, ничего, - сказал перепуганный насмерть Фурманов, отодвигаясь подальше от Анки и пытаясь застегнуть галифе.
– - Стоп!
– - Что?
– - Штаны...
– - Чего "штаны"?
– - Не надо застегивать - вещдок все жа... Василь Иваныч!
– - Че?
– - Подь сюды!
– - Зачем?
– - Тут Фурманов Анку хочет забесчестить!
– - Гы-гы-гы... Не могу я, Петька! На дорогу смотреть надоть!
– - Зачем?
– - Вдруг - рельсов нету... Или шпалов...
– - И что?
– - Как что?
– - Сделаешь ты чего?
– - Ничего не сделаю... А, ну да!!
Василий Иванович появился в кочегарке и уставился на распластанного на полу Фурмонова.
– - Итить твою в качель, - выругался он.
– Никак, разодрались опять, бараны?
– - Не, он хотел Анку того... Уделать.
– - Ну и че?
– - Как - че!
– - А фигли ж ты подсматривал?
– строго заметил Василий Иванович. Нехорошо подсматривать... Нехорошо...
Петька пристыженно покраснел и понурил голову.
– - Ну а вы, ребятки, не обессудьте, - сказал Василий Иванович политруку и Анке.
– В другой раз как-нибудь, раз мы вас вовремя зашухерили...
Глава шестая
– - Ты, интиллегент паршивый, давай, протирай очки и смотри, куда мы едем!
– - Как куда?! Прямо!
– - Вижу, что прямо... Ты пальцем покажи, куда...
– - Ну вон же, вон же!
– - Что - "вон"? Какого ты мне тут пальцем тычешь? Куда едем?
– - Да вроде как на Запад...
– - На Запад? Ну, это уж что-то... Удружил, молодец... Ну, иди... Тока никому, про то, что на Запад, понял меня, да?
. . .
– - А скажите, незабвенный Василь Иваныч, вы могете водку "Столишнюю" пить?
– - Могу...
– - А "Пшенишную"?
– - Могу...
– - А самогон?
– - И самогон могу...
– - А спирт "Рояль"?
– - Не, Петька, рояля не могу...
– - А че, Василь Иваныч?
– - Языков-то не знаю... А ну как отравят?
– - Да хватит вам про водку! Не травите душу... Да, кстатя, что там у нас в хвосте за бочка така железна громыхат?
– - Бочка? Какая бочка?
– - Ну вона, блестяшша така...
– - А, цистюрна! А правда, что в ей? Можа, спирт, Василь Иваныч?
– - Спирт? Гм... А можа... Иди ты, нечто тут в такой захолустье будет сратегиссьский продукт?
– - Какой продукт?
– - Сратегиссьский.
– - Это почему?
– - Потому что всех вас, олухов, может в нехорошие чуйства свесть... И какие вы тады будете вояки?
– - Плохие, Василь Иваныч...
– - Вот то-то оно... А стакан твой - где?
– - Как от беляков бежали, обронил, Василь Иваныч...
– - Смотри у меня, ща заставлю в речку нырять, как за винтовкой... Помнишь, кину-то привозили... про мене... эк я тама... Во, смотри, к речке якось-то подъезжаем... Ща вот ты у меня попрыгаешь за стаканом...
– - Знакомая какая-то речка, - задумчиво сказал Фурманов.
– - Кому?
– - Мне, понятно...
– - И что за речка?
– - Не знаю... Волга, вродь... Быстро мы управились!
– - С чем?
– - Да так, географию вспоминаю... Монголия во где, а Волга - во где...
– - Иди ты!!! А где та речка... Ну, как ее?.. Где меня тонули?
– - Урал? Во где!
– - Да ты что! Куды ж мы едем-то?
– - Не знаю дажа... Если так и дальше пойдет, скоро выедем на эту... как ее?.. линию... линию...
– - Говносральную линию Партии?
– - Не-е-е... На линию фронта...
– - Фронта? Ой, мудришь ты, Фурман... Перепил видать... Да, мы ж с цюстерной не закончили... Чего там, вот ведь вопрос? Петька! ПЕТЬКА! Где ты, придурок, тебя легендарный начдив зовет... Иди, Петька, разузнай, что в этой цюстерне, и смотри, не пей все, если горячичельное...
Петька достал из кочегарки лом побольше и отправился к цистерне по крышам вагонов.
Он вернулся через час.
Пьяный в стельку.
– - Все выпил?
– с сожалением спросил Василий Иванович.
– - Ты че, чувак! Там на роту, - сказал Петька и неожиданно для всех схватился за рот.
– - Зубы чешутся?
– посочувствовал Василий Иванович.
Петька вместо ответа отвернулся от ветра и сделал экстренный выброс съеденной пищи и выпитой жидкости на железнодорожное полотно...
Василий Иванович почувствовал в воздухе явный запах спирта, и в его взгяде проснулась явная заинтересованность.
– - Политрук!!!
– - Здеся я...
– - Стакан мой - ГДЕ?!
– - Так от беля...
– - Отставить! Стакан мне, живо! Не, бутыль! Не, не бутыль, ведро мне! Ур-р-ра!!! Дивизия, на цюстерну - за мной!
Покачиваясь от движения поезда, чапаевская дивизия помчалась в последний вагон, за которым была прицеплена цистерна со спиртным напитком.
Если бы у них была конница, процесс достижения цистерны мог бы значительно ускориться.
. . .
Офицерская оргия в доме архиерея в Саратове закончилась только под утро.
Основательно проблевавшись в хозяйское корыто, белогвардейский поручик Ржевский выполз на крыльцо, погромыхивая саблей о косяк двери. Левой пятке было холодно - сапог с левой ноги куда-то делся, портянки не было.
Поручик поежился.
Когда лежать в мокрой грязной луже тоже стало холодно, поручик поднял намокшую рожу, с которой коричневыми потоками стекала размокшая глина, и увидел сцену, которая его немного удивила - немного, потому что его пьяного совершенно ничего не удивляло, разве только если бы у Наташи Ростовой вдруг появилась грудь.