Чтение онлайн

Не помню, как я опустилась на землю. Не помню, куда били беспощадные зелёные молнии. Всё, что отложилось в памяти - долгая, невыносимо долгая агония двух внезапно осиротевших существ. Я сердцем чувствовала весь их ужас перед миром, и этот ужас был настолько сильным, что, будь моя воля, будь это в моей власти, я бы воскресила проклятого грелла, лишь бы не слышать душераздирающего крика…

Когда стихла буря и прошла физическая боль, мне было на всё наплевать. Меньше всего на свете хотелось драться, протестовать и ругаться. Поэтому, когда Дайнрил во второй раз поднял меня в воздух, я только крепче его обняла и молилась всем силам, что есть в природе: лишь бы не расплакаться. Что он обо мне подумает, сели я начну сокрушаться о тех самых сулорах, которые едва не отправили нас обоих на мифический Заокраинный Запад? Или это не из-за сулоров неведомая сила сжимает сердце…

–Успокойся, - Дайнрил крепко сжал мою руку (ту самую, что подпалило огнём и которая уже зажила под действием Силы), - всё уже кончено.

–Что… это было?

–Взросление Силы.

–Почему именно сейчас? Они же могли тебя убить! Я и сама чуть не свихнулась от боли… а теперь, знаешь, я чувствовала то же, что и они.

–Знаю. Это трудно.

–Ни черта ты не знаешь!

–Ты права.

–Какого лешего ты всё время со мной соглашаешься?!

–Так надо. Спорить с тобой в таком состоянии - всё равно, что поджечь склад с динамитом. Себе дороже выйдет. Но, честно говоря, иногда взрыв кажется избавлением, - он многозначительно усмехнулся, - поэтому держись крепче и побереги злость для врагов.

–Дайнрил?

–М-м?

–Тебе не тяжело?

–Нет, а что? Хочешь полететь рядом?

–Если б можно было! Это точно через укус не передаётся?

–Хочешь попробовать?

–Шуточки… слушай, а эта штука, ну, взросление Силы, это что?

–Подростка себе представляешь?

–Ну, представляю.

–Пока что твоя Сила была "младенцем", приходила через Сантар и помогал убивать тех, кто причинил тебе боль.

–А этого мало?

–Помнишь Керриэля? Он в состоянии сжать или растянуть землю, вызвать извержение вулкана, землетрясение или прекратить его, и всё это между делом, без вспомогательных орудий и по малейшему желанию. Когда твоя Сила станет зрелой, ты сможешь насылать ураганы или же организовать дождик в засуху, "стоит только захотеть". А пока Сила ещё должна пройти весь путь от младенчества до зрелости. Сейчас она - как капризный подросток, который не справляется даже с собственным голосом, не говоря уж о чувствах.

–И как долго она будет взрослеть?

–Тролль её знает. Может, день, может, пять лет. Если, конечно, нам ещё повезёт так долго прожить.

–Спасибо, оптимист ты мой ненаглядный!

–Стараюсь.

–А что ты ещё знаешь о Тверди Земли?

–Это так скучно… Посвящённые - это действующие адепты ордена Земной Тверди. Сама стихия ещё ничего не означает, равно как и каждый представитель стихии Тьмы - совсем не чёрный маг. Они носят меч с особенной оплёткой и обручи, те самые, с камешками, количество камней означает ступень посвящения. Чем больше камней, тем выше стоит адепт. Всего ступеней пять. Пятая ступень - это самые приближенные к магистру лица.

–А ещё что-нибудь знаешь?

–То, что написано в делларийских летописях.

–Каких ещё летописях?

–Весьма поучительная книжица. Если будешь в Деллари, обязательно загляни в её первые тома. Там очень занимательно рассказывается про историю возникновения сил Четырёх Стихий.

–И что там написано про дружков Керриэля?

Дайнрил приподнял брови:

–Сейчас вспомню, если память не отшибло. "Чтобы не уничтожили Тьма и Свет друг друга и окружающий мир, сама земля пробудилась от спячки и встала между существами дня и существами ночи. Так появилась стихия Тверди"… и так далее по теме. Лучше делларийцев никто не знает историю Обитаемых Земель, зато и зануднее них никто не расскажет. Для занудства тоже талант нужен, знаешь ли… на всякий случай имей в виду, что поиски истины чаще всего заканчиваются поиском убежища.

Я рассмеялась, но не учла собственного разбитого состояния. Виски вновь запульсировали. Я замолчала и в очередной раз прижалась лбом к груди эльфа.

–Что, головка от вопросов разболелась?
– хмыкнул он.

Я глубоко вздохнула:

–Угу. Ещё не вечер, а уже как утром. Ещё долго?

–До Перекрёстка, что ли?

–Да, что ли.

–Открой глаза и посмотри налево.

Да… не мог он выбрать лучшего момента! Оказывается, вампиры (или болотные эльфы, как кому нравится) летают крайне быстро, практически со скоростью легкового автомобиля с неплохим двигателем - но с отвратительной подвеской. Ну, километров восемьдесят или сто в час - точно. Несмотря на то, что схватка с сулорами отняла у нас не меньше часа, мы успели догнать своих. Сверху было видно, как конная процессия скрывается в овраге, за которым, наверное, и располагался "чёрный ход". Мы же в это время находились на высоте крепостных укреплений, и леший дёрнул меня посмотреть туда как раз в тот момент, когда напротив оказалась на удивление противная и натуральная "горгулья", вернее, серая горная ящерица, которая часто встречается в горах Дракона. В Нурекне эта ящерка украшает большинство крепостных стен и играет ту же роль, что и горгульи на готических соборах: отпугнуть злых духов, ну и для красоты, конечно. Зачем Дайнрилу понадобилось меня просвещать именно тогда - не знаю, но мне всё же удалось чувствительно толкнуть его в бок. Больно было в основном локтю. Хорошо ещё, что не черепу: нутром чувствовала, что эльфа так и подмывало разжать руки. Не разжал и слава богу. А в следующую секунду мы уже стояли внутри маленькой осадной башенки рядом с ошалевшим от неожиданности караульным лучником. Впрочем, вскоре он пришёл в себя, загородил своим хиленьким тельцем узкую винтовую лестницу и, стараясь выглядеть как можно внушительнее, спросил:

–Как мне о вас доложить?

–На кой это тебе?
– Дайнрил подмигнул мне и по-дружески, не жалея сил, похлопал парня по спине.

–П-приказ к-командира…

–В военное-то время?

Караульный покачнулся, но устоял. Даже жалко его стало. Ведь, судя по всему, он нашего милого Дайнрила знает, иначе первым делом спросил бы, кто мы, собственно, такие. А уж ответ на невинное замечание вампира вполне годился на то, чтобы его включили в список местных армейских анекдотов:

–Так, эта… гостеприимство в разумных пределах. Чтобы, эта… поддержать… положительный образ крепости.

–Для кого?
– выражение лица Дайнрила пока что было недоумевающим, но чувствовалось, что всё это ненадолго.

–Эта… для всех гостей.

–И для орков тоже?

–Быть положительным для всех, - тупо повторил парень.

–Если хочешь быть положительным для всех, придётся положить и на себя.

Караульный выпучил глаза. Я медленно сползла на пол, дёргаясь так, что любой невропатолог поставил бы диагноз не лучше эпилепсии. А Дайнрил и не собирался останавливаться. Как, например, ему могло прийти в голову такое:

–Та-ак, эт-та… любезнейший, докладывать-то будем? Сказал "А" - не будь "Б". Может, нам прошение составить на гербовой бумаге? Рита, у тебя случайно не завалялось?

–За неимением гербовой бумаги…

–Подтираются простой, - и рассмеялся.

Лучник расцвёл, аки цветок бальзамина, а мы с Дайном потихоньку проскользнули мимо него. Возможно, он и пытался нас задержать, но к тому времени мы уже спустились витков на семь вниз, а акустика в башенке была отвратительная. По пути мой спутник объяснил, что наших друзей можно будет отыскать в молельной, там хорошие условия для телепатических переговоров. Молельная же расположена на расстоянии одного коридора от выхода из нашей башни. Заодно я узнала-таки, какому государству подчиняется весь этот бардачок. Точнее, получила исчерпывающее объяснение: "я сам себе и небо, и луна". То есть, Перекрёсток - формально независимый город-государство, вроде Ватикана. Тогда возникает вопрос, какого лешего мы здесь делаем, но на него времени уже не осталось - мы дошли до искомой молельной комнаты. Как ни странно, остальные успели туда раньше, это было ясно по сердитым и возбуждённым голосам, доносящимся изнутри. Конечно, стоило бы подождать, прежде чем вламываться без стука, так ведь Дайнрил-то, судя по его манерам, даже не в лифте - в сарае родился. Так мы и оказались в центре событий. Начну по порядку.

Во-первых, посреди галдящих друзей парило привидение. Вернее, полупрозрачный образ длинноволосого мужика в ослепительно белой хламиде и с подозрительно молодым лицом. Если бы не причёска, ни за что не дала бы ему больше тридцати пяти. Во-вторых, рядом с Фрекаттой стоит Клейтас, морда кирпичом, а глаза виноватые. Прозрачный что-то народу втолковывает - будто бы этого самого Клейтаса мы должны слушаться пуще отца родного, потому как он, видите ли, Перворожденный. Насколько я знаю, так всех эльфов называют, и что с того? Эльфов вокруг - аж две страны, почему именно Клейтас?