Усафар
Шрифт:
Шепталась жухлая трава.
Казалось: кто-то неприметно 257
Следил за ним со всех сторон
И тени таяли рассветно
Под крик испуганных ворон.
Был он не робкого десятка, 258
Хоть не привык лезть на рожон.
«Дай бог, чтоб всё сошло мне гладко».
–
Похолодев, подумал он.
Он шёл, пугаясь каждой ели, 259
Боясь легко попасть впросак,
А мысли тишиной звенели -
Последним стать мог каждый шаг.
Вдруг разорвался по-над бором 260
Над самым ухом жуткий рёв,
Как будто петь собрался хором
Десяток бешеных коров.
И в тот же миг, вцепившись, сжала 261
Тайга медвежий жёсткий зад
И на секунду задержала,
Чуть зверя осадив назад.
Федот уже простился с миром- 262
Он стал бледнее мертвеца
И просвистела, как секира,
Медвежья лапа у лица.
Кровь потекла волной солёной 263
Через края глубоких ран,
А на губах слипались стоны,
Переходя невольно в брань.
Он побежал неровным шагом 264
Через валежник напрямик,
А следом, лесом и оврагом, -
Собачий лай, медвежий рык.
Скатился к лодке вмиг с обрыва - 265
Пересчитал ухабы склон
И заревел мотор с надрывом,
Тогда лишь понял, что спасён.
Федот взглянул назад на берег. 266
Оторопел, смекая вмиг,
Заметив на откосе зверя:
«Едва зверюга не настиг!»
Рёв полетел, гудя трубою, 267
Раскатным эхом пустоты:
«Должно, увидимся с тобою.
Меня ещё попомнишь ты!»
Глава XII
ПОХИЩЕНИЕ РЕБЁНКА
Казалась вечностью дорога - 268
Федот был, явно, не в себе.
Упал без чувств он у порога,
Лишь подойдя к своей избе.
В бреду метался он неделю, 269
Уйдя за грань кошмарных снов,
А дни, не двигаясь, летели
Сквозь безотчётный гомон слов.
Лечила знахарка Варвара,- 270
Знаток целебных диких трав.
Её настойки и отвары
Крепки, как и старухи нрав.
Она владела тайной ядов 271
И силой трав наперечёт,
И останавливала взглядом
Кровь, что без удержу течёт.
Жила Варвара по соседству 272
И с незапамятной поры
За сказкой шла Марьяна в детстве
К ней через ближние дворы.
Травой, кореньями, грибами 273
Пропахла ветхая изба.
Трава развешена снопами,
В углах из лыка короба…
Федоту становилось лучше, 274
Но вырывался часто стон -
Все так же неотступно мучал
Один и тот же страшный сон.
Вот снится: ночь черней болота 275
И ветер воет, словно зверь,
А за стеною бродит кто-то
И ломит запертую дверь.
Снаружи ветер рвет и скачет, 276
Ненастья ширится разгул
И тут почудился собачий
Под дверью еле слышный скул.
Казалось, там Тайга скулила, 277
И что был ранен верный пес.
Так тяжело сопел уныло
Сухой горячий пёсий нос.
Федот с опаской крался к двери, 278
Приоткрывал её едва