Чтение онлайн

Диди состроила язвительную гримасу.

— Давай ты меня молча пострижешь, и я пойду домой.

— Не хами, нахалка. Я занималась твоими волосами, когда тебе было семь.

После этой вроде бы обиженной реплики Нэтали все-таки замолчала и взялась за расческу. Но Диана хорошо знала, что тишина не будет долгой. Стоило порадоваться хотя бы этой короткой передышке. Нэтти, не жалея, била по больному месту, и так было всегда. Она будто специально вскрывала только-только затянувшиеся ранки с целью докопаться до сути.

Парикмахер расчесала волосы, еще раз мрачно осмотрела неровный край. Взяла зажимы из сумки на поясе и разделила пряди. Молча достала ножницы и принялась аккуратно исправлять последствия вандализма.

— А все-таки, неужели был так хорош? — не выдержала она.

Диана даже засекла время, прошло всего четыре минуты.

— Господи, Нэтти! — воскликнула Диди. — Что по-твоему я сейчас должна тебе сказать? Мы были вместе три долбаных года! Жили вместе… А потом я увидела, как он присосался к какой-то брюнетке в золотистой машинке, хотя еще пять минут назад валялся на диване даже не умытый!

Диди замолчала и возмущенно уставилась на отражение Нэтали в зеркале.

— Ладно, не ори, — примирительно проговорила та. — И не дергайся, а то криво будет.

— И так криво.

— Сама виновата. Кстати, ты знаешь, что тебя скоро проклянут?

— С чего бы? — вздернула бровь Диана, тут же с радостью переключившись на другую тему.

Нэтали сняла один зажим, разделила волосы по-новому и снова заколола.

— Ты же будешь учить Келли Райан, — пожала плечами женщина.

— И что?

— На ее папашу посматривают все разведенки в районе набережной и гольф-клуба, — хохотнула Нэтти. — И не разведенки тоже. Знаешь, какое паломничество устроили к их дому, когда они переехали? Он начал давать уроки рисования, и первое время в группе были одни женщины, приходили с пирогами и печеньем, сюсюкали с Келли… Только он непробиваем, живет как монах. Никаких интрижек за два года! А какое тело, м-м… И у тебя сейчас будет отличный повод с ним общаться. Была бы я на десяток лет моложе, тоже начала бы тебя ненавидеть.

Диана слушала этот монолог и все больше непонимающе сдвигала брови.

— Подожди-подожди. А где мать Келли?

— Так нет ее, — Нэтали прервала стрижку, уперла массивные кулаки в крутые бедра. — Ричи Райан вдовец. Ты не знала?

Конечно, Диди не знала. Она давно отвыкла знать все о своих соседях. Провалиться бы ей сквозь землю, да только под ее ногами сейчас был толстый слой фундамента.

— Вот че-ерт, — протянула она, прикрыв глаза рукой.

— Что такое?

— Я спросила у Келли, почему с танцев ее не забирает мама. Нэтти, это ужасно!

— Пф, да перестань, — отмахнулась женщина и снова принялась за работу. — Насколько я знаю, это случилось достаточно давно, и девчонка плохо помнит то время. Зато посмотри, какая перспектива! Если постараешься, Ричи Райан точно клюнет.

Ну начинается. Не успеешь сообщить, что ты свободна и независима, как на тебя тут же пытаются повесить очередного сомнительного типа. Эти бешено популярные мужчины уже начинали утомлять. На последней работе Дианы появился новый охранник, от которого все танцовщицы слетели с катушек. И вот, история повторяется. Только в это раз звездой стал художник. Даже если мужчина сказочно хорош собой, это не значит, что с головой у него тоже все в порядке. Особенно, если он художник. Был у Дианы один знакомый, который систематически избивал свою девушку, а потом прыгнул с крыши. Жить остался, но лучше бы нет.

— Не нужен мне никто, — пробурчала Диди. — Тем более, если он художник.

— Почему это? — в голосе Нэтти ясно слышался скептицизм.

— Ненавижу художников. Они психи.

Нэтали устало закатила глаза.

— Много ты знаешь.

На следующий день Диана была готова встретить девочек в полной боеготовности. Еще до их появления она стянула оставшиеся после стрижки волосы резинкой, переоделась в лосины, которые надевала во время репетиций, короткий обтягивающий топ и убитые годами кроссовки. Прошло совсем немного времени с ее последнего дня работы в клубе, но надевая одежду, Диди испытала ностальгию. Все-таки там было хорошо. Несмотря на коллектив, который бойфренд Лекси ласково называл «аквариумом с пираньями», бывали и хорошие времена, и их было большинство.

Диана любила ту работу. Несмотря на сомнительный статус клубной танцовщицы, там она не танцевала в золоченых клетках или на барной стойке. Она была частью танцевальной труппы, каждое их выступление планировалось профессиональным хореографом, оттачивалось до идеала, и представляло из себя целую танцевальную постановку. Но вряд ли это кого-то интересует. Обыватели при слове «танцовщица» представляют заштампованный образ почти раздетой девицы на высоченных каблуках, из-за которых коленки не разгибаются до конца и весь танец представляет из себя приседания и махи руками.

В зал стали заходить девочки, скомкано здоровались и исчезали в раздевалке. Цепочка то прерывалась, то снова возобновлялась, пока одиннадцатая не закрыла за собой дверь изнутри маленькой комнатки. Какое-то время оттуда доносился гул голосов, иногда слышался звонкий девичий смех. Диана терпеливо ждала, привалившись к подоконнику и глядя на кусочек моря в просвете между домами. Но потом гул стал громче, постепенно превращаясь в шум, из которого моментами вырывались четкие вопли наподобие «Сама ты идиотка!».

Диди тяжело вздохнула. Она уже понадеялась, что с ученицами проблем не будет, но радовалась она, судя по всему, рано. Отлепившись от подоконника, Диана прошла к двери в раздевалку и резко распахнула ее настежь. И сразу все стихло. Зеленоглазая шатенка Дженнет и высокая кареглазая блондинка Марго, ругавшиеся в центре комнаты, замерли, не закончив свои фразы. Диди успела расслышать, что фраза одной из них прервалась на слове на букву «х».

— Что здесь происходит? — спросила Диана, обводя взглядом помещение.