Чтение онлайн

Пруэтт закусил губу. Его подстерегло что-то непостижимое — ни чудодейственная электроника, ни человеческий разум не сумели этого предусмотреть. И человек и машина спасовали… Ведь его корабль работал безотказно весь срок по графику — почти сорок восемь витков.

Все лучшее, что было в образцовом полете Ширры, в эпопее Купера, все было учтено, вплоть до оледенения.

Почти семьдесят шесть часов — время по графику — все было в порядке. Капсула… Она была прекрасной, послушной птицей. До того самого момента, конечно. Последний виток он заканчивал превосходно, скользнул над северо-западным берегом Новой Гвинеи, быстро приближаясь к той точке пространства и времени, когда ему надо было включить три тормозные ракеты. Контрольный радиосигнал должен был подать «Радар Куин», один из четырех кораблей связи и слежения, входивших в глобальную сеть обеспечения полетов по программе «Меркурий». Он курсировал вдоль северного берега Новой Гвинеи, остальные — в других районах.

Пруэтт передал последние данные на станцию Мучеа.

Все шло как нельзя лучше.

Бортовая система отсчета времени отставала на полсекунды, и он немедленно внес поправку. Затем сориентировал капсулу в расчетное положение для торможения. Теперь теплозащитный экран был направлен вверх под углом тридцать четыре градуса к горизонту. Положение продольной оси капсулы и крен выдерживались точно. Капсула была идеально послушна.

Он отключил источник света в кабине, закрепил все свободные предметы. Рукоятку подачи охладителя в скафандр перевел на цифру «восемь». Температура воздуха, поступавшего в скафандр, снизилась до восемнадцати с половиной градусов. Ему стало прохладно. К моменту включения тормозных двигателей температура упадет до семнадцати градусов, намного ниже уровня, который поддерживался все трое суток полета. Это обеспечит дополнительное охлаждение на период сильного нагрева капсулы в атмосфере.

Пруэтт доложил обо всем проделанном на станцию Мучеа.

Он проверил двигатели ориентации на минимальную и максимальную тягу, опробовал коррекционные двигатели, быстро проверив готовность всех систем управления ими, настроил радиосредства, проверил герметизацию визира, управление давлением и температурой в кабине и скафандре. Затем запустил гироскопы системы стабилизации и включил ток в систему зажигания.

За пять минут до включения тормозной установки он снизил давление в кабине и в скафандре. Температура в кабине не поднималась выше тридцати градусов. На входе в скафандр, к его удовлетворению, воздух имел температуру всего шестнадцать с половиной градусов.

Капсула вышла из зоны приема Мучеа. Пруэтт установил связь со станцией на борту «Радар Куин». Все было готово. Он включил автоматическую систему ориентации и стабилизации. Теперь пусть электронный мозг последит за ориентацией капсулы.

— Тихоокеанский корабль управления, говорит «Меркурий-7». Как слышите меня? Прием. — Пруэтт был официален.

— «Меркурий-7», говорит тихоокеанский корабль управления. Слышим хорошо, Дик. Как ты там?

— Тоже хорошо. Прекрасная слышимость.

— Седьмой, по-моему, ты уже достаточно покрутился по Вселенной. Готов спуститься на грешную землю?

Пруэтт рассмеялся. Дерек Ларсен терпеть не мог казенных штампов переговорных таблиц. Установив связь и приняв ответ на позывной, он посылал инструкции ко всем чертям.

— Понял, Дерек. Прогулочка кончается. Я тут все уже настроил. Вот и включатель зажигания уже под током. Я даже чуть-чуть опередил график…

— Не волнуйся, Седьмой. Мы же дадим контрольный счет перед пуском. — Ларсен, сам того не замечая, сменил дружеский тон на строго деловой. — Я понял так, что вы хотите включить автоматическое управление, а ручное управление оставляете как резервное.

— Подтверждаю, станция связи. Сейчас рукоятка в крайнем положении, я тяну ее… вот… и ставлю на автоматическое управление с ручным дублированием.

— Хорошо, Седьмой. Нам разрешено дать вам подтверждение. Ориентация у вас такая, что хоть сейчас нажимай кнопку.

— Точно. Моя птичка отлично слушается меня. Само совершенство. Она впишет новую главу в книгу о космической технике.

— Вас понял, Седьмой.

На пульте перед Пруэттом вспыхнула сигнальная лампочка — до начала торможения осталось пять минут. Ларсен подтвердил точность счета времени.

— Отлично, Дик. Даю отсчет. На «пять» включай замедлитель запала. Начнем. Так… десять, девять, восемь, семь, шесть, пять!..

— Есть запал!

— Понял вас, Седьмой. Капсула держится отлично, Дик. Скоро начнешь торможение…

«Меркурий» послушно следовал командам, которые нашептывал ему электронный мозг. Машина гироскопами обеспечивала стабилизацию, инфракрасными искателями цеплялась за горизонт и по их показаниям удерживала капсулу под углом в тридцать четыре градуса, гасила крен. Пруэтт ограничивался ролью пассажира.

У Уолтера Ширры в капсуле «Сигма-7» автоматика на этапе торможения сработала блестяще. Гордону Куперу в капсуле «Фейт-7» не так повезло, но он не подвел космонавтов и поразил ученых, показав такое мастерство управления вручную при торможении и возврате в атмосферу, что электроника могла бы позавидовать. Но Пруэтта не влекли лавры Купера, его вполне устраивала роль дублера при счетно-решающем устройстве.

Он держал левую руку в готовности над кнопкой ручного зажигания тормозных ракет. Все же не исключено, что автоматика не сработает вовремя… А могло быть и так, что двигатели сработают прекрасно, а сигнал на пульте не вспыхнет…

Скотт Карпентер на «Авроре-7» попал в переделку при торможении. Пруэтт изучил до мелочей этот этап его полета. Карпентер точно выполнил все операции по подготовке к торможению. Наземная станция в Калифорнии дала ему отсчет времени для включения тормозной установки. Оператор сказал «нуль», но запалы не сработали. Прошло две секунды после нуля, а тормозные двигатели все не включались. Тогда Карпентер ударил по кнопке ручного управления. Прошла еще секунда, прежде чем он ощутил и услышал, что одна ракета включилась. Эти три ничтожные секунды означали перелет запланированного района посадки по меньшей мере на двадцать пять километров. А кто знает, насколько запоздало бы включение, если бы Карпентер не «воткнул» ручное управление?

Помня все это, Пруэтт был готов подстраховать автоматику. Ему совсем не улыбалась перспектива болтаться в море, где-нибудь вдалеке от намеченного района, и превратить нормальную посадку в опасное морское приключение. Он вполне мог обойтись без этого.

— «Меркурий-7», пора. Начинаем отсчет с пяти для включения тормозной установки.

— Седьмой готов.

— О'кей, сейчас… Начали: пять, четыре, три, два, один, нуль.

Пруэтт напрягся в ожидании резкого торможения.

Тишина.