Чтение онлайн

– Разве ты не жаловалась мне вчера, что нигде не можешь обнаружить ни малейшего его следа?

– Так и было, пока я не наткнулась на газетную заметку. Нет, не ту, что мы нашли в доме, а другую. Она дала мне нить и натолкнула на мысль, что… Впрочем, сам поймешь. Я ее тебе прочитаю. – Сара расстегнула портфель и вынула фотокопию. – Это «Роки Маунтин Ньюс» за 18 июля 1881 года.

Сара передала Деннису фотокопию.

– Там есть еще, дальше. Банда Джеймса хотела захватить машиниста, но он привел в действие тормоза, заполз под решетку спереди паровоза и там спрятался.

– Дикий, неотесанный Запад, – сказал Деннис, глядя на фотокопию. – Кое-кто пытался сделать героев из Джесси Джеймса и его братьев. Но тут уж точно никакого геройства не видно.

– Люди становятся легендой только после смерти, когда у творцов легенд развязаны руки, – заметила Сара. – Так вот, тут говорится, что Брейди Куинн был правительственным чиновником во время войны. Я решила, что речь идет о гражданской войне, подключилась из библиотеки к сети «Дэйта-Нет» и проникла в Национальный архив в Вашингтоне.

Деннис отхлебнул виски.

– Разве это не противозаконно? – спросил он, ставя бокал точно на то место, где он стоял, – на влажный кружок на скатерти.

– Конечно, противозаконно, – ответила Сара. – Иначе было бы неинтересно. В эти файлы очень трудно войти, а изменить их или стереть нельзя. – Она подождала, пока официант расставлял еду: жареное мясо по-лондонски для Денниса, омар для нее. – Короче говоря, я нашла файл с послужным списком Брейди Куинна. Министр внутренних дел Мак-Клелланд назначил его статистиком для специальных исследований в 1853 году по рекомендации некоего Айзека Шелтона из Массачусетса. Каждый последующий министр, вплоть до Ашера, подтверждал назначение. После войны Куинн ушел в отставку и уехал сначала в свой родной Манси, а потом в Денвер. Пенсионное управление потеряло его след в 1876 году. Я не нашла ни единого упоминания о нем между 1876 и 1881 годом, когда он был ранен в поезде в Миссури.

Деннис поднял брови.

– Так, а потом в него снова стреляли… Когда это произошло? В 1892-м? Дважды попал под пулю как случайный прохожий? И оба этих случая никак не связаны между собой?

– Правильно. Я подумала о том же. Кто-то хотел убить его, но так, чтобы это выглядело несчастным случаем. Наш мистер Куинн становится весьма загадочной персоной. Совершенно очевидно, что с 1876 года он скрывался. Но от кого? И почему?

– Статистик Министерства внутренних дел, – задумчиво произнес Деннис. – Могу себе представить, где мог нажить себе массу врагов человек на таком ответственном посту. – Он ухмыльнулся собственной шутке. – Ладно, все это происходило больше ста лет назад. Что было, то прошло.

Сара хмыкнула.

– Конечно, прошло, но ведь мы хотели разыграть этот мотив, а не просто использовать имя как этикетку. Не можем же мы назвать застройку «Кварталом Брейди Куинна», не объяснив людям, почему. С таким же успехом можно поставить любое другое имя. Нет, какая бы там ни была тайна, ее-то мы и должны, обыграть.

– Знаю, – сказал Деннис. Он разрезал мясо на аккуратные кусочки, поддел один из них на вилку и переложил вилку в правую руку. Много лет назад Сара приучила себя пользоваться ножом и вилкой на европейский манер и давно пыталась убедить Денниса, что его способ менее эффективен, но успеха не добилась. – Если бы мне удалось понять, почему его смерть попала в тот перечень исторических событий, – задумчиво сказал он, – то у нас появилась бы ниточка. А так это-не укладывается ни в какие рамки. – Он взглянул на Сару. – Знаешь, у большинства событий в том перечне есть одна общая черта. Все они – гвозди от подков.

– Гвозди от подков? Что ты имеешь в виду?

Он улыбнулся.

– Это я так пошутил. В прошлый четверг я беседовал с одной профессоршей из Денверского университета. О том самом перечне, что мы нашли. Это ее идея. Она сказала, что во всех упомянутых там случаях действия сравнительно небольшой группы людей имели несоразмерно важные последствия: они изменяли ход истории – иногда явно, иногда незаметно.

Деннис коротко поведал ей о встрече с профессором Ллуэлин.

Поняв, что он хотел сказать, Сара кивнула. Про себя она удивилась, услышав, что Деннис тоже потратил время на что-то «сверх программы». Теперь она не чувствовала себя столь виноватой, что потеряла целую неделю.

– Наверное, она знает, что говорит. В конце концов, это ее специальность. Но она действительно считает, что Тэйлор породил коммунизм? По-моему, это чересчур большое достижение для рядового инженера.

– Нет-нет. Она только сказала, что Тэйлор, Форд, Ленин и другие действовали в одном направлении. Это были только ступеньки на пути к Управляемому Обществу, где власть сосредоточена в руках класса профессиональных администраторов. Ты понимаешь, что я хочу сказать. Делай, что тебе говорят, а остальное запрещается.

Деннис посмотрел на свой кусок мяса, нахмурился и принялся энергично его резать.

– Ох уж мне эти бюрократы! – со злостью воскликнул он и поднял глаза на Сару. – Я тебе когда-нибудь рассказывал? Когда я работал инженером-строителем, еще до того, как получил диплом архитектора, мою компанию проглотила одна большая корпорация. Знаешь, из тех гадов, что пытаются прибрать к рукам все подряд. Новые владельцы прислали своих управляющих, и, представь, ни один из них не был инженером.

– Постой. Могу поспорить, что у них были дипломы менеджеров-администраторов с финансовой подготовкой.

– Угадала. Мой новый начальник ни уха ни рыла не смыслил ни в сопротивлении материалов, ни в методике испытаний. Знаешь, что он заявил? Мол, профессиональный администратор может управлять любым бизнесом или любым процессом, где требуется правильное администрирование. Прямо как в учебнике.

Сара хмыкнула.

– Мне это напоминает того профессора педагогики, о котором ты рассказывал. Того, что говорил, будто учителя должны только знать, как учить предмету, а не сам предмет. Ну, и что случилось дальше?

– А как ты думаешь? Производительность упала, а расходы подскочили. За какой-нибудь год полностью сменился весь персонал. Компания из доходной превратилась в убыточную. И прогорела. Все только ради того, чтобы чиновники, сидя за сотни миль, могли держать в своих потных цепких ручонках бразды правления. – Он покачал головой. – Странно. Кажется, я до сих пор злюсь, хотя прошло столько лет.

– Если бы централизация себя оправдывала, то Россия уже экспортировала пшеницу.

Деннис усмехнулся.