Вампир поневоле
Шрифт:
Вовочка первым заметил, что что-то не так. Мирно прогуливавшиеся подле консерватории парочки и группки людей как-то упрямо огибали одну лавочку, старательно держась от нее подальше.
Любопытный Данешти тут же рванулся туда.
Обогнул лавку, плюхнулся на сиденье и удивленно присвистнул …
– Идите сюда!
Мне и Ане ничего не оставалось, как подойти …
На скамейке сидела девушка. И тут можно было бы со спокойной совестью язвить, что Вован уже нашел себе подружку, но … Легкая майка на ней была перепачкана пылью, на рваных джинсах запекся потек крови, а глаза невидяще смотрели куда-то вперед.
И лицо у нее было такое знакомое-знакомое …
Вовка осторожно тряхнул ее за плечо:
– Ау, у вас все в порядке?
Девушка что-то бессвязно пробулькала и начала заваливаться набок.
— Э-э-эй! Осторожно! — Вовка с трудом успел ее подхватить.
— Да оставьте вы эту пьянчужку в покое! — весело обронил какой-то проходящий мимо парень с плеером в ушах. — С обеда тут сидит. Давно протрезветь пора!
На лице Вовки заиграли желваки:
– Она не пьяная, запаха нет … Андрей, звони в «скорую», срочно!
Как обычно, ждать машину «скорой помощи» пришлось минут тридцать. Вовочка уже успел израсходовать весь запас ругательств, когда наконец в конце улицы послышалось знакомое завывание сирен. И когда пострадавшую уже грузили в машину, Данешти тихо поинтересовался:
– Андрюх, у тебя случайно телефона Раду не завалялось?
Я поперхнулся от удивления:
– С ума сошел?!
– Значит, придется в больницу с ней ехать, может, у нее сотовый есть, а там номера какие-нибудь остались, — вздохнул Вовка и, покосившись на меня, пояснил: — Это она с чел Фрумосом в кафе была …
Узкие коридоры, снующие медсестры, острый запах лекарств и медленно сгущающиеся сумерки за окном. Последний лучик солнца уж несколько минут как погас, и в больнице царила гробовая тишина. Мы трое — я, Вовка и Аня — сидели на небольшой лавочке в коридоре и просто ждали. Посетителям так поздно находиться в больнице не положено. Я уж не знаю, с кем там и о чем договаривался Вовочка, но нас пока не выгоняли.
Сердце внезапно екнуло и, словно в ответ, на лестнице послышались быстрые мужские шаги — Раду!
Он сразу же взял быка за рога и сейчас общался с дежурным врачом, прежде уже успев заглянуть в палату, где находилась Ольда Владимировна Фриш. Я, честно говоря, в первый момент решил, что ослышался, но оказалось, все правильно — ее звали Ольда, а не Ольга.
– Так что с ней?! — услышал я глуховатый от скрываемого волнения голос Раду.
Дежурный — толстенький дядечка с окладистой бородкой — словно и не замечал ни ожогов, ни шрамов своего собеседника. А может, действительно не замечал.
– Инсульт, — сказал он и добавил, поясняя: — Кровоизлияние в мозг.
– Дьявол! Но почему?! Она никогда не жаловалась.
– Вполне возможно, — пожал плечами врач. — У нее инсульт по типу гемореологической микроокклюзии. А причина может быть любой — сильное волнение, перегрев на солнце … И совсем не обязательно, чтобы человек до этого жаловался на ту же гипертонию.
Раду поджал губы:
– Хорошо, а что дальше? Что с ней будет?!
– Знаете, молодой человек, — вздохнул врач, — на это очень трудно ответить. Инсульт произошел около полудня. Если бы ее привезли сразу, можно было бы хоть о чем-то говорить, а сейчас … Ее доставили в начале девятого. Мы делаем все возможное, но … Даже если она переживет эту ночь — хотя вероятность этого один процент из тысячи — в мозге наступят необратимые изменения.
– То есть …
– Мне очень жаль, мы делаем все возможное … — и врач направился вдоль по коридору.
Раду проводил его злым взглядом, вытащил сигару и закурил. Вовочка завистливо покосился на него, поскольку его самого с сигаретой уже несколько раз вылавливали вездесущие медсестры и требовали, чтоб он шагал курить на улицу. Вовка справедливо опасался, что его обратно уже не пустят. И терпел.
Кажется, у вампира дрожали руки, когда он закуривал.
А потом он увидел нас.
Несколько мгновений чел Фрумос стоял без движения, а потом рванулся к нам, навис, подобно скале, только что в горло не вцепился:
— Как найти Влада?!
Монетка — это, конечно, наше все. Дарили ее лично мне, вещь редкая, коллекционная, с двумя орлами и полным отсутствием решек. И Ромочка мне голову оторвет за разбазаривание казенного имущества.
Но когда тебя просят так убедительно, послать просящего как-то … неудобно.
И вообще, он же не убивать его собирается. Надеюсь.
А еще там Лидия. Два против одного. В любом случае — выигрышный вариант.
Замок он отыскал быстро. Когда знаешь, что тебе нужно, когда вперед тебя ведет голос крови, а в душе горит страх потери — заблудиться очень трудно. Попасть внутрь тоже не составило ему труда: в самом деле — ворота настежь распахнуты, вокруг ни души. А вот найти обитателей было сложней.
Казалось, хозяева обживали замок по частям. Поросшие пылью и мхом коридоры соседствовали с небольшими уютными комнатками, освещенными блеском свечей, за крошечными помещениями, где царили холод и мгла, следовали огромные залы, разукрашенные букетами живых цветов.
Время шло, и Влада нигде не было, а с каждой секундой все ближе и ближе подходила смерть. Смерть наивной зеленоглазой девчонки, случайно подсевшей в машину. Смерть той, за которую, впервые за пятьсот лет, он был готов отдать все что угодно. Смерть Лели …
Еще одна распахнутая настежь дверь, и снова шаги … И наваливающаяся пушистым боком отупляющая усталость. Все зря. Влада нигде нет.
Секунды протекают подобно песку сквозь пальцы.