Чтение онлайн

толку? В политике этих советских шизофреников он так же разбирался, как Тутанхамон в

компьютерах или в презервативах с усиками. «Уникальное убийство» не читал. Журнал,

16

где напечатан этот роман, есть, наверное, у Моны. Она его получает в управлении, читают

его там все, кому ни лень, потом Мона забирает журнал домой, пока он не затеряется у

подруг.

Джон, не раздумывая, подошел к книжному шкафу, пробежал глазами по полкам,

отыскал стопку журналов.

– Мона, мне нужен журнал, где напечатан роман Майкла.

– Тебе нужен May, – Мона разбито подошла к шкафу, – разве ты его не читал?

– Майкл сказал, что мне необходимо его прочитать. Будто это поможет расследованию,

– с досадной усмешкой заметил Джон.

– Если нет времени, можешь не читать. Я тебе расскажу. Это что-то похожее на… О,

Боже! Джон! Это похоже на случай с Клодом, – Мона испуганно посмотрела на Джона,

– так в этом сюжете и я! Джон, что происходит? – вскрикнула она.

– Я так и думал, – раздраженно сказал Джон, – потому и попросил журнал.

– Вот он, Джон. Я его нашла, успокойся.

– Успокаиваться нужно тебе.

– Но может это просто совпадение, как и все стандартные случаи, они похожи? А мы с

тобой взвинченные, с фантазией.

– Ошибаешься, милая. «Стандартные» не могут называться «Уникальным убийством».

Только этот Майкл паразит! Если какой-то маньяк клюнул на его сюжет. И я ему, паразиту,

скажу об этом. А впрочем, он и сам уже, наверное, пожалел, что написал такое… Пойди,

открой, это Форст, – добавил он, услышав звонок у входной двери.

Форст переступил порог и, переминаясь с ноги на ногу, остановился, посмотрел на

Джона.

– Да, хорошо. Я вижу, что ты явился, – сказал Джон, внимательно рассматривая Форста,

– займись отпечатками на подоконнике здесь с внутренней стороны и там – на двери и

окнах со стороны балкона. Объясни, если у тебя хватит фантазии, каким образом

похититель мог сюда забраться?

Форст медленно вытащил из саквояжа пропавшие вещи Моны. Бюстгальтер он

аккуратно двумя пальцами подержал навесу перед Моной. Она выдержала паузу и

упавшим голосом сказала:

– Да, это мой. И браслет.

– Знаем, – мрачно сказал Джон, – забирай, Форст, как улики. Непонятно только какие. А

мы с Моной пойдем, уединимся, составим официальный опрос ее персоны, как лица,

имеющего к убийству косвенное отношение. Самое главное – твоя связь с Клодом, Мона.

Подробно, давай.

– Пиши, – Мона устало откинулась на спинку софы, – последний раз Клода я видела на

его участке под вечер три дня назад. Я была у родителей и видела, как он стоял с лопатой в

руках, а рядом с ним какой-то мужчина, лет так сорока, похожий на того вице-президента,

которого я видела по телевизору. Он высокий, светловолосый с короткой стрижкой,

худощав, – Мона говорила, закрыв глаза, медленно припоминая и произнося слова так, как

она это делала на работе, уточняя фразы на запротоколированных документах. – Мы

обменялись взглядами, и мне показалось, что он на меня смотрел как-то заинтересованно.

Клод к родителям никогда не заходил. Встречались случайно на улице, обычные контакты

на свежем воздухе.

– Это все?

– Наверное. Давай твою рукопись, – полушутя произнесла Мона.

Она взяла исписанный листок у Джона, подложила журнал и расписалась.

– Вот насчет моих вещей ты изложил правильно, – заметила она с издевкой,

просматривая последние строчки.

– Что ты говоришь! Просто удивительно, как это у меня получилось, – с напускной

восторженностью отметил Джон, – только протокол подписывают после, а не до того, как

с ним ознакомились.

17

– Удивительно, – подражая ему, сказала Мона, – а я думала, ты его прочитал.

Джон посмотрел на Мону, минуту осмысливая ее слова. Но, заметив покрасневшие ее

глаза, потянулся к ней, чтобы успокоить. Она отвернулась к окну, стараясь подавить в себе

обиду.

– Ты же знаешь, милая, это обычная формальная процедура, – оправдывался Джон. –

Подпиши еще здесь, – он подсунул канцелярский бланк о невыезде из Miami до

специального на это разрешения.

Мона молча подписала.

– Для приличия ты хотя бы его заполнил…

Джон поцеловал ее в висок:

– Дорогая, ты же знаешь: так должно быть в подобных случаях. Не волнуйся, на твою

карьеру секретаря шефа полиции Miami это не повлияет. Что касается меня – другое дело.

Я уже нарушил, еще не нарушая.

– Джон, – с огорчением проговорила Мона, – ты ничего не понял. Мне наплевать на

карьеру. И на свою свободу наплевать. Она слишком затянулась.

Джон посмотрел в сторону, скрыв признательную улыбку, помолчал, положил руку на

ее колено, ласково провел ладонью.

– Как попали по твоим предположениям эти вещи к Клоду? Ты мне ничего не говоришь,

даже твоих самых тонких мыслей!

– Подумаю.

– Подумай. И ничего не бойся. Я еще пока жив, милая.

– Я знаю, – она взвизгнула и порывисто обняла Джона. – Я знаю. Ты мне веришь, дорогой.

Я люблю тебя. Я всегда верна тебе, Джон!

Тень реальности

Шеф полиции Miami, Билли Гроунд уже два часа подряд сидел у себя в кабинете,