Чтение онлайн

Я, сделав вид, что не так уж и ожидаю тех минут, когда в моих объятиях окажется прелестная девушка, наводил порядок, собирая с пола рассыпанный чертяжкой сухой завтрак, а Галя, включившись в игру, буднично сообщила, что идет принимать душ. Дверь за ней захлопнулась, щелкнув замком. Я испугался, что переборщил с промедлением. Тысячи мыслей завертелись в голове. А вдруг она действительно считает, что между нами все кончено, но, с другой стороны, зачем ей было тогда ждать меня в моей квартире? Возможно, она просто хотела меня встретить в спокойной обстановке, дабы не устраивать сцен на работе, но тогда зачем она извинялась, появившись здесь? Ясно, ей не хотелось, чтобы мы так же в мгновение ока отправили ее назад.

Я уже себя порядком измучил размышлениями, когда Галя, завернутая в огромное полотенце, вышла из ванной, прошествовала мимо меня, покачивая бедрами, в спальню, обернулась в дверях и, изогнув пальчик, указала мне занятие на ближайшие минуты – заняться водными процедурами. Затем величественно скинула полотенце и направилась к кровати. Едва не выпрыгнув из джинсов, я рванул на максимальной скорости в ванную.

Ворвавшись в спальню, я обнаружил Галю, лежащую поверх одеяла в позе Клеопатры, ожидающей очередного автоматически приговоренного к утренней казни поклонника. Ее фигура под короткой шелковой сорочкой была настолько соблазнительной, что меня, как и любовников Клеопатры, тоже не волновало, что будет утром, поэтому я, издав совершенно звериный рык, качество которого вселило в меня гордость, приготовился броситься на девушку, но она вдруг остановила меня вопросом:

– Какая у тебя тут широкая кровать, тебе было не скучно одному на ней? Или Школа магии действительно обеспечила тебя всем необходимым?

И, не дав мне ни секунды на ответ, игриво вынула из-под подушки и закрутила на пальце кружевной предмет женского туалета.

Я остолбенел. Нет, я был абсолютно чист перед законом и совестью, но как убедить Галю в моей невиновности? Единственное, что я смог выдавить из себя, было:

– Это не мое.

Галочка хлопнула глазами, увидев мой растерянный вид, но через секунду ехидно продолжила:

– Естественно, не твое, если ты не сменил ориентацию или какая-нибудь местная нимфа не забыла это случайно здесь, а подарила тебе на долгую память после оказания некоторых услуг.

Это было крахом всех моих надежд. После такой находки глупо надеяться, что Галя сможет мне поверить. Все бесполезно. Надо же было так скучать в разлуке, надеяться на встречу, устраивать рискованное предприятие по перемещению, чтобы первый же вечер закончился так плачевно! Не желая слышать незаслуженных упреков, которые непременно должны были последовать, я развернулся и, уже сделав первый шаг, вместо ругательств услышал за спиной тихий смех:

– Санечка, я же пошутила. Это вообще-то мне принадлежит. Иди сюда, мой верный рыцарь.

Эта фраза заставила меня споткнуться, но я нашел в себе силы гордо выпрямиться и выйти из комнаты. Судя по шлепанью босых ног за спиной, юмористка бросилась за мной с извинениями, но я продолжал делать вид, что ничего не слышу. Я подчеркнуто не замечал Галочку, вертящуюся около меня, достал запасное одеяло, постелил на диван, улегся на него, невзирая на то, что он был короче, чем следовало, и отвернулся к спинке. Галя бормотала, что искренне просит прощения и что вовсе не собиралась надо мной издеваться, просто хотела намекнуть, что она меня весьма и весьма ждет, а после того как я изменился в лице, не смогла удержаться от розыгрыша. Объясняя это, она стояла на коленях около дивана, и я, спиной ощущая через шелк упругую теплоту ее тела, поломавшись, через пару минут ее, естественно, простил.

Разбудил нас звон выбитого стекла в спальне (как мы ухитрились заснуть на неудобном диване в гостиной, ума Не приложу, поистине любовь способна на чудеса). Оттуда раздался рев, в котором сквозило разочарование, что-то падало, стены содрогались от могучих ударов, а единственной преградой между нами и происходящим в спальне кошмаром являлась закрытая деревянная дверь. Опасаясь наступления того момента, когда она, разнесенная в щепки, освободит путь разъяренному зверю, я озирался по сторонам в поисках какого-либо оружия, но тонкий серпик растущей луны, заглядывающий в окно с незадернутыми шторами, не позволял рассмотреть что-нибудь подходящее для обороны. Впрочем, атака закончилась так же внезапно, как и началась, снова зазвенело стекло, послышался глухой удар о землю, треск кустарника и удаляющийся леденящий кровь вой. Галя при его звуках еще теснее прижалась ко мне и беспомощно заглянула мне в глаза. Ее сердце, чей трепет я чувствовал кожей, заставило и мое биться быстрее. В этот момент я был готов не рассуждая отдать Грегору свою жизнь во имя спасения моей любимой. Но, прекрасно осознавая, что разъяренный зверь мною бы не ограничился, я снова стал искать какое-либо оружие.

Глаза уже привыкли к темноте, и единственным предметом, подходящим для моих целей, оказался ближайший торшер. Я вскочил с дивана, сдернул абажур, крепящийся проволочными петлями к баллону лампы, и пошел на разведку. Остановившись перед дверью на некотором расстоянии, чтобы оставить место для размаха моего импровизированного оружия, я повернул ручку и толкнул дверь, готовый в ту же секунду отпрыгнуть назад для обеспечения наибольшей свободы действий. Но так как никакой реакции не последовало, я взял на изготовку стойку торшера и шагнул в спальню. Ожидая увидеть злорадную морду оборотня, устроившего засаду, я протянул руку, щелкнул выключателем и невольно вздохнул, когда убедился, что комната пуста.

Зато она была просто разгромлена. На кровати, проломленной посередине, сквозь дыры в постельном белье торчали искореженные кольца пружин матраса, одна из ламп, ранее находившихся на тумбочках, подсвечивала пух из разорванных подушек, который, словно снег, лежал на полу, другой осветительный прибор вообще не подавал признаков работоспособности. На стенах во многих местах темнели длинные извилистые полоски, оставшиеся от когтей оборотня. В картине, ранее висевшей в изголовье кровати и изображающей троих велосипедистов, удаляющихся от художника, был выдран кусок. Впрочем, как раз за это я нападавшего не винил и даже несколько зауважал, так как мне и самому давно хотелось учинить с ней подобное, только не хватало смелости. Оглядев разрушения, я вернулся в гостиную, где на диване оставалась сжавшаяся от испуга Галочка.

– Кто это был? – спросила она, не отрывая взгляда от виднеющейся в проеме двери развороченной обстановки спальни. Явившись в волшебную страну, она явно не ожидала стать объектом нападения местного чудовища.

– Да так, один нервный местный, – как можно равнодушнее ответил я, стараясь показать Галине, что на такой пустяк, как разгромленная комната, и внимания-то обращать не стоит.

– А почему к нам? – продолжала выяснять подробности она, приблизившись ко мне, под защиту стойки торшера.

– Да обиделся он на меня почему-то, – сообщил я, задумавшись, почему Грегор (а в том, что это был он, сомневаться не приходилось), не стал искать нас в гостиной. Из-за того, что во время перевоплощения поглупел? Но оборотням приписывается сохранение сознания людей, из-за чего с ними и трудно бороться. Или, проведя долгое время в подобном гостиничном номере, Грегор решил, что меня нет дома, так как просто не мог представить, что я буду ночевать на неудобном диване, избегая такой широкой комфортной кровати?