Вчетвером
Шрифт:
Киллиан, блядь, разбивал сердце этого человека, и, казалось, даже не замечал этого или ему было все равно.
Конечно, не похоже, что у нас с Ноем дела шли намного лучше. Очевидно, у нас не было отношений, но все равно казалось, что между нами что-то изменилось. Ной, казалось, стремился по возможности избежать моего присутствия. Даже ночью он не лежал в моих объятиях, как всегда делал в прошлом. Да, к утру он сворачивался калачиком рядом со мной, но как только просыпался, он отталкивался от меня и вставал с кровати.
Он и Зак, казалось, ладили больше, чем я ожидал. Это должно было заставить меня ревновать, но, по какой-то причине, этого не произошло. Мне нравилось видеть, как Ной расслабляется и приспосабливается к нормальной жизни, для разнообразия. Ему нравилось общаться с животными, и Зак хорошо улавливал то, о чем Ной не говорил. Частью, которая должна была тревожить, но, как ни странно, не тревожила, была химия, которую я наблюдал между двумя мужчинами. Конечно, они никогда не делали этого намеренно, но я не мог отрицать, что иногда, когда они смотрели друг на друга или случайно прикасались друг к другу, что-то вспыхивало между ними. Мой грязный разум начал вызывать в воображении образы двух мужчин, слившихся в жарких объятиях, вместо того, чтобы отвернуться друг от друга со стыдом, как они всегда делали.
Все это заебывало меня, особенно когда дело касалось Ноя.
Я понятия не имел, гей он или нет, но я также никогда не позволял себе думать об этом, потому что он был моим младшим братом, и моя работа состояла в том, чтобы присматривать за ним, а не фантазировать о нем.
Я фантазировал о нем, но раньше всегда присутствовала эта невозможность происходящего, чтобы смягчить мои фантазии. Наблюдение за ним с Заком не только подняло эти фантазии на совершенно новый уровень, но и дало мне странную надежду, что, возможно, когда-нибудь между нами все может измениться.
Только вот, если Ной действительно играл за мою команду, то, похоже, я мог упустить свой шанс. И я не очень-то откровенничал о своей собственной ориентации.
Я не ответил Киллиану, но слышал, как он ходит у меня за спиной. Мгновение спустя он был уже рядом со мной, ополаскивая свою дорожную кружку в раковине.
– Где Зак?
– спросил он.
– Как будто тебя это волнует, - огрызнулся я, прежде чем смог остановить себя.
Краем глаза я увидел, как пальцы Киллиана на секунду перестали мыть кружку. Я мысленно выругал себя, затем повернулся к нему спиной и отправился за островок, чтобы продолжить резать овощи.
– Не хочешь объяснить это маленькое замечание?
Я был уверен, что он не сдвинулся с места. Мне казалось, что его взгляд прожигает дыру у меня в спине.
– Ты умный парень, Киллиан. Даже для полицейского, - добавил я ехидно, хотя моя интуиция подсказывала мне не давить на мужчину.
Сначала я немного испугался, когда услышал, что Киллиан раньше был полицейским, но после того, как Зак продолжил свою историю тем утром, я понял, что вероятность того, что Киллиан узнает о том, что произошло у меня дома до того, как мы с Ноем уехали, была ничтожной. Скорее всего, мой отец даже не сообщил ни о чем копам.
Мы с Ноем все равно уехали из города, просто на всякий случай. Но это было шесть месяцев назад. Во всяком случае, Спенсер Сэвидж уже забыл, что у него вообще есть сын.
Напоминание о том, что сделал мой отец, заставило меня почувствовать тошноту, и мои колени внезапно ослабли.
– Эй, погоди-ка, - сказал Киллиан, и я не осознавал, пока его руки не оказались у меня под мышками, что проигрываю битву за то, чтобы устоять на ногах. Следующее, что я помню, это то, что я сижу на одном из кухонных стульев и наблюдаю, как Киллиан выключает конфорку под курицей, которую я готовил.
– Вот, - сказал Киллиан, подавая мне бутылку воды.
Неужели этот ублюдок не понял, что я пытаюсь разозлиться на него? Как это может случиться, когда все, что он делал, было милым?
Мудак.
Я произнес это замечание себе под нос, но, видимо, недостаточно тихо, потому что Киллиан вздохнул и пробормотал:
– Да, так и есть.
Я смотрел, как он подошел к окну, выходящему на задний двор и небольшой сарай, где Киллиан и Зак держали несколько лошадей и некоторых других животных.
– Тогда, блядь, измени это, - пробормотал я, делая глоток воды. Я выбросил из головы мысли о прошлом и моем отце.
– Так он тебе рассказал, да?
– спросил Киллиан.
Его голос был мягким, когда он смотрел в окно. Я подумал, что он, вероятно, мог видеть, как его любимый и мой брат занимаются там домашними делами. Увидит ли он то же самое, что и я?
– Он сказал Ною, - сказал я.
– Я просто случайно подслушал.
Киллиан сначала не ответил. Наконец он сказал:
– Когда я встретил его, мне показалось, что Бог, наконец, сжалился надо мной. Я так волновался, что все испорчу. Ты бы видел его, Лиам. Его улыбка… она просто освещала ебаную комнату. Я сразу понял, что он мой. Я просто должен был заставить его увидеть это.
Голос Киллиана был мягким и вызывающим воспоминания.
– Как вы познакомились? – спросил я.
– В баре. Воскресенье Суперкубка. К последней четверти мы оказались в уборной. К тому времени, как игра закончилась, мы уже вернулись ко мне домой, и я пытался придумать, как удержать его. Быстро и жестко… вот так все и пошло для нас.
Я почувствовал, как дрожь пробежала по моей спине, когда Киллиан взглянул на меня.
– По-другому и быть бы не могло, - добавил он. Он отошел от окна и остановился у разделочной доски, которой я пользовался. Я наблюдал, как он взял нож, которым я резал овощи. Он взял на себя эту задачу за меня, хотя у меня было такое чувство, что это больше связано с его желанием занять руки.
– Как долго вы вместе?
– Семь лет.
– И ты был полицейским, - подтолкнул я.
– Спецназ, - сказал Киллиан.
– Мой отец был полицейским, его отец был полицейским, дяди были полицейскими...
– Семейная традиция, - пробормотал я.
– Семейная мечта, - поправил Киллиан, бросив на меня быстрый взгляд.
– Даже после того, как родители выгнали меня, я не сводил глаз с приза, понимаешь?
– Почему они тебя выгнали?
Киллиан наклонил голову в мою сторону.