Чтение онлайн

И вновь предаваясь статье, она даже отрепетировала возможные аргументы:

– У нас свободная страна, и Доун вольна разговаривать с тем, с кем ей хочется, Боб… Я же не могу запретить ей звонить мне… Сама-то я ей не звоню… И не задаю ей никаких вопросов насчет расследования. Она просто сама мне все рассказывает.

Впрочем, Кейт знала, что со Спарксом эти доводы не прокатят. Прежде всего потому, что он сам привел ее туда.

«Да ладно тебе, все по-честному, – с раздражением сказала она себе, мысленно пообещав сообщать Бобу все, что способно помочь полиции в поисках. И в то же время скрестила на удачу пальцы».

Звонок от Спаркса не заставил себя долго ждать.

Когда зазвонил сотовый, Кейт подхватила его и поспешила уединиться в коридоре.

– Привет, Боб. Как у тебя дела?

Детектив был явно напряжен и разговаривал с ней соответствующе. Последний разговор Доун из ванной с ее любимой журналисткой подслушала офицер по связям с семьей, и Спаркс теперь как будто был очень разочарован в Кейт. Почему-то для нее это оказалось более тягостным, чем если бы он взбесился.

– Погоди, Боб. Доун Эллиот – взрослая женщина, и она вольна общаться с кем хочет. Она решила позвонить мне.

– Не сомневаюсь. Но, Кейт, дело же не в этом. Я привел тебя к ней на самое первое интервью, а теперь ты рыщешь там тихонько за моей спиной. Это же может повлиять на следствие, неужели ты этого не понимаешь?

– Послушай, Боб, она звонит мне просто поболтать – и вовсе не о следствии. Ей нужна какая-то отдушина, хотя бы на пару минут.

– Ну да, а тебе нужен материал. Не надо передо мной разыгрывать сердобольного соцработника, Кейт. Я для этого слишком хорошо тебя знаю.

Ей стало стыдно. Он и правда слишком хорошо ее знал.

– Прости, что огорчила тебя, Боб. Слушай, а давай я выскочу с работы ненадолго? Встретимся, посидим где-нибудь, пропустим по стаканчику, обсудим, что да как.

– Сейчас я слишком занят. Может быть, на следующей неделе. И еще, Кейт…

– Да-да, не сомневаюсь, ты уже велел Доун не звонить мне. Но я не собираюсь ее игнорировать, если она мне позвонит.

– Понимаю. Ты будешь делать то, что должна делать, Кейт. Надеюсь, Доун все же образумится. Кто-то же должен вести себя как взрослый ответственный человек.

– Боб, я делаю свою работу, а ты делаешь свою, – огрызнулась она. – Я не наношу вреда следствию, я поддерживаю его посредством газеты.

– Надеюсь, ты права, Кейт. Все, мне надо идти.

Кейт прислонилась к стене, перебирая в голове совершенно иные доводы для Спаркса. В ее версии она должна была в итоге оказаться на более высокой нравственной ступени, а Спаркс бы виновато пресмыкался перед ней.

«Ничего, Боб остынет», – сказала она себе и отправила Доун послание, где извинилась за возможно причиненные неприятности.

Тут же она получила ответ, заканчивающийся фразой: «Поговорим позже». То есть они по-прежнему оставались на связи. Кейт ухмыльнулась, глядя на экран, и решила отметить это двойным эспрессо с маффином.

– За наши маленькие победы! – провозгласила она, приподняв в буфете одноразовый стаканчик.

Завтра она отправится в Саутгемптон, встретится с Доун в торговом центре и угостит ее сэндвичем.

Среда, 9 июня 2010 года

Кейт подсаживается в машину Мика где-то спустя пару миль, на парковке перед супермаркетом. Со смехом рассказывает, как, увидев, что она уезжает в одиночку, «вся эта свора» ринулась по дорожке к дому посмотреть, у себя ли я.

– Вот же идиоты, – фыркает Кейт. – Ни ума, ни фантазии.

Потом разворачивается на переднем сиденье, обращая ко мне лицо:

– Вы в порядке, Джин?

Голос у нее вновь становится мягким и заботливым. Но меня этим не проведешь! Я-то знаю, что на меня этой дамочке, в общем, наплевать – ей нужна лишь ее ударная статья.

Я в ответ киваю, храня молчание.

В пути они с Миком то и дело болтают о своей «конторе». Похоже, ее начальник – довольно вздорный тип, любящий поорать и поматериться на подчиненных.

– Он так часто использует слово на «п», что утреннюю новостную «летучку» у него уже давно прозвали «монологом вагины», – поясняет мне Кейт, и они оба ухохатываются.

Я понятия не имею, что может означать этот «монолог вагины», однако оставляю это при себе. У меня вообще такое ощущение, будто мои спутники существуют в каком-то совершенно ином мире.

Вот Кейт сообщает Мику, что ее новостной редактор – тот самый Терри, с которым она общалась по мобильному, – сейчас вне себя от радости. Надо думать, радость у него такая оттого, что она разжилась-таки вдовой.

– Будет целый день теперь кружить по редакции. Но, по крайней мере, перестанет мордовать остальных. Он вообще мужик занятный и где-нибудь в пабе просто душка, гвоздь компании. Но на работе он просиживает за своим столом по двенадцать часов кряду, пялясь в монитор, и отрывается от него только затем, чтобы устроить кому-нибудь встряску. Просто зомби!

Мик весело смеется.

Я же опускаюсь на спальный мешок. С виду он не слишком чистый, но пахнет от него не так уж плохо, и вскоре я дремлю, а голоса моих спутников сливаются где-то на заднем фоне в неясный гул. Проснувшись, обнаруживаю, что мы уже приехали.

Отель, куда мы прибыли, большой и явно недешевый. Вроде тех, где вестибюль чуть не сплошняком заставлен цветами, а на стойке администратора лежат настоящие яблоки. Уж не знаю, живые ли у них цветы, но яблоки – точно с ветки. И их, эти яблоки, можно есть сколько захочешь.