Чтение онлайн

– Адмирал ранен?

– Не опасно. Ему оторвало один палец. Пуля прошла через запястье и вышла у локтя.

– Это большое потрясение для старого солдата. Так ты говоришь, он вне опасности?

– Послали за лекарем, Амбруазом Паре, а у дома Колиньи собралась толпа людей – наших сторонников, гугенотов. Они говорят, что его хотели убить, потому что он – вождь гугенотов. Если это так, мой друг, нам надо быть настороже.

Генрих медленно кивнул:

– Нас пригласили в Париж на мою свадьбу. По-твоему, кузен, здесь может быть какая-то другая причина?

Конде пожал плечами:

– Должен же жених присутствовать на собственной свадьбе.

– Так-то так. Дом рядом с Сен-Жермен-л'Озеруа… Что же это за дом?

– Я слышал, что он принадлежит Пилю де Вилльмару, канонику собора Нотр-Дам. Он также был наставником Генриха де Гиза.

– Да? – задумчиво произнес Генрих. – Любопытно. Думаю, мой друг и кузен, на улице нам надо быть очень осторожными.

– Мне хотелось бы уехать из Парижа.

– А я при первой возможности заберу жену и увезу ее в Беарн. – И Генрих улыбнулся, представив, как молодая и элегантная королева Наварры оставит Париж ради сельских прелестей Нерака и По.

Он вспомнил, как его мать незадолго до смерти предостерегала его от жизни в Париже и говорила, чтобы после свадьбы он безотлагательно возвращался в Беарн, потому что жизнь при дворе полна соблазнов и там никак нельзя не испортиться.

Назад в Беарн! Но решить туда уехать было гораздо легче, чем на самом деле это сделать.

Кипящие яростью гугеноты захотели увидеть короля Наварры и принца Конде. Раненый адмирал лежал на улице Бетизи, но в Париже находились и двое молодых людей, которые считались их вождями.

Конде и Генрих вместе приняли делегацию, выслушали просьбу гугенотов постараться отомстить за покушение на жизнь адмирала.

– Как мы можем это сделать, – спросил Генрих, – если нам неизвестно, кто истинный виновник?

– Ваше высочество, – последовал ответ, – выстрел раздался из дома, который принадлежит слуге Генриха де Гиза. Поэтому совершенно очевидно, откуда исходил приказ и кто истинный виновник. Мы должны потребовать, чтобы Генриха де Гиза привлекли к суду.

Глаза Конде блестели от возмущения, и он твердо сказал, что они правы и эти подозрения нужно высказать королю.

Генрих хранил молчание. После смерти матери он сильно повзрослел, а Конде казался ему незрелым мальчишкой. Он знал, что у дома де Гиза собрались гугеноты и требуют отмщения. В Париж на свадьбу их приехало сотни. Но они забывали, что католиков тут тысячи.

Генрих не хотел умирать, а смерть буквально витала в воздухе. Колиньи просто повезло, что он остался жив. Если бы пуля попала на дюйм-другой правее, она пробила бы ему сердце, что, наверное, И было целью стрелка.

Генрих сказал:

– Мы окружены врагами. Откуда мы можем знать, что у них на уме?

Гугеноты обратили взоры к Конде. Они решили, что король Наварры слишком легкомыслен, у него на уме одни забавы, он думает только о женщинах, а не о борьбе за их дело.

Генрих почувствовал это отношение к себе, но вдруг ему показалось, что будет совсем неплохо, если такое мнение о нем сложится повсюду.

Колиньи попытались убить потому, что он был признанным вождем. И может, спокойнее будет житься тому, кто будет лишен качеств вождя?

Смерть витает в воздухе, а жизнь между тем так прекрасна!

Остаться в стороне ему было непросто. Он был королем Наварры, сыном королевы Жанны, бывшей уважаемым лидером гугенотов. И теперь, когда Колиньи лежал раненным, все смотрели с надеждой на него, Генриха.

Он устал, и ему хотелось отдохнуть, но члены делегации продолжали стоять у дверей его спальни. Они побывали у короля и королевы-матери, все им рассказали, потребовали арестовать Гиза.

– Ну и это сделали? – спросил Генрих.

– Нет, ваше высочество. Гиз все еще на свободе. Но королева-мать очень обеспокоена, а король, как кажется, вне себя. Мы заявили о нашей твердой решимости добиваться правосудия.

Генрих вздохнул. Он чувствовал, что они многого не понимают.

– Уже поздний час, – сказал он, позевывая.

Члены делегации обменялись взглядами. Как он может говорить о сне, когда их горячо любимого адмирала чуть не убили?! Ну что за человек этот Генрих Наваррский!

– Ваше высочество, нам надо выработать план действий. Мы хотим завтра собраться у дома адмирала.

– Завтра у нас будет много дел, так что сейчас самое время отдохнуть, – отстраненным голосом произнес Генрих. – Скоро должна прийти моя жена.

Но гугеноты не уходили, а стояли группами, и было ясно, что без прямого приказа они не уйдут. Он не был уверен, что такой приказ следует отдавать, потому что атмосфера в городе была крайне накаленной. Возникла напряженная тишина. В чем дело? Марго что-то слишком задержалась у своей матери, но скоро должна была появиться, и тогда гостям придется уйти.

Гугеноты продолжали горячо обсуждать попытку покушения на адмирала, в шоке оттого, что он едва не лишился жизни.

Как бы поскорее уехать в Беарн, думал Генрих. Сможет ли он объяснить Марго, что им надо покинуть Париж, а если она воспротивится его планам, не уехать ли ему одному?

Марго наконец пришла, заметно чем-то сильно встревоженная. Она бросила взгляд на собравшихся в покоях гугенотов, но едва ли по-настоящему поняла, кто это.

– Что-то случилось? – спросил ее Генрих.

– Я не знаю, – ответила она, и в ее глазах застыл необычный для нее испуг.