Чтение онлайн

Он сразу уловил в ее голосе повелительные нотки. Это был приказ. Дюк поднялся, протянул ей руку, и они вместе спустились в дворцовый зал для аудиенций.

Дюком Орлейским Лилит гордилась. Разумеется, еще нужно было справиться с этой его досадной ночной проблемкой, являющейся результатом ослабления во сне морфического поля, но проблема была не из серьезных. Ну а зеркала, которые показывали дюка таким, какой он есть на самом деле? Проще простого – все зеркала, кроме ее собственных, находились под строгим запретом. Но вот глаза… С глазами она ничего не могла поделать. Не существует такого волшебства, которое способно изменять глаза. Поэтому она только и смогла придумать, что темные очки.

Но даже при всем при том он был ее триумфом. К тому же он был благодарен ей. Она проявила к нему доброту.

Начать с того, что она сделала из него человека.

Немного ниже по течению реки, неподалеку от водопада, который был вторым по высоте на Плоском мире и был открыт в год Восставшего Краба знаменитым путешественником Ги де Йойо [12] , у небольшого костерка сидела матушка Ветровоск с накинутым на плечи полотенцем и буквально кипела от ярости.

– С другой стороны, согласись, нет худа без добра, – сказала нянюшка Ягг. – Скажи спасибо, что мне удалось одновременно держать и свое помело и тебя. А Маграт успела схватить свое. Иначе бы мы сейчас любовались этим водопадом из-под воды.

– Очень здорово. Ну, утешила! – рявкнула матушка, зло сверкнув глазами.

– Подумаешь, приключение как приключение, всего-то, – продолжала нянюшка, ободрительно улыбаясь. – Когда-нибудь мы с тобой будем вспоминать все это да посмеиваться.

– Вот здорово, – повторила матушка.

Нянюшка коснулась царапин на плече. Грибо, повинуясь своему кошачьему инстинкту самосохранения, вскарабкался на хозяйку и совершил гигантский прыжок в безопасность прямо с ее головы. Теперь же он, свернувшись клубочком, лежал у костра и смотрел свои кошачьи сны.

На них упала чья-то тень. Это была Маграт, которая прочесывала окрестности реки.

– Кажется, почти все собрала, – сообщила она, приземлившись. – Вот матушкино помело. И… о, да… палочка. – Она довольно храбро улыбнулась. – Я нашла ее по тыквочкам, которые выныривали на поверхность.

– По мне, так это чистое везение, – ободряюще кивнула нянюшка Ягг. – Слышала, Эсме? Голодать нам не придется.

– А еще я нашла корзинку с гномьими пирогами, – сказала Маграт, – хотя, боюсь, они, наверное, испортились.

– Поверь, такого просто быть не может, – усмехнулась нянюшка Ягг. – Гномий хлеб нипочем не испортишь. Так, так, – довольно пробурчала она, снова усаживаясь. – У нас ни дать ни взять прям пикник какой-то, верно? И костерчик такой миленький, яркий такой и… и сидим так уютно и… Могу поспорить, куча людей в таких местах, как Очудноземье, и им подобных сейчас все отдали бы, лишь бы здесь оказаться…

– Гита Ягг, если ты немедленно не прекратишь свой жизнерадостный щебет, то получишь по уху, да так, что потом свои не узнают! – обозлилась матушка Ветровоск.

– Ты точно не простудишься? – заботливо спросила нянюшка Ягг.

– Я сохну, – ответила матушка Ветровоск. – Изнутри.

– Послушайте, мне и впрямь очень жаль, что так все вышло, – взмолилась Маграт. – Я же уже попросила прощения.

Впрочем, особой вины Маграт за собой не чувствовала. А что? Лодка была не ее идеей. И не она устроила на их пути водопад. Да и вообще, она сидела на веслах и не видела, что там впереди творится. Ну да, она превратила лодку в тыкву, но ведь не нарочно же! Такое с кем угодно может случиться.

– А еще я спасла тетради Жалки, – похвасталась Маграт.

– Вот это настоящая удача, – сказала нянюшка Ягг. – Теперь мы точно будем знать, где заблудились.

Она огляделась. Самые страшные горы остались позади, но вокруг еще высились вершины, по склонам которых тянулись высокогорные луга. Откуда-то издалека донеслось позвякивание козьего колокольчика.

Маграт расправила карту. Карта вся помялась, промокла, а карандашные пометки расплылись. Она опасливо ткнула пальцем в грязное пятно.

– По-моему, мы здесь, – заявила она.

– Вот это да, – покачала головой нянюшка Ягг, представления которой об основах картографии были еще более смутными, чем познания в этом вопросе матушки Ветровоск. – Просто удивительно, и как это все мы умещаемся на таком маленьком клочке бумаги!

– Наверное, лучше всего сейчас просто продолжать двигаться по течению, – сказала Маграт. – Но только ни в коем случае не по воде, – поспешно добавила она.

– А мою сумку ты, видать, не нашла, – хмуро заметила матушка Ветровоск. – Вообще-то, у меня там были кое-какие личные вещи.

– Небось камнем ко дну пошла, – хмыкнула нянюшка Ягг.

Матушка Ветровоск поднялась, словно генерал, узнавший, что его армия опоздала к сражению.

– Ну, – сказала она. – Пора в путь. Хватит рассиживаться.

Внизу простирался лес – темный и ужасно хвойный. Ведьмы летели над ним в полном молчании. Изредка им попадались одинокие домики, полускрытые деревьями. То тут, то там посреди лесного моря торчала скала, даже в полдень затянутая туманной дымкой. Раз или два они пролетали мимо замков – если только можно было их так назвать. Замки выглядели скорее частью скальной породы, нежели зданиями, возведенными человеческими руками.

К такому ландшафту непременно должна была прилагаться своя особая сказка, в которой присутствовали бы волки, чеснок и перепуганные женщины. Темная и вечно жаждущая сказка, сказка, хлопающая крыльями на фоне луны…

– Доннерветтер, – пробормотала нянюшка Ягг.

– А что это? – спросила Маграт.

– Это по-заграничному летучая мышь.

– Они такие симпатичные, – сказала Маграт. – В основном.

Ведьмы вдруг обнаружили, что летят чуть ли не вплотную друг к дружке.

– Я чегой-то уже проголодалась, – заметила матушка Ветровоск. – И смотрите, не вздумайте при мне поминать тыкву.