Чтение онлайн

Ауэрбах сказал:

— Предположительно этот Ларссен перебегал к ящерам с материалом, о котором они вроде бы не знают. К тому же он убил двух человек. Когда мы его схватили, то, что он нес, оказалось при нем. Жаль только, что и мы понесли потери, когда охотились за ним.

— Интересно, что такое он знал? — задумалась Рэйчел Хайнс.

Ауэрбах пожал плечами. Его солдаты неоднократно задавали тот же вопрос, когда получили приказ из Денвера поймать Ларссена. Он не знал ответа и мог делать только очень приблизительные предположения, которыми не делился с подчиненными. Некоторое время назад он возглавлял кавалерийский эскорт, который доставил в Денвер Лесли Гровса, и Гровс перевозил груз — он не говорил, что именно, — с которым обращался бережней, чем со святым Граалем. Если это не имело отношения к атомным бомбам, которые пару раз сбросили на ящеров, Ауэрбах был бы очень удивлен.

Пенни Саммерс сказала:

— Я потратила много времени в молитвах, чтобы все вернулись с задания целыми. Я делаю это каждый раз.

— Это не самое худшее из дел, — сказал Ауэрбах, — но выходить наружу, чтобы готовить еду, ухаживать за ранеными или делать еще что-то по вашему желанию, тоже не вредно.

С тех пор, как Пенни попала в Ламар, она проводила большую часть времени в маленькой меблированной комнатке перенаселенного жилого дома, размышляя и перечитывая Библию. Вытащить ее на ужин с бараниной было своего рода достижением.

По крайней мере, так он думал, пока она не отодвинула тарелку и не сказала:

— Я не люблю баранину. У нее странный вкус, и она очень жирная. В Лакине мы ее почти не ели.

— Вам надо поесть, — сказал ей Ауэрбах, зная, что это прозвучало по-матерински. — Просто необходимо.

И правда: Пенни была тонкой, как прутик.

— Эй, это все-таки еда, — сказала Рэйчел Хайнс. — Я теперь не возражаю даже против свеклы. Я просто ем все подряд, я перестала беспокоиться о диете после того, как надела форму.

Форма сидела на ней так, что армейские бюрократы, которые ее разработали, могли бы только удивляться. И она вовсе не была полной. Если бы она не относилась ко всем окружающим совершенно одинаково, то половина людей в отряде передралась бы за нее. Были моменты, когда сам Ауэрбах боролся с соблазном. Но даже если бы она и проявила к нему интерес, это создало бы массу проблем.

Он снова взглянул на Пенни. За нее он тоже считал себя ответственным. А переживал за нее даже больше. С Рэйчел — что вы видите, то и есть, он не мог себе представить, чтобы она что-то скрывала. Что касается Пенни, у него возникло ощущение, что под ее теперешним несчастьем скрыто нечто иное. Он пожал плечами. Возможно, опять разыгралось воображение. И не в первый раз.

К его удивлению, она снова взяла тарелку и начала есть, без особой охоты, но с такой настойчивостью, будто заправляла автомобиль. Он промолчал, чтобы ничего не испортить.

Рэйчел Хайнс встряхнула головой. Она уложила волосы в короткий пучок, чтобы он лучше помещался под каской.

— Сбежать, чтобы передать наши секреты ящерам! Я не могу представить этого, но это факт. И множество людей в Лакине неплохо относились к ящерам, как будто они были новыми членами совета графства или что-то в этом роде.

— Это правда!

Лицо Пенни Саммерс перекосило выражение свирепости и жестокости, Ауэрбах не видел такого со времени прибытия в Ламар.

— Джо Бентли из универсального магазина, так вот он подлизывался к ним из-за своих товаров, и когда Эдна Уилер как-то обозвала их тварями с вытаращенными глазами, которых только на ярмарке уродов показывать, разве он не побежал к ним — так быстро, как только несли ноги? А на следующий день их с мужем и двумя детьми вышвырнули из дома.

— Это так, — кивнула Рэйчел. — В самом деле так. А Мел Сикскиллер, я полагаю, не выдержал, что люди все время обзывают его полукровкой, и стал рассказывать ящерам всякие сказки, и они поверили ему. А у многих потом были неприятности. Да, некоторые обращались с ним плохо, но вы бы не стали подлизываться к ящерам из-за личной обиды.

— А мисс Проктор, учительница домашней экономики в школе? — сказала Пенни. — Как она называла ящеров? «Волна будущего», вот так, словно мы ничего не должны делать против них — не важно, каким образом. И потом она ходила и проверяла, чтобы мы чего-нибудь не натворили.

— Да, она проверяла, — сказала Рэйчел. — И…

Они разговаривали еще пять или десять минут, вспоминая коллаборационистов маленького родного городка.

Ауэрбах сидел молча, допивая пиво и доедая свою порцию (он не возражал против баранины, но мог долгое время обходиться без свеклы), и слушал, слушал. Он никогда не видел Пенни Саммерс такой оживленной, ее тарелка давно опустела — похоже, она не замечала, что делает. Жалобы на старых соседей взбодрили ее кровь, как ничто другое.

Мускулистая официантка подошла к ним.

— Хотите еще пива или просто хотите посидеть, занимая место?

— Благодарю, мне еще одну, — сказал Ауэрбах.

К его удивлению, Пенни кивнула даже раньше, чем Рэйчел. Официантка удалилась, затем вернулась с новыми кружками.

— Благодарю, Ирма, — сказал Ауэрбах.

Она посмотрела на него так, будто впервые услышала слова благодарности за хорошую работу.

— У вас были рейды на Лакин с того времени, как вы нас вывезли оттуда, капитан? — спросила Рэйчел.

— Да, конечно, — ответил Ауэрбах. — Разве вы не участвовали? Нет, не участвовали, я вспомнил. Мы всыпали им тогда — очистили город. Я думал, что мы сможем удержать его, но потом они бросили против нас много бронетехники… — Он развел руками. — Что тут можно было сделать?

— Она не это имела в виду, — сказала Пенни. — Я знаю, что именно она имела в виду.

Ауэрбах уставился на нее. Она действительно ожила.

— И что же она имела в виду? — спросил он в надежде поддержать разговор и, более того, увлечь ее в мир за пределами четырех стен, в которых она закрылась.

Это сработало: глаза Пенни вспыхнули.

— Она хочет спросить: вы свели счеты с Квислингами? — спросила она.

Рэйчел Хайнс кивнула, показывая, что ее подруга права.

— Нет, мы этого не сделали, — сказал Ауэрбах. — Мы не знали, с кем надо расправиться, и были слишком заняты ящерами, чтобы рисковать недовольством местных жителей, если по ошибке накажем не тех, кого надо.

— Мы в ближайшее время не вернемся в Лакин? — спросила Рэйчел.

— Насколько я знаю, нет, — сказал Ауэрбах. — У полковника Норденскольда могут быть и другие идеи, но он мне об этом не говорил. И если он получит приказ откуда-то сверху…