Чтение онлайн

штурмовики, придирчиво испытывали их, пикируя на засыпанные снегом молчаливые домики столичной

окраины, или, свечой взмывая в небо, оглашали окрестности мощным ревом моторов.

Три эшелона, около сотни самолетов, построенных на новом [88] месте, собрали бригады завода № 18 в

Москве. Испытанные в воздухе "илы" тут же улетали на фронт.

В заводском архиве хранится приказ Народного комиссара авиационной промышленности от 29 января

1942 года за № 20, согласно которому за отличные успехи в проведении сборки штурмовиков были

отмечены работники завода № 18 С. Е. Малышев, А. З. Хорошин и другие, а также руководитель бригады

московских авиаремонтных мастерских А. Т. Карев.

Но это было очень накладно — разбирать готовые самолеты, везти их на большое расстояние и снова

собирать. Такая «процедура» годилась только в качестве временной, вынужденной меры. И как только

аэродром завода на новом месте получил минимальное оборудование и возможности для летных

испытаний самолетов, погрузка «илов» в эшелоны прекратилась.

6

В те же дни — конца 1941 года — начальник 15-го Главного управления Д. Кофман получил от наркома

А. И. Шахурина указание срочно подыскать в новом промышленном районе площадку для «посадки»

еще одного, ранее не планировавшегося предприятия — завода бронекорпусов, получившего номер 207, эшелон которого следует сюда.

Обсудив ситуацию с руководством строительства, решили предоставить новому заводу территорию

механического завода с участка В. В. Волкова. К тому времени металлоконструкции для корпусов

новостройки были уже этим заводом изготовлены, и строители могли пойти на передачу мехзавода

промышленности.

Так что когда эшелон В. И. Засульского с основным составом руководителей нового предприятия

авиапромышленности — завода № 207 — прибыл в новый промрайон, ему сразу же было указано место

его расположения. Произошло это в первых числах января 1942 года, когда все руководство

авиакомплекса и обком партии находились под впечатлением жесткой телеграммы Верховного и были

озабочены выполнением требований ГКО.

Никому не требовалось разъяснять важность, точнее, абсолютную необходимость быстрейшего

налаживания работ на заводе № 207. Ведь без бронекорпусов не может быть и штурмовиков Ил-2, к

изготовлению которых, как видно из телеграммы Сталина, был подключен еще один завод — Н-ский, где

директором был А. Т. Третьяков. Поэтому внимание к нуждам завода Засульского было максимально

возможным для тех условий.

Конечно, мехзавод и его жилой поселок, состоявший в основном [89] из деревянных бараков, не

выдерживали сравнения с заводом в Подольске. Но главным было то, что подольчане с ходу могли

начинать работать в нескольких отапливаемых производственных корпусах.

Замечательно и также очень важно было и то, что эшелон с деталями бронекорпусов, оснасткой и

материалами, так обстоятельно снаряженный в Подольске и адресованный заводу № 18, пришел еще до

приезда самих подольчан. Теперь у Засульского и его помощников было с чего начинать производство на

новом месте. И они начали.

Завод № 207 при всеобщем внимании и помощи быстро становился солидным предприятием.

Параллельно с расширением производства шло строительство недостающих помещений. Для оснащения

цехов нового завода все предприятия промрайона выделили различное оборудование. Б. А. Дубовиков до

сих пор вспоминает, как директор завода № 18 Шенкман лично привез им микроскоп для заводской

лаборатории.

От обкома Засульский получил разрешение направлять к себе на завод со всех окрестных

железнодорожных станций бесхозное оборудование и станки. Механики завода, объезжая эти станции, неожиданно нашли... три гидропресса, заказанные ими еще до войны и изготовленные для них в

Таганроге. Это было не просто удачей, а чудом, обеспечивающим главный участок их производства —

штамповку бронедеталей.

Но трудностей у них все же хватало. Взять хотя бы то, что площадка завода находилась на отшибе, примерно в двадцати километрах от основного авиакомплекса. Связь — единственная железнодорожная

ветка, которую зимой заносит любая метель. Тогда выручали кони и крестьянские сани...

Самоотверженный труд подольчан, вдумчиво проведенная ими эвакуация своего производства, а также

дружная поддержка, оказанная заводу № 207 всеми его соседями, не замедлили дать благоприятные

результаты.

Уже в феврале 1942 года завод Засульского передал заводу № 18 первую партию бронекорпусов, собранных на новом месте.

А тут вдруг подольчане получили совершенно неожиданный подарок. В их адрес прибыла партия

бронекорпусов, изготовленных в Ленинграде. Правда, эти шесть десятков ленинградских изделий не

были полностью закончены, не приняты военной приемкой. Но сами корпуса были комплектными, и

опытные подольские мастера быстро довели их до соответствия требованиям и передали

самолетостроителям. Было это очень кстати, так как завод № 18, выполняя обязательства, взятые в ответе

Сталину, успешно развертывал производство, и бронекорпусов требовалось все больше и больше. [90]