Вентус
Шрифт:
– Я хочу понять, почему Ветры убивают людей, - сказал Армигер.
Гала рассмеялась.
– Этот секрет хотели узнать бессчетные поколения! В том числе и я. Ты думаешь, я знаю ответ?
– По-моему, ты знаешь больше, чем тебе кажется.
– Ты пришел ко мне, потому что наслушался легенд, - с упреком сказала королева.
– Говорят, раз Ветры посадили меня на трон, значит, мне известны их тайны. Ты довольно наивен для бога, Маут.
Армигер махнул рукой.
– Легенды привлекли мое внимание, но даже если они лгут, я правильно сделал, что пришел к тебе,
– Теперь ты говоришь, как придворный.
– Прошу прощения.
Гала села в кресло. Джордан любовался ею глазами Армигера: она была не такая уж старая, как показалось ему в тронном зале, - лет около сорока. Война преждевременно состарила ее, подумал он. Ему хотелось прикоснуться к ней, но Джордану так и не удалось заставить конечности Армигера повиноваться его желаниям.
– Почему бы тебе просто не спросить у Ветров с других планет?
– спросила королева.
– Других Ветров нет. Таких планет, как Вентус, больше не существует.
Джордан увидел, как у Галы расширились глаза. Он с сочувствием вспомнил, как он сам отреагировал, услышав подобную фразу от Каландрии.
– Но ты только что говорил о миллионах планет с триллионным населением…
– В космосе, заселенном людьми, существует миллион организующих принципов. Но ни одна планета не похожа на Вентус. Ваш мир уникален, а записи о создании Ветров утеряны во время войны несколько веков назад. Человечество живет в основном в так называемом Архипелаге - гигантском регионе, чьи границы настолько неосязаемы, что большинство граждан даже не знают о его существовании»
– Теперь ты несешь полную чушь, - улыбнулась королева.
– Хотя ни одно из твоих прежних утверждений тоже не прошло бы прений в парламенте.
– Архипелаг - это единственный способ управления трил-лионным населением, в состав которого входят миллионы разных культур, нравов и исторических традиций.
– Армигер пожал плечами.
– Все просто: существует искусственный разум - механский разум, если угодно. Он знает каждого гражданина лично и дирижирует его общением с другими, чтобы не допустить непримиримых конфликтов. А в остальном он остается в тени, поскольку у него нет ни собственных ценностей, ни желаний. Можно сказать, у каждого гражданина есть свой ангел-хранитель, и эти ангелы-хранители никогда не воюют между собой. Они действуют слаженно, стараясь улучшить жизнь людей.
– Тирания покровительства, - сказала Гала.
– Да. Тебя возмутило то, что все уже известно. Это и так, и не так. Правительство Архипелага владеет всей суммой знаний человечества и может передать их прямо людям в мозг. Но это всего лишь сумма человеческих знаний. Одна-единственная перспектива. Здесь, на Вентусе, зародилось нечто совершенно иное. Новая мудрость, можно сказать. Сумма знаний всего сознательного мира, не искаженная человеческой перспективой. Так что Вентус - бесценное сокровище.
– Тогда почему их тут нет? Триллиона туристов с небес?
– Ветры не разрешают сюда приземляться. Хотя, насколько я знаю, несколько пришельцев здесь все-таки есть. Это исследователи, тщетно пытающиеся разгадать шифры Лебедей Диадемы. Они, естественно, прячутся от Ветров.
– Однако тебе удалось проскользнуть.
– Верно. Ветры знают что-то такое, что я должен узнать, если хочу выжить. Я не могу разговаривать с ними. И я прошу тебя о помощи, поскольку ты знаешь их лучше остальных жителей Вентуса.
– С какой стати я должна тебе помогать? Армигер встал и подошел к одному из высоких окон.
– У твоих ворот - армия. Ты сознательно встала на путь, который привел тебя к такому концу. Ты же знала, что все кончится именно так, верно? Это было неизбежно с того момента, когда ты начала изменять основы веры твоего народа.
За высоким окном виднелся переполненный людьми двор. За ним - стены, а за стенами - бесконечное колышущееся море осаждавшей армии.
– В конце концов у них остался только один выход - убить тебя.
– Да, - тихо промолвила королева.
– Но я должна была попытаться… прекратить долгую ночь, которая поглотила всю планету.
Армигер повернулся, и Джордан почувствовал, как сузились его глаза и сжались губы.
– В таком случае помоги мне. Если я выживу, я постараюсь сделать то, что тебе не удалось.
– Привет, я сказала.
Джордан поднял глаза. Перед ним, скрестив на груди руки и склонив голову набок, стояла племянница Сунейла.
Юноша еле сдержал раздражение от того, что ему помешали.
– Я медитировал.
– Ну-ну. А я думала, ты спишь с открытым ртом. Джордан открыл рот, закрыл его и чуть погодя спросил:
– Ты что-то хотела?
– Дядя велел набрать побольше хвороста в фургон, прежде чем мы доедем до границы. Мы же взяли тебя, чтобы ты нам помогал!
Джордан встал и потянулся.
– Тоже верно.
Ему не хотелось вступать в пререкания с этой ехидиной.
– Вот и хорошо, - заявила девица, идя за ним по траве.
– Нам дармоеды и бездельники не нужны.
Джордан заметил, что Сунейл, стоящий у фургона, наблюдает за их разговором.
– Я отработаю свое содержание, - сказал Джордан, ускорив шаг, чтобы отделаться от нее.
– Не сомневаюсь. Я за этим прослежу!
– крикнула она вдогонку, а затем, явно довольная собой, заковыляла обратно к фургону и начала о чем-то спорить с дядей.
Отойдя от фургона подальше, Джордан сел и попытался восстановить связь с Армигером. На сей раз ему пришлось приложить немало усилий, чтобы сосредоточиться и вновь услышать голоса; похоже, Тамсин плохо действовала на него. Когда голоса вернулись, Джордан обнаружил, что Армигер обсуждает с королевой материально-техническое снабжение тыла во время войны. Термины ничего не значили для Джордана, поэтому он со вздохом встал и принялся собирать хворост.