Чтение онлайн

Ливергант устало качнул головой:

— Да здесь он, рядом, в десятой каюте. Хотя не представляю, как ты собираешься его извлекать оттуда — с ним Ахмет и ещё четверо.

— Четверо?! Ты что — всё судно напичкал своими людьми?

— Я всегда так делаю, потому-то меня трудно взять голыми руками. Вот только с тобой просчет вышел, понадеялся, что в тебе осталась капля сыновней любви.

— Ха-ха-ха. А ты не боишься, что я возьму тебя заложником и пойду в эту каюту?

— А разве ты собирался поступать иначе? И, кстати, тебе совсем не обязательно рвать меня на куски — чемодан находится там же. Правда, Магистра ждет горькое разочарование… Ты куда дел «Прелесть», Вепрь?

— Кого я дел? — изумился тот.

— «Прелесть». Весь сыр-бор из-за неё, только из-за неё.

— Впервые слышу, — честно признался Вепрь и, взяв со стола бутылку «Клико», отхлебнул прямо из горлышка. — Ну, сейчас мне некогда выслушивать твои истории.

Бутылка с тупым звуком опустилась на голову Ливерганта, и тот снова растянулся на полу. Вепрь пощупал у него на шее пульс и встал.

— Минут сорок ты отдохнёшь. А мне пора.

Он вышел в коридор, подошёл к каюте под номером десять и толкнул дверь. Точно, Ливергант не соврал — Ахмет и еще четверо. С одним их них вроде где-то встречался. Угольные кудри, трехдневная щетина на шоколадном лице, вопросительный взгляд чёрных глаз.

Напарник со связанными руками валяется на полу лицом вниз.

— Сосунок, откатись в сторону, — громко сказал Вепрь, — а то не дай Бог затопчу… Ну что, ребята, будем умирать стоя или жить на коленях?..

Было почти восемь часов утра, когда Антон проснулся. Тихо причмокивая губами, словно проголодавшийся младенец, увидевший во сне грудь матери, он лег на спину, с трудом разлепил веки и бессмысленно уставился в огромную карту мира, занимающую почти всю стену. Через всю карту невероятными зигзагами проходила жирная пунктирная линия ярко-красного цвета, отмеченная треугольными флажками почти во всех крупных портах мира. Это был маршрут. Они с Аленой составили его лет пять назад, когда только-только успели сыграть свадьбу и целыми днями нежились в объятиях друг друга, мечтая о том, как в недалеком будущем они сказочно разбогатеют и отправятся в большое путешествие вокруг света на собственной парусной яхте.

Маршрутначинался в Ялте, затем широким пунктиром шел через Черное и Средиземное моря, огибал Африканский континент, потом через Индийский океан направлялся к острову Ява и далее, через Австралию на острова Фиджи, Гавайи и прочее — вся карта рябила от треугольных флажков. Правда, за последние годы они изрядно выцвели. Сначала не было денег, потом — времени, а потом мечта стала казаться наивным увлечением…

Антон отвел глаза от карты и с тихим поскуливанием потянулся. Под боком, сладко посапывая, завозилась Алена. Проворчав что-то невнятное, она обвила ногами его ноги и пристроила голову ему на плечо, щекоча волосами шею.

— Ты что-то сказала? — спросил Антон.

— Угу, — ответила Алена, не открывая глаз. — Я спросила: куда ты так рано? Сегодня воскресенье…

— В аэропорт. Шурале прилетает, надо бы встретить.

— Шурале? — Алена приоткрыла один глаз. — Это Саша Лемехов, что ли? Что за странное прозвище вы ему дали?

— Мы тут ни при чем, он сам себя так окрестил, — усмехнулся Антон. — У татар шурале что-то вроде нашего лешего.

— А при чём здесь татары? — едва слышно, снова засыпая, спросила Алена.

Антон не знал, при чем здесь татары, да и отвечать уже было некому — через секунду Алена уже спала, чему-то улыбаясь во сне. Выпутавшись из ее длинных ног, Антон скинул с себя простыню, подойдя к окну, вдохнул ароматный летний воздух и недобро покосился на телефон. Это было старинное громоздкое чудовище из железа и мрамора, исцарапанное и побитое.

«Сейчас ты зазвонишь, — подумал Антон обреченно. — Забрякаешь потрохами… Ну, давай, уже начало девятого!»

Он даже рассмеялся, когда аппарат, покряхтев, разразился сухим низким тарахтением, так что даже громоздкая трубка подпрыгивала на гнутых рычагах.

— Алло, — нехотя поднял трубку Антон.

— Привет!

Это оказался сам Вампир. А кто ещё мог быть?

— Я звонил в аэропорт, Антон, рейс из Сочи задерживается на полтора часа. Можно не торопиться. У них там нелады с топливом.

Все ясно. Где полтора часа, там и сутки. Как бы не пришлось Шурале торчать там еще лишнюю неделю. Громов уже вчера справлялся, как продвигаются дела с черноморским вопросом. А дела шли туго.

Черноморский вопрос возник перед ними около месяца назад, когда кто-то пронырливый (все это произошло настолько быстро, что они даже не поняли кто) из-под самого носа увёл у них сверхвыгодную сделку. Антон старался не вдаваться в подробности тех дел, которыми Громов занимался лично. Когда дело провалилось, Громов вызвал его к себе, и он наконец всё узнал.

Кривая утечки единиц боевого оружия с военных складов с некоторых пор неизменно и довольно стремительно поднимается вверх — это известно всем, и утаить это довольно сложно. Другой вопрос: куда это оружие потом исчезает. Когда какой-нибудь «АКМ» или пистолет Макарова с запасной обоймой и парочкой наступательных гранат украдены сверхсрочником через дырку в заборе, затруднений не возникает — все это будет скорее всего продано хорошему знакомому с большой скидкой или появится на городской барахолке. Однако есть и другие случаи, если речь идет не о нескольких сотнях зеленых, а о миллионах. Это оружие никогда не появится в городе, в котором было украдено, и предназначено оно не для рэкета на больших дорогах и уж, конечно, не для самообороны бизнесменов — оно всплывет там, где будет применяться для своего прямого назначения. Для войны.

Незаконная торговля оружием — дело чрезвычайно выгодное, и, когда Громов вышел на кавказского заказчика, он явственно почувствовал запах десяти миллионов зеленых. В самый последний момент заказчик вдруг исчез из его поля зрения. Кто-то очень ловко увел у него эту сделку. Однако вопрос остался открытым. Черноморский вопрос, как назвал его Громов. «Мне нужно знать только одно, — сказал он Антону. — Кто это сделал? Есть три варианта: Слон, Миша Зверь и Святой. Ты должен выяснить, чьих это рук дело. Я хочу с ним поквитаться, ясно?» Куда уж яснее. Он сразу отправил Шурале в Сочи, и уже через несколько дней тот позвонил.