Веришь?
Шрифт:
Лин фыркнула:
– Ты же не летала никогда! Даже на симуляторах!
Её будущая или уже настоящая подруга? снова равнодушно дёрнула плечом:
– Какое это вообще имеет значение? Увидишь и всё!
Глава 20.
Это Перси только думала, что отлично держится. Когда, после окончания занятия, Хмарь шёл из зала, он так посмотрел на неё, что она снова без сил осела на лавку, с которой пыталась встать.
Линда тут же поддержала её. Рид подскочил и пролаял, что он уже вызвал медиков, и если она ещё раз дёрнется, то он тут же, не сходя с места, свяжется с её отцом, и пусть он разбирается со своим ненормальным чадом.
Лин удивило, что при слове "отец" Чокнутая Нийри смирилась и согласилась даже на носилки лечь, чтобы "долететь" с комфортом до больницы.
Саму Ра утешили две вещи. Нет, даже три. Во-первых, Рид прикрыл её и "обозвал" её травму случайностью. Во-вторых, они, Рид и Лин, потащились в больницу с ней. И самое удивительное было то, что когда её "выпустили" из медкапсулы, они ждали её.
Рид не стал пока читать ей морали, отправил домой. Или поручил Лин. Кто его знает? Хьюм, во всяком случае, не собиралась отставать от неё. Мало того, потащила её... Да-да, за покупками. И обоснование было вполне себе такое, женское: "Когда тяжело на сердце, нет ничего лучше, чем купить какую-нибудь фигню".
Хьюм думала, что Фиалка психанёт и откажется. А та удивила, в который уже раз. Не просто согласилась, а заявила с энтузиазмом:
– Пошли, Лин! Будешь наряжать меня на первый в моей жизни бал!
Линда фыркнула несколько пренебрежительно:
– Платья - это не ко мне!
Рэнсом скопировала её смешок:
– Кто вообще говорил о платье? Я имела ввиду что-то совсем другое... В твоём стиле...
Линда с сомнением оглядела свой "наряд". Особенное внимание уделила ботинкам на высокой, грубой подошве:
– Ты будешь смешно смотреться в таком! Особенно твои ножки-спички!
Нийри хмыкнула:
– Спички не спички, а синяков я ими Золотому наставила, будь здоров!
Они летели уже во флайере Лин. Поэтому она и спросила. Фиалка уже во второй раз назвала Красавчика так. Интересно...
– Почему Золотой, Кора?
Рэнсом фыркнула:
– Золотые мозги, золотые волосы и внешность, золотой характер...
Про "отсутствие присутствия совести" промолчала. Только помрачнела из-за нахлынувших воспоминаний. Было что-то хорошее для неё за Барьером. Их расцветающая дружба... И много ещё чего...
Лин кивнула. И приступила к допросу:
– Принимается! Похоже. Он, и правда, красавчик... Так скажи мне, моя, судя по всему, подруга, зачем ты жестоко бросила красивого парня, который так явно в тебя влюблён?
Кора хмуро глянула на Лин. Буркнула:
– Не влюблён он. Так... Балуется...
– Дурочка!- припечатала Лин.- Я понимаю, что опыта у тебя никакого, но это же видно. Видно, как он смотрит на тебя, как ходит за тобой, как привязанный...
– Уже не будет смотреть или ходить!- оборвала излияния Линды Кора.
Только вот будущий пилот тоже обладала характером, ещё каким. И дожимала подругу, без жалости:
– Ну? Зачем было? Не жмись! Я могила, никогда и никому!.. Ну? Ты разве слышала когда-нибудь, что я треплю языком?
Ра помотал головой. Не слышала. Наоборот. Репутация у Лин была безупречной. Ну, кроме "особенностей"...
– Ты ведь тяжело сходишься с людьми?- брякнула Кора.
Линда кивнула:
– Ага. И характер у меня поганый. Слышала же?
Как раз то, что всегда говорили о ней самой! Перси невольно хихикнула:
– Как у меня! А почему со мной сошлась быстро?
Старшекурсница усмехнулась:
– Ты тоже странная. И нормальная. Хоть и красотка. А я не люблю жеманных дур.
– И я,- согласилась Перси.- Не терплю.
Повисла тишина. Если не уютная ещё, то согласная, точно. Линда разбила её. Вернулась к важному и снова задала "тот самый вопрос":
– Зачем?
Ладно!.. Язык снова зажил своей жизнью, а Кора позволила ему. Сколько можно молчать и прятаться? Тем более, что Лин точно не разболтает. И психоанализом заниматься на её счёт не станет. Да, Ра решилась. Бросила мотаться вокруг да около... И всё равно было страшно... Поэтому она истинктивно обняла себя руками, будто ей холодно. Хрипло ответила:
– Ты сама сказала, что никто из парней не "доходит" даже конца академии с одной девушкой. А я... Я просто умру, когда он бросит меня...
Лин мигом переключила управление флайером на автопилот и повернулась к подруге. Выдохнула потрясённо:
– Так он, что? Нравится тебе?
Кора Рэнсом смотрела прямо перед собой на облака, через которые они пролетали. Словно нет ничего важнее. И голос был отстранённый какой-то. Сдавленный:
– Вряд-ли то, что я к нему испытываю, правильно будет назвать "нравится".
– Ты, что? Влюблена в него? И отправила к другим? Ты что, больная, Рэнсом?- воскликнула Лин.
Кора так и смотрела на облака, через которые прорывался флаейер. Вряд-ли вообще замечала, что плачет. Ответила тихо и до странного смиренно. Как старуха, повидавшая всё на свете:
– Может, и больная... Он хочет завести с кем-то роман. Уже сейчас. А что будет дальше? Даже если я сейчас побегу за ним? Ладно, он не заведёт себе девушку сейчас. Но заведёт потом. Что будет тогда со мной?..
Вот что сказать на такое?.. Лин молчала. Перси повернула к ней заплаканное лицо. И снова заговорила, как древняя бабка, которая ничего хорошего не ждёт от жизни:
– Правильно вы все называете его Красавцем. Он ещё и хороший друг. И просто хороший... Пусть он живёт спокойно. В стороне от моих девиаций...
Помимо воли, Лин возмутилась и защитила дурищу:
– Ну, ты загнула! Как можно чувства приравнивать к такому?
Ра поёжилась. Совсем тихо ответила. Срывающимся, больным голосом: