Чтение онлайн

Лили хотела улыбнуться, но губы ее не слушались. Сосредоточилась вместо этого на своих ощущениях – оставленные когтями раны все еще горели и кровоточили, теплые ручейки бежали по ногам и стекали в носки. Хотелось надеяться, что она хотя бы не закапала бедным хозяевам полы.

– Мне снять штаны, да?

На мгновение Северус застыл. Затем сказал, довольно успешно изображая безразличие, но при этом отводя взгляд в сторону:

– Придется. Не вижу смысла втирать мазь в вельвет.

Лили скинула с себя его плащ и положила на бортик ванны. Стянула колючую школьную мантию и пристроила ее туда же. Расстегнула пуговицы, спустила брюки до самых лодыжек и почувствовала себя… как-то странно.

Северус молчал как рыба и ухитрялся поддерживать между ними дистанцию, хоть при этом к Лили и прикасался – занимался ее располосованной спиной, уверенными, точными движениями наносил лекарство на поясницу, чуть выше резинки трусиков. Сначала кожу немного щипало, но потом неприятные ощущения исчезли; остались только прохлада и мягкие прикосновения. Лили вздрогнула.

Он застыл – будто примерз к месту.

– Тебе больно?

Она только покачала головой – через мгновение услышала размеренный речитатив исцеляющего заклинания, и по спине заплясали иголочки. Порезы затягивались; процесс, который сам по себе занял бы недели, с помощью волшебства ускорился до каких-то секунд.

Временами возможности магии просто ошеломляли.

Северус занялся ранами на ее ногах. Лили попыталась думать о чем-то постороннем, но как только сумела мысленно отстраниться от этой неловкой близости, в голову снова полезли мысли, которые жгли похлеще любого антисептика. Пожалуй, от них было почти так же больно, как от когтей мантикоры.

Что же ей все-таки делать?..

– Так что, мы теперь квиты?
– тихо спросила Лили – Северус как раз обрабатывал ее левую голень.

На секунду он прервался, но тут же снова вернулся к своему занятию.

– Квиты?

– Ты удрал из школы и даже со мной не попрощался. Я погналась за тобой и едва не досталась на обед мантикоре. Я злюсь на тебя за твой поступок, но моя дедукция подсказывает, что ты злишься на меня за мой. Значит, мы теперь квиты?

Северус ничего не сказал, только залечил последнюю царапину. Лили повернулась, чтобы на него взглянуть, но он уже успел подняться на ноги и как раз завинчивал баночку с мазью; крышечка терлась о горлышко – скрип-скрип-скрип… Его лицо снова стало непроницаемым; вернулся взрослый шпион Сев.

– Пожалуйста, не надо, - попросила она.

– Не надо закрывать целебную мазь?

“Ах ты гад”, - подумала она и едва сдержала слезы и желание кинуться ему на шею.

– Я в том смысле, что не делай такое лицо.

– Кто, я? Над этим носом потрудилась природа.

Лицо, на котором уже оставило отпечаток его обычное хмурое и язвительное выражение; тот жест, каким он откинул со лба волосы, чтобы не лезли в глаза; его внушительный нос – все эти черточки собрались в единый образ, и в душе у Лили что-то вспыхнуло, обжигая, точно клеймо, а следом поднялось ощущение, такое же яростное, как боль от ожога, но вместе с тем и другое, другое…

– Хватит, - хрипло выдавила она, - не строй из себя супер-пупер-агента. Со мной можешь так не усердствовать – Волдеморт куда умнее меня.

– Какая жалость, - ответил Северус, смывая с рук антисептик; в раковине плескалась вода.
– Если бы Темный Лорд вздумал погулять ночью в одиночку и наткнулся на голодную мантикору, то сделал бы нам всем большое одолжение.

Что есть, то есть.

– А кстати, что с ней все-таки случилось?
– спросила Лили.
– Я думала, заклинания их не очень-то берут, - заглянула Северусу в лицо – такое молодое, но уже тронутое ранними морщинами, - и непохоже, чтобы ты страдал от отдачи.

– Не надо, - сказал он.

– То бишь?

– Не стой в чужой ванной без штанов. Я буду на кухне.

Он вышел. Лили накинула на себя одежду и последовала за ним, и уже через пару шагов оказалась на пороге кухни. Северус намазывал маслом ломтик белого хлеба; верхний свет по-прежнему не горел – темноту прорезали только лунные лучи, выхватывая из нее отдельные детали: руки Северуса, лезвие ножа… Стол был похож на половинку луны: такой же круглый, и правая половина освещена, а левая во мраке.

– А у меня в штанах теперь сквозняк гуляет, - сказала Лили и задумалась, стоит ли и дальше играть в непринужденность.

– Поделом тебе – нечего с мантикорами драться, - отвечал Северус – то ли иронизируя, то ли всерьез, она так и не разобрала.
– Съешь вот это, - и сунул ей два тоста – должно быть, поджаренных заклинанием: хлеб был идеально подрумянен, а масло стало мягким. Лили послушно проглотила оба кусочка и обнаружила, что Северус протягивает ей снифтер – она принюхалась, и в носу слегка защипало – со сливовым бренди.

– Предлагаешь принять на грудь для храбрости?
– поинтересовалась она.

– Ты свалилась в ледяную реку, а до этого, судя по плачевному состоянию одежды, долго плутала по бездорожью – ночью и посреди зимы. Согревающие заклинания не так хороши, как обычные человеческие методы.

Он говорил как человек, который знает об этом не понаслышке; который помнит, сколько раз был вынужден обходиться одними заклинаниями. Лили пригубила бренди и взглянула ему в лицо, украдкой рассматривая его поверх граненого ободка бокала.

Алкоголь прокатился по языку, оставил в горле горячую дорожку. Собственной отваги не хватало – оставалось надеяться, что спиртное ее все-таки взбодрит; Лили сглотнула и спросила, согреваясь от этого временного тепла:

– А где твой бренди и твои тосты?

– Я не блуждал по бездорожью, не купался в ледяной реке и не сталкивался с мантикорой.

– Ясно-ясно, ты у нас вообще супер-герой, - она уткнулась в свой бокал, пряча болезненную улыбку.
– Небось еще и от Макгонагалл смылся, так ведь?