Чтение онлайн

– Ты же собираешься вернуться в школу?
– спросила Лили медленно.

Северус не отозвался сразу, и она поняла, что угодила в точку; осознала, что делает с журналом то же, что он с газетой – с силой проводит пальцами по сгибам страниц, – и уронила номер на стол.

– Сев!
– прошептала она.

Он перевел на нее взгляд, но продолжал сидеть все в той же официальной позе.

– Я еще не решил, - ответил Северус – так безмятежно, словно обсуждал, что выбрать на обед, карри или рыбу с чипсами.

– Сев, как ты можешь не пойти в школу?

– Да запросто, - сказал он.
– Просто не пойду, и все.

– Но – но как же… твои экзамены?
– она и сама понимала, как жалко это прозвучало.

– Если ты имеешь в виду, как я планирую искать работу без диплома, - произнес он, - то полагаю, что как-нибудь выкручусь. Но строго говоря, я могу до этого и не дожить.

Ее пробрал озноб – сквозь все тело до самой души.

– Северус Снейп, - сказала она полушепотом, - если тебе вздумалось покончить с собой, найди себе в помощь кого-нибудь другого, - и чуть не задохнулась, когда он промолчал, - так вот… так ты поэтому? Хочешь, чтобы я тебя прокляла, чтобы попасть… ты пытаешься…

– Нет, - оборвал он ее.
– Я не подбиваю тебя на убийство.

– Разве? Потому что это проклятие – то самое, которое ты для себя выбрал, – оно может оказаться смертельным, Северус.

Он не отозвался сразу – только глаза подозрительно заблестели. У Лили все внутри сжалось. Он произнес:

– Вряд ли Дамблдор изобрел его из милосердия. Расскажи мне о контрзаклинании.

– Хорошо, но сперва ты расскажи о школе, - возразила она настойчиво. Северус ответил нетерпеливым взглядом, она ему – упрямым, словно говорящим: “Ну и?”

Он раздраженно вздохнул. Она еле удержалась от искушения скатать журнал в трубочку и врезать ему по голове.

– Возвращаться туда представляется на редкость бессмысленной затеей. В частности, если помнишь, я преподавал там семнадцать лет.

– Ох, - Лили моргнула.
– О Боже… Как-то неловко, да…

– Достаточно оговориться и назвать Минерву по имени. Я привык назначать отработки другим – не получать их сам.

– Ты называешь ее Минервой?
– восхитилась Лили.
– Я не осмеливалась, хотя была вместе с ней в Ордене.

– Трудно сохранять дистанцию с тем, кто мирно дремлет на солнышке у тебя на глазах. И с тем, с кем много лет переругиваешься из-за Кубка по квиддичу. Мы язвили, если Кубок доставался Филиусу или Помоне – но это случалось нечасто, - добавил он с легким самодовольством.

Лили представилось – почти без усилий с ее стороны – как Северус втайне злорадствует, что Слизерин выиграл Кубок, а профессор Макгонагалл выпускает по этому поводу когти. Место действия – конечно же, учительская… там должны сидеть и другие преподаватели – возможно, проверять домашние работы… Интересно, читают ли они их друг другу вслух, потешаясь над дурацкими пассажами? Обмениваются ли байками о баллах, снятых с учеников за ту или иную нелепую выходку? А теперь Северусу придется снова подчиняться этим людям… от равного, такого же декана, как они, вернуться к роли студента…

– Погоди… выходит, ты возглавлял Слизерин?

– Да. И это было чудовищно, - добавил он.
– Мои студенты беспрестанно мне докучали. От того, на что способны чистокровные юные барышни, у любого волосы дыбом встанут, - он содрогнулся и пробормотал себе под нос: - Мерлин, как же я ненавижу подростков.

Он представлял для них высшую власть – а теперь сам окажется под властью более чем двух дюжин людей. Северус даже старостой не был.

Закусив губу, она изучала его лицо. Он на нее не смотрел – и вряд ли вообще видел что-либо в этом поезде. Отсутствующий, застывший взгляд, словно устремленный в прошлое, в его воспоминания. Как же он сказал – “Хогвартс был моим домом…” Был. В прошедшем времени.

О чем он задумался?

– Понимаю, отчего ты не хочешь возвращаться, - сказала она, зорко за ним наблюдая.
– Я и сама не в восторге, хоть и закончила школу не так давно.

– Я не просто этого не хочу – меня мутит от этой перспективы, - судя по испуганному выражению, которое появилось на его лице через какую-то долю секунды, Северус не собирался в этом признаваться.
– Но дело не только в студентах. Я не могу поручиться за свою способность… не бросаться в глаза. Слишком основательно позабыл, каким был в этом возрасте, - он замолчал, снова уставившись в окно.

Лили вспомнила собственные школьные годы… и вдруг с болезненной ясностью осознала то, что до сих пор до нее не доходило только из-за ее повышенного идиотизма: если вернуться в Хогвартс, то ей придется день-деньской находиться рядом с Джеймсом, Ремусом, Сириусом и Питером. Ходить на занятия вместе с детишками, из которых, как она знала, вырастут Пожиратели Смерти. Завтракать за одним столом с покойниками. И при этом делать вид, что все в порядке.

До этого момента она задумывалась только о сиюминутном: как прожить от сегодня до завтра, как все скрыть от матери и Петуньи, как разобраться в том, что случилось с нею и Северусом. А после – выкинула из головы все, кроме этой фигни с Пожирателями, чтобы поскорее с ней разобраться, потому что это была вовсе не фигня, а мрачная, все отравляющая тень, нависшая над их будущим… ближайшим будущим, только руку протяни – и дотронешься…

– Северус…

Зашипела гидравлика; в вагонную дверь вошел маггл – красноносый, усталого вида, с портфелем в руках. Прошел между рядами скамей и сел у Лили за спиной. Поднявшись, она обогнула ламинированный формайкой столик и опустилась на сиденье, обтянутое тканью с геометрическим узором, по соседству с Севом – тот напрягся, явно не ожидая от нее подобного, но уже через мгновение все это исчезло, скрылось под гладь окклюменции, словно нырнувшая в озеро рыба.

– Сев, насколько ты уже успел увязнуть в делах Пожирателей?
– спросила она, понизив голос.

Северус взглянул на нее искоса. Замер в неподвижности – как она знала, чтобы ускользнуть под покровом окклюменции туда, где эмоций не было слышно.

– Меня рекомендовали Темному Лорду, Лили. Личная рекомендация.

Лили почувствовала, что ее пробрало до костей – то ли из-за того, как мастерски он владел голосом, то ли из-за выбранных им слов, то ли из-за того, что за ними стояло. И дело было не в том человеке, каким он был когда-то – нет, тот мальчик исчез так же окончательно, как если бы умер, это она знала наверняка. Ее пробрал озноб из-за того, что все это означало для Северуса.