Чтение онлайн

Уверенно взяла в руки веретено, проверила на нем петельку, что нити не дает разматываться, присела на край лавки. Попыталась привычным жестом воткнуть нижний конец пряслица в отверстие лавки… и не смогла. Не было его у лавки в горнице князя Игоря! Не пряли здесь.

Растерянно оглянулась Прекраса на мамку Вятишну, точно спрашивая, как быть. Та не сразу сообразила в чем дело, а как поняла, вспеснула пухлыми руками:

– Ахти! Скажу Устею, чтоб дырку-то сделал. И то, не прял же князюшко… – от смеха вокруг ее глаз побежали морщинки-лучики.

Прекрасе отчего-то стало легче, тоже улыбнулась. Вятишна засуетилась:

– Сейчас донце принесу, у Алтеи возьму и принесу.

И правда, принесла быстро, подала и встала чуть в стороне, с удовольствием наблюдая, как привычно прядет молодая княгиня, как уверенно движутся ее руки. Убирая полное веретено, снова довольно заулыбалась – тонкопряха Прекраса.

А той очень хотелось пить – пришлось то и дело лизать пальцы левой руки, чтобы нить из кудели скользила легче, поэтому во рту пересохло.

Вятишна сметливая, догадалась, подала Прекрасе напитку брусничного. Княгиня благодарно улыбнулась, рядом с такой заботливой мамкой стало совсем спокойно.

Олегу невестка понравилась, кроткая, но себя в обиду не даст, держится скромно, но речи ведет умные. Хорошую жену себе Ингорь выбрал. Иногда подолгу засиживался у молодых князь вместе с Карлом, старался привлечь в беседу Ингоря с Прекрасой, чтоб уму-разуму учились. Им же славянами править. Карл рассказывал поучительные истории про королей да дальние земли, Олег про свое, что успел повидать да узнать. Прекраса слушала, иногда рот раскрыв, а Ингорю скучно было. То ли оттого, что уже знал это, то ли не любил истории про мирную жизнь, его, как и в детстве, больше увлекали рассказы про воинские походы да жестокие битвы.

Ингорь, казалось, улучил момент, когда у Олега было хорошее настроение, а за ним самим не было огрехов, за которые стыдно в глаза смотреть. После свадьбы Олег вообще не слишком прижимал воспитанника, давал время с молодой красавицей женой побыть, глядел на них с Прекрасой ласково. Все понимали – ждет старший князь от молодых скорей наследника, а у тех, как назло, никого уже второй год. Вокруг шептаться стали, мол, то ли красавица пустая, то ли князек слабоват. Не мог не слышать такого шепота Ингорь, досадно ему было, вроде все делали они с женой, старались, да только не получалось хотя бы и девчонку родить, не было детей у молодых.

Боярин Невид, который как-то вслед за Прекрасой из Плескова к ним перебрался, в уши нашептывал, что ежели б сами жили, может, что и сладилось, а то все под присмотром. Ингорь и сам не мог сказать, зачем привез с собой Невида, но быстро привязался к нему. Боярин понимал его тайные мысли, хотелось Ингорю уйти из-под ока наставника, давно хотелось, если не совсем, так хоть с молодой княгиней на время. Все казалось, что останься он один – и все получится не только с Прекрасой, но и вообще в жизни. Робел, как только думал об Олеге, не то что видел его.

Хотел сегодня попросить уехать в Ладогу, что ли…

Но Олег махнул рукой воспитаннику:

– Вернусь, поговорим. Ежели не срочно?

Тот быстро замотал головой:

– Нет, я так… просто поговорить хотел…

Князь согласился:

– Ну, добре. Вернусь – поговорим, – и тронул поводья своего коня, направляя его к городским воротам. Стража услужливо отскочила в сторону, Олегу боялись заступить дорогу, хотя и не ездил быстро, конь не выдюжил бы, но все одно – не любил, чтоб кто впереди на пути был.

Ингорь с досадой глядел вслед князю Олегу, только хотел поговорить про то, где им с Прекрасой жить, так чтоб самим, а тот снова собрался… поохотиться. Какая охота среди дня, с чего это вдруг?

Конечно, князь не охотиться ездил, у него была очередная беседа с купцом или кем другим, кому на княжьем дворе показываться ни к чему. После того, как отучил за собой подглядывать, повесив трех человек в назидание остальным на городских воротах, стал звать на беседу к капищу. Сначала тот же Раголд боялся, потом привык и уже спокойно кланялся славянскому богу Перуну, присаживался и беседу вел, не оглядываясь. Только волхвы и знали, с кем встречается князь и о чем говорит, но тем и рассказывать не нужно, так ведают про все.

Карл спрашивал Олега, почему тот поклоняется славянским богам, Олег отвечал, что у славян же и научился. У них есть обычай – в какой земле находишься, тем богам и дары неси. Правильно, ведь в каждой земле свои боги правят. Олег своих покровителей нашел среди славянских – Перуна да Велеса.

А с Ингорем Олег в тот день так и не поговорил, как вернулся – навалились срочные дела, да и воспитанник не рискнул подойти. Вспомнил князь об отложенном разговоре только на следующий день, стал младшего спрашивать, про что беседовать хотел. Ингорь не ожидал того, перед людьми говорить не хотелось, замялся. Но недаром Олега вещим кликали, кивнул, за собой позвал в гридню, остальные тут же ушли, никто к князю на глаза без дела не лез.

Глаза Олега смотрели ласково, интересовался, как Прекраса, здорова ли, весела ли? Ингорь только кивал коротко, все не знал, как приступить к основному. Но снова старший все без слов понял, сам предложил:

– Может, вам поехать куда самим пожить? А то все на виду, на виду…

По тому, как споро замотал головой воспитанник, понял, что попал в точку.

– Куда хочешь? В Ново Град опасно, там еще Вадимовых много, не слишком любят Рюрика вспоминать. Может, в Ладогу? Людей разных много, дружина там у меня хорошая, да воеводой старый Олаф сидит.

– Да, – согласился Ингорь.

– Ну вот и добре, завтра же и сбирайтесь. Поживете в тереме, где мать твоя жила, только не давай Прекрасе скучать, молодые женщины любят мужей дома видеть. Чтоб не было, как у меня с Силькизиф. – И вздохнул: – Наследник нужен.

Вроде все решили, а младший князь не уходил, Олег понял, что еще что-то спросить хочет да боится.

– Ну, что ты еще хочешь?

– Верно ли говорят, княже, что ты сына Вадимова пригрел? – решился наконец Ингорь.

Глаза Олега впились в его лицо: