Чтение онлайн

— Ни одна из них не выдерживает сравнения с тобой.

— Хотела бы я, чтобы это было действительно так.

Стук в дверь испугал ее, но это был всего лишь личный слуга графа. Он, войдя, протянул ей длинный узкий футляр.

— Его светлость был бы счастлив, если бы вы согласились надеть это сегодня вечером, леди.

Слуга поклонился и вышел, а Изабелла так и осталась стоять с футляром в руке.

— Что это?

— Открой и посмотри.

Оробевшей Изабелле пришлось повозиться с замком, и наконец она подняла крышку. На пурпурном бархате лежали изящные колье искусной работы и браслет из жемчуга и бриллиантов. Она с восторгом смотрела на украшения.

— Твой отец и правда хочет, чтобы я надела это?

— Он не смог бы сделать тебе большего комплимента, — суховато ответил Роберт. — Они принадлежали моей матери.

— Роберт, я не могу это надеть, — тихо сказала Изабелла, — он так любил ее.

— Можешь и должна. Это значит, что он принял тебя.

Роберт взял колье и застегнул на ее шее, надел браслет на ее тонкое запястье. Он поцеловал ее в губы, накинул на плечи шарф из легкой ткани, вышитый серебряными звездами, и подвел к двери.

— Больше никаких прихорашиваний, никаких сомнений. Не отступать, вперед!

По лестнице, рука об руку с Робертом, она спустилась и вошла в большой зал, освещенный сотнями свечей, и тотчас оказалась перед глазами тридцати, или даже больше, пар повернувшихся к ней людей и ощутила себя победительницей, почувствовала настоящий триумф, когда сам граф подошел, взял ее за руку, поцеловал в щеку и представил всем собравшимся как молодую жену своего сына.

В начале вечера у нее было приподнятое настроение, но потом постепенно радость исчезла. Пока Роберт был рядом, Изабелле было легко. Мужчины окружали их, поздравляли, говорили комплименты, смеялись, восхищались ею. Потом начались танцы, и ей захотелось потанцевать, но Роберта все чаще и чаще отвлекали его давнишние друзья. Для тех из них, кто большую часть жизни проводил в Шотландии, он был представителем высшего лондонского общества. Они расспрашивали его о последних новостях политической жизни. Изабелла была вынуждена общаться с их женами и дочерьми. Их отношение к ней было совсем другим. Роберт, несомненно, был завидным женихом, и слухи приписывали ему то одну, то другую привязанность. И теперь женщины смотрели на Изабеллу с завистью и с нескрываемым любопытством. Многие из них проводили светскую жизнь, наезжая к родственникам в Лондон, и с легкой фамильярностью говорили как о людях и событиях, о которых Изабелла ничего не знала, так и о опере, о театрах и концертах, о модных романах. Они посмеивались, прикрываясь веерами, обсуждали шокирующие подробности последнего скандала. Изабелла все больше и больше замыкалась в себе, нарушала молчание только в том случае, когда с вопросом обращались непосредственно к ней.

— Вы француженка, не так ли? — спросила одна из дам. — Теперь Роберт повезет вас в Париж, чтобы познакомиться с вашими родными?

— У меня нет родных, только брат.

— Вы уже давно в Англии?

— С двенадцати лет.

— И что же, все это время вы жили в болотистом графстве Кент? Как же вы там ухитрились выжить?

Все это было сказано в таком пренебрежительном тоне, словно речь шла о тюремном заключении. В некотором роде Хай-Уиллоуз был действительно тюрьмой. Изабелла поняла тайный смысл вопроса.

— Как вы познакомились с Робертом? — спросила девушка с ярко-рыжими волосами. Ее представили Изабелле как Фиону, дальнюю родственницу, которая, как выяснилось, знала всех присутствующих.

Изабелла прикусила губу.

— Роберт приехал навестить моего дядю.

— И влюбился с первого взгляда. Как романтично и совсем не похоже на Роберта. Мы всегда говорили, что он никогда не женится, правда? — И она оглядела своих приятельниц, как бы объединяя их в заговоре против чужачки. — Помните, как мы дразнили этим его и Дэвида?

Изабелла уловила злобную нотку. Может быть, Фиона сама хотела завладеть Робертом? Изабелла почувствовала себя так, будто она непохожа на остальных, будто она действительно была кухонной замарашкой. Это становилось все труднее переносить.

— Вы поладили с Мэриан? — продолжала безжалостно выспрашивать Фиона.

— Мы еще мало знаем друг друга, ведь встречались всего несколько раз.

— Она собирается жить с вами в Лондоне? Должна сказать, мне бы это не понравилось. Мэриан управляет домом и хотела бы управлять Робертом, если бы могла. На вашем месте, я бы попросила переехать ее жить отдельно.

— Я бы не смогла это предложить. Мэриан очень любит Роберта.

— Слишком уж любит. — Фиона обменялась многозначительными взглядами с одной из своих подруг. — Вероятно, вы знакомы со многими другими эмигрантами, нашедшими здесь убежище?

— Нет, ни с кем не знакома.

— Очень странно. Все, кого я встречала, знали друг друга.

— Я познакомилась с шевалье де Сен-Джорджем на своей свадьбе, — защищаясь, сказала Изабелла.

— Вам выпала особая честь. Насколько мне известно, он никогда не выезжает из города. А его племянник был с ним?

— Его племянник?

— Люсьен де Вож. О, моя дорогая, вы должны с ним познакомиться. Он и вправду представляет из себя что-то необыкновенное. Такой красивый, он вызывает настоящий восторг, весьма, весьма ravissant [15] .

— Он уже давно в Англии? — спросила Изабелла сдавленным голосом.

— Нет, приехал в июле. Вы знаете, шевалье привозил его на прием в Карлтон-Хаус, устроенный принцем Уэльским. — Фиона издала смешок. — Он всех нас очаровал увлекательными рассказами о своих приключениях, совсем как в сентиментальном романе. Все это выдумки, я полагаю, но он так интересно рассказывал и с таким видом!

Рассказывал! Изабелла слишком хорошо все помнила, и Люсьен в Лондоне! Скоро ей придется встретиться с ним. Он ее узнает, конечно же. Изабелла почувствовала такую слабость при мысли об этом, что отвернулась, опасаясь, как бы о чем-нибудь не догадались по ее лицу. Почему-то она никогда не думала, что он может блистать в высшем обществе. Люсьен для нее был человеком, потерпевшим кораблекрушение, которого она спасла, кормила, нашла ему одежду, с ним поделилась всем, что имела. Был ли он действительно племянником наглого француза? Если да, то почему тот сразу же не прислал кого-нибудь ему на помощь? Во всем этом была какая-то тайна, и Изабелла не знала, что и думать.

Гости хорошо поели и попили, и вечер становился все более веселым. Бальные танцы закончились, и музыканты стали играть шотландские танцы — рил и стресспей.

Роберта тоже уговорили принять участие, и сначала он отказался.

— Уже много лет я не танцевал рил. Я слишком стар для таких вещей. Запутаюсь в собственных ногах.

— Но ведь ты женат всего месяц. Ты еще не совсем семейный человек, — настаивала Фиона.

— Я пойду, если моя жена присоединится к нам, — сказал он, обращаясь к Изабелле.