Чтение онлайн

Фалиса не разглядела, что внутри. Издалека содержимое походило на камешки примерно одного размера. Камешки поблёскивали, словно годами перекатывались в серебряных ладонях рек.

Стоило гоббу взять один камень из этой горстки, как вернулся Ветер — не резким порывом, нет, он лишь шевельнул листья на деревьях. Тем не менее этого хватило, чтобы трём лесным наблюдателям открылась картина столь дикая и противоречащая знакомой им естественной жизни, что они растерялись, безмолвно наблюдая за живым, нацеленным на их дом оружием, которое показал Ветер.

Это были семена, а не камни! Присыпанные землёй и пропитанные влагой из бурдюка, поданного гоббу ещё одним рабом, они прорастут и выпустят не один, а множество корней. Из каждого корня во все стороны взметнутся колосья. Ветер подсказал Фалисе, что эта армия будет наступать прямо на кусты, поначалу лишь ограждая долину от любого нападения из леса, а потом и отнимая у леса все новые и новые земли, пока все не покроется этими цветами зла. Если попытаться срезать или вырвать такое растение из земли, когда оно уже укоренилось, одно прикосновение к нему покроет металл ржавчиной, а руки оставит без кожи.

Черви и жучки, обитающие в земле и занимающие свою скромную, но важную нишу в этом мире, погибнут первыми. Когда адская поросль коснётся здоровой зелени, та немедленно сгниёт и обратится в прах. Перед тлетворным воздействием не устоят даже самые древние из лесных великанов!.. Девушка, застывшая в изумлении, подумала, что эти семена извлечены из самых потаённых ущелий Тьмы!

Ужас придал ей сил. Фалиса потянулась к Ветру. Как нам устоять против такой угрозы, Ветер?

Ответ не заставил себя ждать. Необходимо предупредить; пусть наши пушистые дети знают, что мы коснёмся их разума. Пролетят годы, и они вспомнят давние времена. Необходимо положить конец смертельному посеву!

Первым начал действовать Пипер. Откинув голову, сын Хансы издал такой крик, какого Фалисе ещё не доводилось слышать, и бросился вперёд сквозь брешь в кустах.

Гобб опустился в стойку, рассыпав семена веером и широко разинув безгубую пасть. Чудовище потянулось за ножом… Огромная дубина с громким хрустом обрушилась на череп гобба, демон отлетел и врезался в телегу. Шаткое сооружение развалилось, надсмотрщик больше не поднялся.

Дети испуганно завизжали и разбежались бы, если бы из кустов, вытоптанных Пипером, не вышли Фалиса вместе с Сасси. И вновь девушка воззвала к Ветру. Среди разбегавшейся детворы пронёсся ветерок, не такой сильный, как в лесу, но достаточный, чтобы унять страх.

Фалиса приближалась медленно, а дети, пугливо сбившись в кучу, бессознательно желая почувствовать поддержку себе подобных, не сводили с неё глаз.

Фалиса давно привыкла к весёлому нраву Сасси и других лесных детёнышей; ужас детей долины подействовал на неё, как пощёчина. Без помощи дыхания жизни ей бы ни за что не удалось собрать и успокоить несчастных.

Однако в голосе Ветра зазвучали тревожные нотки — его силы быстро иссякали. Девушка и лесная малышка вели к лесу полудюжину худеньких ребятишек, как в былые времена давно исчезнувшие из долины пастушьи собаки искусно гоняли отары овец.

Голодные заморыши пятились от новых непонятных хозяев к опушке леса. Там, среди первых деревьев, их встретили Ханса и ещё трое лесных детей.

Фогар внимательно слушал наставления Эразма, который указывал на большой квадрат пергамента, способный вместить карту дальних земель.

— Камни, которые ты чувствуешь… — маг задумчиво посмотрел на ученика, желая увидеть его реакцию, — надо разместить на расстоянии двух ладоней вдоль этой линии. Сделаешь все сам и не вздумай медлить. Скоро принесут новые камни, ведь этих… — маг взглянул на кучу, которую набрал Фогар, — вряд ли хватит на внутреннюю сторону. А теперь — живо за работу!

Несмотря на своё напутствие, Эразм не уехал, а долго сидел в седле, глядя, как Фогар, подавляя отвращение, устанавливает сначала первый, а потом и второй камень. Результат походил на начало мощёной дорожки. Рисунок колдуна был довольно прост: каменные диски следовало разместить по спирали, несколько раз закручивающейся внутрь и раскручивающейся обратно по мере приближения к определённой точке.

Крестьяне, с самой зари копавшиеся в земле на холме у стен башни, затаились, как будто Фогар собрался демонстрировать страшные заклинания.

Однако гоббы, пригнавшие сюда работников и теперь рыскавшие поодаль, отнюдь не радовались предстоящему зрелищу. Фогару были достаточно знакомы повадки демонов, чтобы понять: они волновались. Гоббы сбились в группу, переводя взгляд то на хозяина, то на его подмастерье. Однако если чудовища и осуждали манипуляции мага, вслух никто этого не выразил.

Фогар работал крайне аккуратно и сосредоточенно. Дабы убедиться, что каждый камень занял своё место, подмастерье отмерял расстояние палкой и острым концом намечал ямку, где должен лечь следующий диск. Тело юноши работало, как отлаженный механизм, но сознание наполняла тревога. В обрывочных снах он уже предвидел то, чем сейчас занимался. В тех же снах содержались, видимо, и ответы на вопросы, которые крутились у Фогара в голове. Поиски ответов напоминали блуждание по длинному коридору со множеством дверей. Все двери были закрыты и похожи одна на другую как две капли воды, но среди них требовалось найти единственно верную.

Решив, что его недалёкому ученику по силам поставленная задача, колдун повернулся к гоббам и отдал несколько приказов на их грубом языке. Чудовища нехотя растянулись в цепь, отгородив рабов. Со стрекотом, явно состоявшим из одних ругательств, они пинками подняли людей на ноги, погнали к вспаханному холму, взмахнули плетьми и вернули земледельцев к работе.

Убедившись, что все поручения выполняются, Эразм отвернулся от насыпи. К удивлению Фогара, повелитель Тьмы поехал не к башне, а на восток — к лесу. Ещё несколько дней назад юноша узнал, что в той стороне у колдуна есть ещё одно дело, требовавшее рабочих, за которыми приглядывали демоны. Причём туда послали самых молодых и хилых рабов.

Юноша сгорал от любопытства, но повелитель, несомненно, вернётся тем же путём, каким ушёл, а потому стоило сосредоточиться на задании и не глазеть по сторонам.

Гадкое чувство, порождаемое камнями, мешало работать. Фогару чудилось, будто он сбрасывает гниющие трупы в общую могилу. Маг явно не сомневался в своей власти над Фогаром, так, может, пришло время опробовать нечто — инструмент?. , оружие? — оказавшееся в его руках?

Огонёк волнения — почти такой же яркий, как вспышка энергии, сообщившая ему о двух заряженных Светом камнях, — разгорался в юноше с каждой мыслью о камнях. Похоже, он был на верном пути.