Чтение онлайн

— Позвольте опять потревожить вас. Мне крайне жаль причинять вам неудобства, но, смею вас уверить, это кратковременное явление не будет служить для вас источником неприятных воспоминаний. Дело в том, — Орел немного засмущался, — что я намерен вас съесть.

Тайлон посмотрел на него снизу вверх.

— А зачем?

— А-а… — Орел явно растерялся. — Э-э… Мне так хочется.

— Но это логически необоснованно.

Орел расправил крылья, как бы пожимая плечами.

— Должен с сожалением признаться, что над таким аспектом данной проблемы я до сих пор не задумывался. — Он замолчал, от смущения перебирая клювом перья под мышкой. — Но я ведь в некотором роде неловко, конечно, в этом признаваться, однако объективная истина для меня всегда была дороже всего на свете, я где-то, знаете ли, хищник.

Тайлон, полностью успокоившись, назидательно погрозил Орлу пальцем.

— Но прежде всего вы мыслящее существо!

— Разумеется, — выпятил грудь Орел.

— Из этого следует совершенно естественный вывод: достойно ли существа, почитающего себя мыслящим, слепо идти на поводу у низменных инстинктов, не пытаясь даже подвести под них логическую базу?

— Разумеется, нет, — сразу согласился Орел.

— Тогда до свидания, — поклонился Тайлон.

— Нет, па-азвольте! — снова возопил Орел. — Должен я пообедать или нет?!

— Если это будет логически обосновано. Потому что из всего вышеизложенного с неопровержимой ясностью следует, что поддержание жизнедеятельности, каковая является постоянным и совершенно неотъемлемым признаком и, более того, абсолютно обязательным условием…

— Пе-ре-кра-ти-те! — затопал лапами Орел. — Пе-ре-стань-те!

Он опустился на землю, судорожно отдуваясь и встопорщив перья.

— Есть хочу! — жалобно сообщил он.

— Это прекрасно, но при чем тут я? — холодно спросил Тайлон. — Давайте мыслить логически…

Продолжить ему не удалось. Глаза Орла подернулись белесоватыми пленками, голова бессильно упала, стукнув клювом о камень.

— Вот тебе раз, — удивился Тайлон. — Неужели я его до смерти заговорил? Ведь только-только во вкус вошел. Крошка…

Он обернулся, разыскивая Крошку Енота. Тот сидел на задних лапах, мерно раскачиваясь и бессмысленно глядя остекленевшими глазами прямо перед собой. Тайлон, встревожившись, подергал его за усы. Крошка Енот очнулся, ошалело крутя головой, тяжело задышал.

— Пошли-ка побыстрее, пока он не очнулся, — предложил Тайлон, но тут же остановил бросившегося валкой рысью Крошку Енота. — Постой, постой…

Он подошел к лежащему без чувств Орлу, взъерошил перья на груди и с удовлетворением отметил: живой.

Похлопал Орла по щекам. Приоткрылся мутный глаз со слезой.

— Уже? — слабым хриплым голосом спросил Орел.

— Уже, уже, — успокоил Тайлон и намеренно грубо продолжил: — Жрать хочешь?

— Да, — выдохнул Орел.

— Тогда смотри. — Упираясь обеими руками в холодный клюв, Тайлон с трудом повернул огромную голову.

— Вижу, — послушно согласился Орел.

— Целых шесть лошадей! Совершенно не мыслящих и не строящих никаких силлогизмов по первой фигуре, что абсолютно адекватно…

Глаза Орла опять закатились.

— Надо же, — с досадой произнес Тайлон. — Хищник, а какая слабая нервная система. Стыдно.

Он дунул Орлу в ноздри. Тот, постанывая от натуги, упираясь крыльями в землю, кое-как поднялся.

— Я с неизбывным удовольствием буду вспоминать нашу встречу, — полузадушенным шепотом вымолвил он. — Но, если мыслить логически… Век бы тебя не видел! — энергично, с чувством закончил Орел.

Тайлон беззвучно хихикнул.

Орел несколько раз, пробуя, неуверенно взмахнул крыльями, потом подпрыгнул и полетел.

— Мы еще встретимся, — донеслось сверху.

— Ты с ним хочешь встретиться? — спросил Тайлон Крошку Енота. — Вот и я не хочу… Ладно, двинулись. А то смотри, солнце уже садится, а впереди болото. Но все равно кое-кому я не завидую…

Низкие серые тучи, подгоняемые сильным ветром, стремительно неслись на Тайлона. Не долетев нескольких десятков шагов, натыкались на невидимую преграду и взлетали вверх чудовищным фонтаном. Рваные клочья поднимались высоко в небо, скрываясь из глаз, так что Тайлону казалось, будто перед ним колеблется диковинный плотный занавес, за которым скрывается вход в Неправильный Мир. Мелкий и на вид очень противный дождь косой сеткой стелился ниже туч.

То, что Тайлону все-таки удалось различить, бодрости не внушало. Низкие чахлые кустики перемежались пучками такой же чахлой травы, желтой и поникшей. Мелькали озерца непроницаемо черной воды, подернутые по краям ржавой плесенью, даже издали вызывавшей дрожь омерзения. Над озерцами клубился, не поднимаясь, зеленоватый дым или пар. И это была всего лишь граница Неправильного Мира, по которому Тайлону предстояло идти.

Он сел, обхватив колени. Попытаться обойти болото? Но карта, с которой он полностью освоился и знал почти наизусть, показывала, что обход займет слишком много времени, непозволительно много. Тайлон не знал, есть ли оно у него. Правда, ему удалось отвлечь погоню. Тайлон усмехнулся, представив встречу господина советника с Орлом — слишком проголодавшимся, чтобы пускаться в разглагольствования и мыслить логически.

Но кто скажет, что ждет его самого? И если он пойдет вокруг болота, и если пойдет напрямик… Слишком длинный путь по Неправильному Миру не может быть безопасным.

А болото… Словно подтверждая его сомнения, одна из луж забурлила, вязкая и тяжелая вода, более всего похожая на липкую черную грязь, заклокотала, как кипящая. По ней пробежали круги, в луже мелькнуло чье-то щупальце, полыхнул дрожащий синеватый огонь…

Усевшись спиной к болоту, Крошка Енот ясно показал, что идти туда не хочет. Однако этого обжору и трусишку можно было в расчет не принимать. Если пойдет Тайлон, пойдет и он.

Тайлон встал и нехотя подошел к невидимой стене…

Истерически взвизгнув, Крошка Енот метнулся мимо него прямо в дождь. И в то же мгновение, сухо щелкнув, тяжелая железная стрела воткнулась в сухую землю рядом с Тайлоном, зарывшись по самое перо. Он обернулся, инстинктивно присев, и вторая стрела просвистела над головой. Налетев на стену, она завязла в ней, мерно раскачиваясь и разбрасывая снопы сверкающих красноватых искр.

Тайлон увидел медленно идущих к нему четверых — только четверых! — людей. Трое стражников в запыленных, давно потерявших парадный блеск кольчугах и высокий худой человек в изодранной красной шелковой мантии.