Вихрь
Шрифт:
На лице Эмиля застыла улыбка, глаза закрылись, тело его расслабилось и умиротворенно замерло на кушетке, но буквально через секунду ученик дернулся и вскочил, пытаясь перевести дух. Крупные капли пота стекали у него по вискам.
Сабина не понимала, что происходит. Пусть и враждебный, но потенциал начал работать. Путешественник должен был отправиться по нужному пути, медиум чувствовала нити, но что-то потянуло Моргана назад.
– В чем дело? – спросила Сабина, отступив от кушетки на шаг.
– Что-то не так, - взволнованно прошептал Эмиль. Молодая женщина напряженно выпрямилась.
– Я тоже это почувствовала. Но что именно?
– Мой прототип… - неуверенно проговорил Эмиль, качая головой, - его нет.
Сабина недоверчиво нахмурилась. Она ведь только недавно видела Максима в его реальности, куда он мог деться?
– Как это нет? – переспросила молодая женщина.
– Хотел бы я знать, - раздраженно произнес Морган, подаваясь вперед. Сабина решительно задержала ученика на месте и окинула его взглядом медиума.
– Подожди, не вставай, - строго сказала она, погружаясь в Вихрь через его потенциал, - я посмотрю.
Сабина сконцентрировалась и потянула за нити, проложившие ученику путь в другой мир, и с удивлением отметила, что Эмиль прав: прототипа не было. Он просто исчез из своей реальности или из своего времени – трудно было утверждать наверняка. Но в заданной точке Потока он больше не находился.
Медиум ошеломленно покачала головой, посмотрев на Моргана. Эмиль почувствовал, как она проследила путь внутри Вихря, и уже знал, что именно молодая женщина для себя выяснила. В его глазах застыло смятение в смеси с благоговением. Не сговариваясь, они с Сабиной пришли к одному и тому же выводу:
– Он прыгнул…
Глава 3. Прогрессия
Настя плотно обхватила руками кружку с горячим кофе, намеренно дожидаясь, когда ладони начнет неприятно обжигать. Девушка надеялась, что это поможет ей хоть немного обуздать состояние нарастающей тревоги, перманентно преследующее ее на протяжении нескольких недель. Поначалу она не обращала на это странное чувство внимания, отождествляла его с волнением перед предстоящей сессией. Однако вскоре необъяснимый страх начал накатывать волнами, и девушка всерьез задумалась о причине своих переживаний. Времени до экзаменов оставалось предостаточно, в своей подготовке Настя не сомневалась, поэтому мысль о волнении перед сессией пришлось отбросить. Что же тогда?
Раздумьям помешало сильное жжение в руках, и Настя, зашипев, шумно поставила кружку на стол, едва не расплескав горячий напиток. Тревожное ощущение, вопреки надеждам, никуда не делось, и девушка тяжело вздохнула, устало потерев руками лицо.
Что же со мной происходит? Чего я так боюсь?
Ответ мелькал буквально перед глазами, но ускользал, стоило Насте попытаться на нем сосредоточиться. Девушка просто предчувствовала приближение чего-то нехорошего, некой страшной беды едва ли не глобального характера. Собственные мысли выводили Настю из себя, она злилась, что не может обуздать эмоции, хотя всегда славилась хорошей выдержкой и ясным умом. Сколько себя помнила, девушка всегда могла справиться со своими страхами, смело встречая их лицом к лицу. Однако сейчас эта методика не работала – Настя не понимала даже сути собственного страха.
Рука девушки непроизвольно потянулась к мобильному телефону. Нужно было поговорить с кем-нибудь, рассказать о своих беспричинных переживаниях, поделиться.
Пальцы быстро пробежали по клавишам, набирая номер Кати Самойловой. Настя, нахмурившись, поднесла телефон к уху, но сбросила вызов, не дождавшись и первого гудка.
Нет. Это не то.
Настя не сомневалась, что подруга и выслушает ее, и попытается успокоить, однако внутренний голос подсказывал, что Катя не сумеет понять ее тревогу, а нужен был кто-то, кто бы понял. Насте нужен был Максим…
При одной лишь мысли о друге тревога заставила девушку испуганно сжаться. Настя изумленно распахнула глаза, понимая, что только что нашла причину своих переживаний. Максим Артемьев. Стоило подумать о нем, как ощущение надвигающейся беды накатывало разрушительной волной.
– Черт, - прошипела Настя, сжимая в руках мобильный телефон. Пальцы так и тянулись набрать номер друга, но девушка не решалась это сделать. Она не представляла, что скажет, когда Максим поднимет трубку. «Привет, Макс. Я тут усиленно боюсь за тебя уже несколько недель. Не хочешь помочь мне разобраться, какого дьявола я это делаю?» С чувством юмора у друга, конечно, все отлично, но вряд ли он оценит подобную заботу и верно ее истолкует. Максим ведь ненавидит, когда о нем излишне заботятся.
Настя вдруг почувствовала себя беззащитной и одинокой. Она тоскливо подтянула к себе колени, сидя в кухне на угловом диване, и пожалела, что в квартире больше никого нет. Сейчас девушка искренне досадовала, что родители уехали в отпуск и оставили дочь одну. Обычно Насте нравилось оставаться дома за старшую, но сейчас ей искренне хотелось чьего-то присутствия, заботы, поддержки.
Просидев в бездействии несколько минут, Настя горячо разозлилась на себя и попыталась собраться с мыслями. Она решительно опустила ноги на пол и уверенно сжала телефон, попутно сделав глоток горячего кофе.
– А знаешь, Макс, надоело! – вслух произнесла она, набирая номер друга, - можешь не любить заботу, сколько тебе влезет, но я должна разобраться, что со мной происходит. Ты мой друг, поэтому потерпишь мою паранойю, не переломишься!
С жаром произнеся эти слова в воздух, Настя раздраженно нажала кнопку вызова и приложила телефон к уху. Сердце ее колотилось, как после долгого бега. В квартире было жарко, но Настю бил нервный озноб, и даже теплый спортивный костюм не согревал ее.
Соединение устанавливалось долго. Даже неестественно долго. Настя закусила губу, чувствуя, как ее решимость стремительно рассеивается. Девушка задумалась, не сбросить ли, пока не поздно. Раздумья ее прервал короткий механический треск на том конце провода, после чего записанный голос равнодушно произнес:
– Неправильно набран номер.
Эти три слова заставили Настю вздрогнуть. Девушка резко отдернула телефон от уха, словно он ударил ее током, и неуверенно покосилась на дисплей.