Виртуоз
Шрифт:
Аппарация отнимала много сил и энергии, а на метлах летать было холодно.
Метлы напоминали мотоциклы в мире магглов, камины - метро в час пик, аппарация - полеты на американских горках. Хоть какие-то удобства предоставляли только кареты, запряженные гиппогрифами, и автобус «Ночной рыцарь».
– Как дела? Рон работает?
– Гарри прибавил звук радиомагнитолы.
На волне «ретро» громко и печально запели «Connell’s».
– Работает. У него эксперимент, не может уйти.
– Жаль. Ничего, встретимся перед Рождеством.
Гарри закурил, стекло с его стороны бесшумно опустилось вниз - в автомобиле была вентиляция, но еще машина прекрасно распознавала гостей.
– Ты куришь.
– Извини; у меня сейчас дело, - Гарри посмотрел на Гермиону виновато.
Когда он что-то расследовал, его тянуло на никотиновый дым, как муху на мед.
Гермиона пожала плечами:
– Твое здоровье.
С тех пор, как она пожила с Роном и его семьей в Норе, она стала более безразличной и равнодушной к судьбам других людей. Теперь они с Роном мечтали накопить денег и выстроить свой дом - уходить на съемную квартиру значило смертельно обидеть Молли Уизли, но жить совместно с родителями, братьями и сестрой Рона для привыкшей к большому личному пространству Гермионы было мучительно.
В национальной безопасности они с Роном получали хорошо, но работать приходилось по 10-12 часов в день. Гарри знал, что нацбез занимался поддержанием антиапарационной границы Британии, препятствовавшей нелегальному прибытию в страну и отбытию на континент, также ведомство контролировало «ядерный зонтик» - магический щит, предназначенный для отражения ядерной атаки на остров.
Магам вовсе не улыбалась мысль умереть оттого, что маггл Блэр не договорится об имени бога с магглом Бен Ладеном.
В Министерстве ходили слухи, что кроме этого нацбез разрабатывает заклинания массового поражения, но точно никто ничего не знал: проекты проходили под грифом «совершенно секретно», а националы в добровольно-принудительном порядке принимали Метку Смерти, выделявшую в кровь моментально действующий яд при попытке поделиться с кем-нибудь информацией.
Зато через три года Гермиона с Роном должны были получить квартиру. Если продать ее и добавить деньги - можно построить дом…
«Seventy four, seventy five», - пели Connell’s.
Гарри выбросил окурок в окно и закурил вторую сигарету.
– До такого возраста ты рискуешь не дожить, - не выдержала Гермиона, вырывая у него из пальцев тонкую белую палочку и ломая ее пополам.
– Гарри! О чем ты думаешь! Ведь у тебя дочь!
– У нее есть мать, - легкомысленно ответил аврор.
– Ты считаешь, что ты ей не нужен? Гарри, о, Гарри! Мне больно на тебя глядеть. Ты нужен. Ты нужен нам всем. Если бы я могла тебя убедить…
– Я верю тебе, Гермиона, - сказал Гарри, глядя на то, как разворачивается перед ними лента асфальта, ведущая их к вечно шумному Лондону.
– Что ты будешь есть?
– Заказывай сам.
– Я недавно ел. Кабаний бок и пиво - согласна?
– Пиво сливочное?
– Да нет, мы уже выросли.
Гермиона оглянулась по сторонам, улыбнувшись.
– Хогсмид… Как давно я здесь не была…
Ближе к Лондону Гарри поднял автомобиль в воздух, и через пятнадцать минут они были в Хогсмиде. Мадам Розмерта кивнула им так, словно они по-прежнему являлись учениками Хогвартса и захаживали сюда каждые выходные.
Но поскольку это был будний день, назойливое внимание детей с четырех факультетов им не грозило.
– Так что там с вампирами? Скитер надсаживается: «Дикий Вампир появился в Англии! Покой британцев в опасности!»
– Скитер первая радуется этому вампиру, - ответил, поморщившись, Гарри.
– Наконец-то у нее появилась сенсация.
– Беспардонная нахалка. Может, сдать ее отделу по контролю за анимагами?
– Брось. Это ее работа.
– Гарри, я посмотрю наши архивы, но по первому поиску… Сведения те же, что и в открытой литературе. Существуют за счет переработки чужой крови, чаще всего до смерти высасывают лишь мелких животных - птиц, крыс, мышей, кошек. Более крупные существа, в том числе и человек, отделываются кровопотерей.
– Они действительно сходят с ума при виде крови?
– Да. Понимаешь, они как пиявки. Один большой живот-бурдюк для всасывания жидкости, мозгов нет.
– А мстительность им свойственна? Может вампир ненавидеть какого-то конкретного человека?
– Нет, Гарри, европейские мифы о графе Дракуле сильно романтизированы. Начать с того, что уж кто-кто, а Владислав Дракула вообще не был вампиром. Истории о его зверствах сочиняли его же бывшие союзники, у которых он сидел в тюрьме. Кровососом невозможно стать. Им можно только родиться. Та же странная девиация, что и с магами, рождающимися у обычных магглов: у чистокровных магов рождаются вампиры. Обычно таких детей убивают.
– Об этом я не знал.
– Ну, они туповаты. Почти как имбецилы. Для чистокровных это позор семьи. Разумеется, никто не дает им продолжить род. Ребенок вампира в 9 случаях из 10 - просто животное.
– М-да… - пробормотал рассеяно Гарри.
– Версия разваливается прямо на глазах. А вампира можно на кого-нибудь натравить? Он подчиняется приказам?
– Примерно как змея. Они хо-лод-но-кров-ны-е. И не агрессивные - охотятся только на тех, кто меньше их и не может оказать сопротивление, при этом сначала гипнотизируют жертв и нападают только под маскировкой.
– А как же «зов вампира»? Они ведь могут загипнотизировать человека?
– Из них слабые гипнотизеры. Это очень ненадежный способ убийства, Гарри.
Аврор вздохнул.
– Спасибо, Гермиона. Ты мне очень помогла.
– Не за что. О. Если хочешь узнать о вампирах побольше, обратись к Снейпу. Он должен знать о Темных Созданиях все.
* * *
Маленькая девочка в розовой курточке ковыряла землю носком ботинка. Рядом валялись игрушки: две куклы, дракончик, гиппогриф. Над головой девочки кружились волшебные бабочки.