Чтение онлайн

– Поттер, - проговорил Драко, откинувшись на спинку стула.

Гарри сразу перешел к делу, отбросив странности в поведении Малфоя. В конце концов, приветливый тон и радостная улыбка - это не такая уж и странность. И Малфой мог за пять лет измениться, почему нет?

– У тебя есть время сегодня со мной поужинать?

Малфой расцвел, став совершенно милым и привлекательным: ямочки на щеках, улыбка на правильном лице, обрамленном светлыми волосами, - Гарри краем сознания отметил эту внекатегориальную красоту, не зависящую от пристрастий оценивающего, просто существующую, как существует объективный факт.

– Я в пять заканчиваю. Но могу уйти и пораньше.

– Отлично. Выходи минут через десять. Только давай в «Дырявый котел» - у меня маггловские деньги на сегодня закончились. Слушай, а ты много знаешь о вампирах?

Улыбка, трепещущая на губах Драко, медленно угасла, и в помещении почему-то враз стало темнее. Будто выглянувшее на минуту солнце снова зашло за тучи.

– Так ты об этом хочешь со мной поговорить?
– бесцветным голосом спросил Малфой.

– Ну да, - ответил сбитый с толку Гарри, - я же веду это дело.

– И… это все?

– А что еще должно быть?
– недоумение Гарри возрастало с каждой секундой.

Наступила краткая неловкая пауза. Наконец, Малфой сказал решительно:

– Я очень занят. Твое просвещение не входит в мои планы на сегодняшний вечер. Так что, Поттер, поищи себе другого информатора.

С этими словами Малфой махнул палочкой, и перед Гарри снова возникла огненная завеса.

– Эй, подожди! А наша встреча? Она что, отменяется?

Бесполезно. Гарри кричал это в огонь.

Злой, как мантикора, он встал с колен и начал отряхивать брюки. Ну да, он, наверное, виноват: не надо было начинать с работы. Малфой ведь согласился…

Мерлинова борода, ну у него же нет ни сил, ни времени, чтобы думать о двух делах одновременно! Гарри называли упертым за то, что он вгрызался в выбранный вопрос и не отвлекался ни на что иное, пока не доходил в первом деле до логического конца.

Собственно, это и было постоянной причиной ссор с Джинни. Жена никак не могла понять, почему семье Гарри не может уделять столько же времени, сколько уделяет своей работе.

Но Малфой ведь не женщина!

Гарри изо всех сил пнул стенку, и повешенная Зиком колдография свалилась с гвоздика. Стекло разбилось об пол с жалобным треском, и аврор виновато вздрогнул. Он все время забывал, что восстановить что-либо в волшебном мире почти также легко, как и сломать.

Гарри взял в руки плотный листочек глянцевого картона, на котором стояла неподвижно на фоне гор, словно аршин проглотив, семья Зика - отец в клетчатом килте, грузный, суровый, держащий белоголового ребенка за руку; мать, худощавая каштанововолосая женщина, положившая узкую ладонь Зику на плечо. На обратной стороне было написано четким мужским почерком: «dues conservat omnia» (Бог хранит всех).

Гарри повертел колдографию, пожал плечами. Верующие маги? Ему приходилось сталкиваться с магглокровками, воспитанными родителями в протестантской вере, но, насколько он знал, родители Зика были чистокровными.

Починив стекло с помощью «репаро», Гарри повесил колдографию на прежнее место.

Малфой не собирается разговаривать с Гарри в «Дырявом котле»? Отлично, тогда Гарри поговорит с ним в Малфой Мэнор. Будем надеяться, Люциус и Нарцисса придут от этого в такой же восторг, как и их любимый враг.

Когда Драко вернется домой, Гарри уже будет пить чай с его папой и мамой. Приняв такое решение, аврор собрался было выходить из Министерства и вызывать «Ночного рыцаря», как в кармане разразился печальной «вечерней водопадной» мелодией телефон.

– Инспектор Лестрейд?

– Добрый вечер. Помните Билла Смита?

– Свидетель, которого вы приводили. Что, он вспомнил что-то еще?

– Может, и вспомнил… Он сегодня шагнул из окна. 14 этаж, внизу стояла машина. Крыша теперь прогнута, как смятая жестянка из-под пива. Можете приехать посмотреть.

* * *

Гарри сидел в баре и медленно надирался. Он чувствовал себя не просто паршиво - ему казалось, что он гусеница. Ничтожное, омерзительное, никуда не годное насекомое.

Погиб человек. Человек, который хотел жить, который мог бы прожить еще полвека, у которого была девушка и могли бы быть дети.

А у Гарри Поттера, так называемого заслуженного авр-р-рора, нет даже рабочей версии.

Когда он выбирал эту работу, он не думал, что порой будет чувствовать себя абсолютно бессильным. В детективах события раскручивались быстро, преступники исправно подкидывали улики - только выбирай из десятка подозреваемых, выстроившихся в очередь. Здесь же он даже не знал, кого подозревать.

Он съездил на место (преступления? убийства?) происшествия, вдумчиво оглядел смятую окровавленную машину, хозяин которой стоял неподалеку с крайне расстроенным видом. Наверное, он думал, почему этот самоубийца не мог упасть на асфальт на полметра левее.

Гарри поговорил с рыдающей в истерике девушкой (…если бы не Фанни… Девушки бывают навязчивей мух…), попытался успокоить ее.

Зачем нужно было убивать Билла Смита?

Если это все-таки было убийство.

Он мог разоблачить преступника? Билл рассказал не обо всем, что видел в тот вечер, или вспомнил какую-то важную деталь?

Убийца запаниковал?

Гарри сидел за столиком в углу над стаканом с шотландским виски и рассматривал присутствующих. В этом баре все началось.

Здесь убийца встретил Брэстеда в один несчастливый осенний вечер, а затем в такой же несчастливый зимний увидел Томаса Вултона. Но тогда здесь играла рок-группа «Уинстедские недоноски», а сейчас было… тихо.

Гарри резко встал и направился к бармену, угрюмо наблюдавшему за его приближением.

– Еще один виски, - черт, а ведь Гарри со всеми этими переживаниями забыл, что у него нет маггловских денег, чтобы заплатить.