Чтение онлайн

Малко медленно спустился по лестнице, стараясь унять нарастающую тревогу. Сам по себе факт, что Бриджит провела ночь с Хосе, не заключал в себе никакой опасности. Но вот их разговоры... Что ж, он сам виноват: не нужно было расслабляться на Барбадосе. И все же какое невероятное совпадение, что Бриджит оказалась в Венесуэле!

Он подумал было разбудить Джонса и Брабека, чтобы они забрали Эсперенцу, но передумал: это могло провалить операцию. Нужно было дождаться Бриджит. Малко уселся в холле и принялся ждать. Пункт проката автомобилей и газетный киоск еще не открылись.

Бриджит появилась в половине восьмого. Под глазами у нее были темные круги, тушь и пудра окончательно стерлись, но она выглядела счастливой. Увидев Малко, она издала удивленное восклицание и направилась к нему.

– Что вы здесь делаете?

– Жду вас, – сказал Малко.

Польщенная Бриджит улыбнулась.

– А ваша пантера вас отпустила?

Но Малко было не до легкомысленной болтовни.

– Вы провели ночь с Хосе, верно?

– Конечно.

– А обо мне он расспрашивал?

Она кокетливо склонила голову.

– Совсем немного. Я сказала, что мы с вами уже знакомы и что я не понимаю, почему та девушка так ревнует.

Малко показалось, что земля покачнулась у него под ногами. Однако ничтожный шанс спасти положение еще оставался.

– Где живет Хосе?

Бриджит неверно истолковала его повышенный тон:

– О, неужели и вы вздумали ревновать?! Не трогайте его, он ни в чем не виноват...

– Я не собираюсь трогать Хосе, – успокоил ее Малко. – Но мне нужно срочно с ним поговорить.

– Не знаю, смогу ли я найти дорогу, – засомневалась Бриджит. – Это очень далеко отсюда, в самом конце шоссе.

– Давно вы с ним расстались?

– Полчаса назад.

– Он остался дома?

– Нет, ушел вместе со мной.

– А куда – не сказал?

– Нет.

Малко понял, что Бриджит ему больше ничем не поможет. Он заставил себя улыбнуться.

– Ну что ж, спасибо... Желаю вам хорошо отдохнуть. Она замялась:

– Я бы хотела встретиться с вами еще раз. Мы остаемся здесь на несколько дней по случаю визита вице-президента.

– Я тоже.

– Как насчет завтрашнего вечера?

– Я вам позвоню.

Прежде чем разбудить своих телохранителей, Малко поддался минутному порыву и направился к телефону.

После доброго десятка длинных гудков Малко наконец услышал голос Эсперенцы.

– Доброе утро, – сказал он. – Ты уже не сердишься на меня?

Последовала недолгая пауза, затем в трубке послышался сдавленный всхлип, и девушка нажала на рычаг. Малко тут же набрал номер снова. На этот раз к телефону уже никто не подошел.

Он опрометью выскочил из кабины. Все пропало! Теперь нужно было думать не о задании ЦРУ, а о спасении вице-президента. Единственный выход – немедленный арест группы Эсперенцы. Настало время подключить к делу Криса Джонса и Милтона Брабека.

В своих светлых костюмах и одинаковых шляпах Джонс и Брабек выделялись за километр. Толстый палец Джонса уже три минуты нажимал на кнопку звонка.

– Там никого нет, – произнес наконец Джонс.

Отойдя назад, он ринулся на дверь. Издали Джонс казался долговязым и нескладным, но вблизи его предплечья напоминали хороший окорок.

После второго удара дверь с треском распахнулась, и Джонс ввалился в квартиру, сжимая в руке кольт сорок пятого калибра. Брабек, стоя у двери, прикрывал его кольтом «магнум», способным продырявить сейф.

Квартира Эсперенцы оказалась совершенно пустой. Малко быстро осмотрел ее и увидел, что ронеотип и листовки исчезли. Произошло то, чего Малко больше всего опасался: Эсперенца и ее люди кое-что узнали, о нем.

А он по-прежнему не знал, каким образом они собираются убить вице-президента, и не имел ни малейшего представления о том, где их теперь искать.

В сопровождении обоих телохранителей-"горилл" он спустился в вестибюль и попробовал расспросить консьержа. Тот ничего не знал. «Бентли» стоял у подъезда: у Эсперенцы хватило сообразительности не трогать машину. Оставалось надеяться, что Таконеса еще не успели предупредить, если он поехал спать к Бобби.

Все трое ввалились в «форд», взятый «гориллами» напрокат, и помчались по проспекту Франциско Миранды.

В кабинете Ральфа Плерфуа царила весьма напряженная атмосфера. Американец всеми силами старался сдерживать гнев сеньора Кальвино, отца Эсперенцы. Тот не имел понятия, где находится его дочь, и не придавал этому ни малейшего значения.

– Но послушайте, – настаивал Плерфуа. – Сеньорита Эсперенца связана с убийцами и террористами...

Сеньор Кальвино расхохотался.

– Да она еще совсем юная девочка! У нее нет никаких черных мыслей. И если она и бросит в вашего президента листовки, это только к лучшему! Надеюсь, вы не сделаете ей ничего плохого, иначе...

– Но вы, по-моему, забываете, что именно она собирается сделать нечто «плохое», – напомнил Ральф Плерфуа.

Венесуэлец пожал плечами.

– Да вы с ума сошли! Вас просто сбил с толку этот проходимец.

Под «проходимцем» он подразумевал Малко. С тех пор как Кальвино узнал о роли австрийца, он относился к Малко с нескрываемым презрением.

Сухо кивнув Плерфуа и бросив на Малко ненавидящий взгляд, Кальвино исчез.

Плерфуа закурил сигарету и медленно выдохнул дым. От отца Эсперенцы помощи ждать не приходилось. Операция «Сухари и помидоры» принимала скверный оборот. До приезда вице-президента оставались всего сутки. Таконес, Хосе Анджел и Эль Кура куда-то исчезли. Бобби не смог дать ни одного вразумительного ответа на вопросы Малко и «горилл». Он был не слишком убежденным революционером и в глубине души считал Отряд народного сопротивления кучкой безобидных сумасшедших с диагнозом «хронический кастризм».