Чтение онлайн

Сантэн села верхом; мерин повел себя покладисто. Она подъехала к лошади Блэйна.

– Можете спустить своих гончих, миссис Кортни, – улыбнулся он.

– Отведи нас к воде, Кви, – сказала она, и два маленьких бушмена с луками и отравленными стрелами на голых спинах повернулись на восток. Запрыгали маленькие головы, покрытые комочками темных волос, полетели маленькие ноги, закачались плотные круглые ягодицы, выступавшие из-под коротких набедренных повязок, – поход начался. Бушмены рождены для бега, и лошадям пришлось идти легким галопом, чтобы не упустить их из вида.

Сантэн и Блэйн ехали рядом во главе колонны. Сержант и четверо солдат двигались за ними цепочкой, каждый вел за собой по две запасные лошади. На запасных лошадей была навьючена вода – двадцать галлонов в больших, закутанных в войлок круглых бутылях, трехдневный запас, если расходовать бережно и если люди и лошади привыкли к пустыне.

Сантэн и Блэйн ехали молча, хотя время от времени она поглядывала на него краем глаза. Внушительный на земле, верхом Блэйн выглядел величественно. Он превратился в кентавра, стал частью лошади, на которой ехал, и она поняла, почему этого игрока в поло знают во всем мире.

Наблюдая за ним, она исправляла накопившиеся за годы мелкие недочеты в своей посадке и вскоре сидела в седле не хуже Блэйна. И почувствовала, что может бесконечно ехать по пустыне, которую любит, рядом с этим человеком.

Они перевалили через гряду обветренного глинистого сланца, и Блэйн впервые заговорил:

– Вы были правы. На грузовиках мы бы здесь не прошли. Здесь нужно передвигаться верхом.

– Мы пока не добрались до участков кальцита, а еще будет песок. Мы бы вечно выкапывали колеса, – согласилась она.

Мили уходили назад. Бушмены подпрыгивали впереди. Не останавливаясь, не сворачивая, они бежали к далекой цели.

Каждый час Блэйн останавливал колонну, давал лошадям отдохнуть, а сам подходил к людям, негромко разговаривал с ними, знакомился, проверял корзины на запасных лошадях, убеждался, что они не натерли животным кожу, принимал предосторожности, чтобы животные не уставали и не поранились. И через пять минут снова приказывал двигаться шагом.

Он остановил колонну, только когда окончательно стемнело. Потом занялся распределением воды, проверил, все ли лошади растерты и стреножены, и только после этого подошел к небольшому костру, возле которого сидела Сантэн. Она тоже закончила свои дела, позаботилась, чтобы бушменов накормили и уложили спать и теперь готовила ужин себе и Блэйну. Он сел напротив, и она протянула ему оловянную миску.

– Сожалею, сэр, но у нас в меню нет ни фазанов, ни икры. Однако рекомендую тушеную говядину.

– Странно, как вкусно, когда ешь так. – Он ел с аппетитом, а поев, песком выскреб пустую миску и вернул ей. Потом веткой из костра зажег сигару. – А уж как хороша сигара с привкусом древесного дыма…

На следующее утро, еще затемно, Сантэн быстро собралась и умылась, потом вернулась к костру и замешкалась, глядя на свое место напротив полковника. Он подвинулся на попоне, оставив половину свободной, и она молча села, поджав ноги. Теперь их разделяло несколько дюймов.

– Как красиво, – сказала Сантэн, глядя в ночное небо. – Звезды так близко. Кажется, можно поднять руку, сорвать их и надеть на шею, как гирлянду белых цветов.

– Бедные звезды, – ответил полковник. – Они сразу поблекнут при сравнении.

Она повернула голову, улыбнулась и не возразила, наслаждаясь комплиментом, и лишь потом снова подняла лицо к небу.

– Вот моя личная звезда. – Она показала на Акрукс в Южном Кресте. Эту звезду выбрал для нее Майкл. Майкл… вспомнив о нем, она почувствовала легкий укол вины, но боль уже не была такой острой.

– А какая звезда ваша? – спросила она.

– У меня должна быть звезда?

– О да, – кивнула она. – Это совершенно необходимо. – Она помолчала, потом почти застенчиво спросила: – Вы позволите мне выбрать для вас звезду?

– Почту за честь.

Он не насмехался и был серьезен, под стать Сантэн.

– Вот. – Она повернулась на север, где через небо, сверкая, протянулся пояс зодиака. – Вон та звезда, Регул, в созвездии Льва, вашем знаке зодиака. Я выбираю ее и дарю ее вам, Блэйн.

Она впервые назвала его по имени.

– А я с благодарностью принимаю. Отныне всякий раз, увидев ее, я буду вспоминать вас, Сантэн.

Это был дар любви, предложенный и принятый; оба понимали это и молчали, чувствуя значительность момента.

– Откуда вы знаете, что мой знак зодиака – Лев? – спросил он наконец.

– Выяснила, – без стеснения ответила она. – Я считала, что мне необходимо это знать. Вы родились 28 июля 1893 года.

– А вы, – ответил он, – родились в первый день нового столетия. И названы в его честь. Я узнал. Мне тоже показалось, что это необходимо знать.

На следующее утро они выехали задолго до того, как посветлело небо, и снова двинулись на восток, а впереди бежали бушмены.

Солнце встало и обрушило на них свой жар; пот на боках лошадей высыхал, превращаясь в белые кристаллы соли. Солдаты ехали согнувшись, словно под большой тяжестью. Солнце прошло зенит и стало спускаться к западу. Тени всадников вытянулись на земле перед ними, к пустыне вернулись краски: оттенки охры, и розового персикового, и горящего янтаря.

Впереди Кви неожиданно остановился и приплюснутыми ноздрями втянул сухой пустынный воздух. Толстый Кви сделал то же самое. Бушмены стали похожи на пару охотничьих собак, почуявших фазана.

– Что они делают? – спросил Блэйн, когда всадники остановились за бушменами.

Прежде чем Сантэн смогла ответить, Кви издал пронзительный крик и сорвался с места, Толстый Кви, тоже с криком, помчался за ним.

– Вода. – Сантэн приподнялась в стременах. – Они учуяли воду.

– Вы серьезно?