Чтение онлайн

Вот еще случай был интересный. Однажды я посетил учреждение, где должен был подыскать человека, годного для роли агента спецслужб. Надо было сначала его определить, затем изучить, а потом уже вербовать. Таков порядок.

И вдруг - А! Передо мною в коридоре того ведомства стояла молодая девушка, лет 25. Высокая, смазливая кокетка, с личиком Сибел Жан (турецкая певица).

Мордочка нарисованная - типичное солнышко. Я ее знал. И она меня узнала. Хотя много лет мы не виделись. Поздоровались, сели пить кофе.

Это была девушка с моего старого двора, где я вырос, учился.

Она стала вспоминать детство, школьные годы, дворовые сцены. Мы уже с ней развинтились во всю. Шутки, анекдоты, воспоминания. Бантики на голове, фартучек школьный, мороженое, цветы, и пр. Нас заволокло ностальгией.

Узнав, что я холост (я наврал, что холост, я был женат давно), она стала тонко намекать на замужество, щупать меня на предмет женитьбы. А я, как ни в чем, кормил ее надеждой, и в конце привлек ее...к секретному сотрудничеству. Сделал ее агентессой.

Общаясь с ней, не думал я о плоти. Она не вызвала во мне желания плотские. Меня она не возбуждала. Я видел в ней всего лишь агентессу.

Но это еще не все. Когда она, через некоторое время поняла, что случилось, когда она осознала всю свою роль в общении со мной, когда она врубилась - что она агент КГБ, то остолбенела.

Она, побледнев, скривила рот в какую-то высшей степени недоумевающую улыбку.

''Не поняла?!''

Потом с глазами, полными слез, злостно обратилась ко мне:

– Ведь как Вы могли со мной так поступить? Ведь я Вам верила. Значит, Вы меня использовали как презерватив, как пивную банку?

Я ей ответил, даже крикнул:

– Дорогая! Да, я сволочь, сучара я! Я старый негодяй! Но есть такая профессия - Родину защищать. Ясно?!

Она ушла, а я смотрел ей вслед.

Я не жалел, что сделал. Тем более, что она была из знатной семьи. А я им предпочтение не отдам. Одни понты да фальшь. Знатная дама похожа на весну, но на цветы весна скупа. Такие вертихвостки с хорошими парнями холодны. Надо мстить таким цыпочкам не только за себя, но и за всех других, которых они не любят. Уж лучше дочка заводского сварщика.

Если уж речь зашла о пакостях, расскажу об одной "интересной" вербовке.

Вербовал я как-то человека одного. Но не все гладко получалось у меня. Не подписывался он ни в какую. Нет - и все, точка!

С чисто оперативных позиций он был нужен мне. Я его доконал, давил, давил, давил... Но все без толку.

Наконец, однажды вечером, я приготовился к последнему с ним вербовочному "бою". Зашел к нему домой, он жил с сестрой. Открыла дверь она. Прошел в комнату, гляжу: лежит он в постели, от боли корчится. Бледный, даже серый какой-то. Беглая судорога не покидала его лицо. Лицо будто не его, а чужое. Что-то в его взгляде сломалось. Он был сам не свой. Взглянул на меня безразлично, и постанывая от боли, смотрел в потолок. Я ему говорю:

– Что с тобой?

– А...(силясь от боли) ай... больно.

– Что случилось? Чем помочь тебе?

– Да так, язва у меня. Желудок болит. Пройдет.

– Братан, конечно пройдет. Куда денется? Ты только напиши мне пожалуйста кое что. Лады? А я тебе куплю лекарство редкое - оно тебе поможет.

И он равнодушно, лежа в постели, худой белой рукой, подписал все нужные бумаги, потом так же равнодушно уставился в потолок. А я довольный (даже приятно удивленный) тем, что все - таки завербовал его, добился своего, подпрыгивая от радости, покинул его дом. Даже в аптеку не пошел.

"Пошел он к черту! Буду я еще за ним ухаживать'' - сказал я про себя. Нет в мире вещи, стоящей пощады.

Буквально вечером того же дня, я услышал, что он умер. Оказывается, он у себя дома умирал, а я его в этот момент вербовал. Что - ж, на том свете агенты не нужны.

Этот случай на меня подействовал, и я не выдержав, рассказал его своему товарищу - коллеге из КГБ. Тот, слушая меня, кушал, затем замер. Рот (набитый едой) свой не закрывал минут пять. На него это тоже сильно подействовало. Потом тихо мне сказал:

– Эльчин, ты людоед. А людоеды к врагам относятся не с ненавистью, а с аппетитом.

Короче говоря, это о вербовках.

Процесс вербовки очень сложный, даже рутинный. Но если у вас с вербовкой получается, то в своей оперативной работе ставку надо делать именно на этот компонент. У кого-то получается вербовка, кто-то пишет хорошо, другие неплохо добывают информацию. Как говорится, каждому свое.

Хотя, помню слова: "одною лишь вербовкой меткой, я выдержу ли в контрразведке''?

Я не собираюсь здесь читать лекцию о том, как поймать шпиона, или там, предотвратить диверсию. Я это не знаю. Мне это известно только по теории.

А по большому счету, мало кто видел шпиона, настоящего шпиона. Многие чекисты воображают, создают миф, лепят в своих представлениях какого-то шпиона, и начинают за ним гонятся. Иногда догоняют. В общем, это другая тема.

Но о вербовках я знаю многое, можно сказать почти все. Работая в КГБ, я обращал свое внимание именно на этот параметр, я его почти довел до совершенства. Хотя я проклинаю самомнение, которым наш ум обуян. Но я пишу то, что знаю.

Агенты плодятся вечно, мори их - не мори. Как зайчиха рожает зайчат по нескольку сразу. Так же и агенты.

Агент - это сильно изуродованный борец за справедливость, извращенный патриот.

Одно я знаю точно. В работе любой спецслужбы, ценится активность, энергичность. Все спецслужбы мира занимаются установкой капкана, т.е., они в темном лесу раскладывают капканы с целью поймать медведя, или волка. А когда в капкан попадает заяц, они пытаются из этого зайца сделать хищника. Уверяю вас, изредка им это удается.