Чтение онлайн

Я хорошенько вымылся. Рыжеволосая рабыня-скоттка подстригла мне волосы. Финан буквально не сводил с девушки глаз.

— Ее зовут Этне, — сказал он.

Финан немного говорил на ее языке; по крайней мере, они понимали друг друга. Хотя, судя по взглядам, которые они бросали друг на друга, можно было догадаться, что незнание языков не будет для них преградой.

Этне узнала среди убитых воинов Свена двух мужчин, которые ее изнасиловали, и попросила у Финана меч, чтобы изувечить их трупы. Ирландец гордо наблюдал за своей возлюбленной.

Теперь Этне ножницами подстригла мне волосы и бороду, после чего я облачился в короткий кожаный плащ, чистые обтягивающие штаны и обулся в нормальные сапоги.

А потом мы ужинали в церкви разрушенного монастыря, и я сидел рядом со своим другом Рагнаром и слушал историю моего спасения.

— Мы преследовали Сверри все лето, — сказал он.

— Мы вас видели.

— Да уж, такой цвет поневоле бросается в глаза! Ну согласись, это сущий ужас? И кто только додумался сделать корпус судна из древесины ели?! Корабль называется «Пламя дракона», но я зову его «Дыхание червя». У меня ушел месяц, чтобы подготовить его к спуску на воду. Судно принадлежало человеку, который погиб при Этандуне, и гнило в водах Темзы, пока Альфред не отдал его нам.

— Интересно, почему Альфред вдруг решил мне помочь?

— Он сказал, что в битве при Этандуне ты отвоевал его трон, — ухмыльнулся Рагнар. — Король преувеличивает, я уверен, — продолжал он. — Сдается мне, ты просто удачно споткнулся в нужном месте и тихо крякнул, но этого хватило, чтобы одурачить Альфреда.

— Я совершил достаточно, — негромко проговорил я, вспомнив ту битву на зеленом холме. — Но я думал, Альфред не оценил моих заслуг.

— Еще как оценил. Но он решил спасти тебя потому, что таким образом заполучил монахиню.

— Кого-кого?

— Монахиню. Бог знает, на что она ему сдалась. Что касается меня, я предпочел бы шлюху, но Альфред заполучил монахиню и, похоже, был весьма доволен сделкой.

Вот тут и всплыла подоплека всей истории. Той ночью я не услышал ее целиком, но позже сложил отдельные фрагменты и сейчас расскажу вам, как было дело. Все началось с Хильды.

Гутред сдержал свое последнее обещание и обошелся с Хильдой благородно. Он отдал ей мои меч и шлем, позволил сохранить мою кольчугу и браслеты и попросил стать компаньонкой своей супруги, королевы Осбурх — племянницы низложенного короля Эофервика.

Но Хильда винила себя в том, что со мной случилось. Она решила, что оскорбила Бога, сопротивляясь его призывам стать монахиней. Поэтому она умоляла Гутреда позволить ей вернуться в Уэссекс и вновь вступить в монастырь. Король хотел, чтобы она осталась в Нортумбрии, но Хильда сказала, что Бог и святой Кутберт требуют от нее совсем иного, а Гутред всегда подчинялся требованиям Кутберта.

Поэтому он разрешил моей подруге сопровождать посланников, которых отправил к Альфреду. Таким образом, Хильда вернулась в Уэссекс и, едва добравшись туда, разыскала Стеапу, который всегда был сильно к ней привязан.

— Мы с ней отправились в Фифхэден, — сказал мне Стеапа в ту памятную ночь, когда зарево пожара освещало разрушенные стены монастыря в Гирууме.

— В Фифхэден? — удивился я.

— И мы выкопали там твой клад, — продолжал Стеапа. — Хильда показала мне место, и я его выкопал. Потом мы принесли все Альфреду. Высыпали на пол, а он просто молча смотрел на сокровища.

Клад был оружием, с помощью которого Хильда решила меня освободить. Она рассказала Альфреду о том, как Гутред меня предал, и пообещала, что, если король пошлет людей на мои поиски, она построит Божий храм, потратив все серебро и золото, что лежит на полу его зала. Она также дала обет раскаяться в своих прегрешениях и провести остаток жизни Христовой невестой. Она сказала, что будет добровольно носить оковы церкви ради того, чтобы с меня сняли железные оковы.

— Так Хильда снова стала монахиней? — спросил я.

— Она сказала, что таково ее собственное желание, — ответил Стеапа. — Сказала, что этого хочет Бог. И король Альфред согласился с ее решением.

— И отпустил тебя? — спросил я Рагнара.

— Надеюсь, что отпустит, — ответил Рагнар, — когда я привезу тебя домой. Пока что я все еще заложник, но Альфред сказал, что я могу отправиться тебя искать, если пообещаю вернуться. И нас всех скоро освободят. Гутрум ведет себя хорошо, не доставляет никаких хлопот. Король Этельстан — так его теперь зовут.

— Он в Восточной Англии?

— В Восточной Англии, — подтвердил Рагнар, — и строит там церкви и монастыри.

— Неужели он действительно стал христианином?

— Бедный ублюдок так же набожен, как и сам Альфред, — мрачно проговорил Рагнар. — Гутрум всегда был легковерным дураком. Но Альфред послал за мной и сказал, что я могу отправиться на твои поиски. Он позволил взять людей, которые служили мне в ссылке, а остальную команду набрал Стеапа. Они саксы, конечно, но зато достаточно хорошо умеют грести.

— Стеапа сказал, что он здесь для того, чтобы тебя сторожить, — сообщил я.

— Стеапа! — Рагнар посмотрел поверх костра, который мы разожгли в разрушенной церкви монастыря. — Ты, грязный кусок вонючего козьего дерьма! Ты сказал, что находишься здесь для того, чтобы меня сторожить?

— Но я и вправду здесь для этого, мой господин, — ответил великан.

— Ты кусок дерьма! Но ты славно дерешься, — ухмыльнулся Рагнар и снова посмотрел на меня: — А тебя я должен отвезти обратно к Альфреду.

Я уставился в огонь, где обломки горящих плетней сияли ослепительным красным цветом.

— Тайра в Дунхолме, — сказал я. — И Кьяртан все еще жив.

— Я обязательно отправлюсь в Дунхолм, когда Альфред меня освободит, — заверил меня Рагнар. — Но сперва я должен отвезти тебя в Уэссекс. Я поклялся, что сделаю это. Я поклялся, что не нарушу мира в Нортумбрии, а только привезу тебя к Альфреду. И Альфред, само собой, держит у себя Бриду.

Брида была женщиной Рагнара.