Вместе
Шрифт:
Влад пробежал глазами небольшой монолог и пожал плечами, вроде, ничего сложного. Представил, что перед ним стоит сын, которого он всегда хотел иметь, и начал:
– Сынок, любовь в твоем возрасте – это такая странная штука. Сегодня ты готов биться за любимую со всем миром, а завтра не сможешь даже смотреть на нее, потому что тебе покажется, что она тебя совсем не понимает. Прошу, отступись. Займись своим образованием, сделай карьеру – а потом уже думай о свадьбе и вечной любви. Не нужны тебе сейчас эти проблемы. Да и ей они не нужны.
– Неплохо, – похвалил помощник режиссера. – Смотри, теперь такая ситуация: мальчишка бросается на твоего начальника с ножом, явно с намерением убить. Тебе нужно обезвредить его, но не причинив боли. Без слов, действуя, как профессиональный охранник. Подумай, что будешь делать, а я позову дублера.
Вошел паренек лет семнадцати с бутафорским ножом, Федор скомандовал: раз, два, три – и началось. Паренек бросился с ножом на помрежа, Влад тут же перехватил его, скрутил руки за спиной и заставил выронить нож, а оператор крикнул: «Снято!».
Вся сцена заняла несколько секунд. Федор удовлетворенно кивнул:
– Отлично, можешь идти. Мы позвоним.
Влад хмыкнул про себя: «Ага, позвоните!» – но ничего не сказал и вышел за дверь. Он оказался в том же коридоре, только немного дальше. Народу значительно прибавилось, они толпились около администратора, которая делала какое-то объявление.
– Ну, как прошло? – налетела на него запыхавшаяся Джели.
– Да нормально прошло, дочь. Сказали, позвонят. Поехали уже домой.
– Обязательно позвонят, – улыбнулась она и взяла отца под руку.
Влад почувствовал, наконец, дикую усталость и некоторое облегчение. Все оказалось не так уж страшно, он, вроде бы, нормально отыграл, показал себя, а дальше – да все равно! Позвонят – хорошо, не позвонят – еще лучше.
На очередном светофоре посмотрел на притихшую дочку. Та увлеченно читала толстенную стопку скрепленных листов А4.
– Что читаешь?
– Сценарий дали! На первые три серии! – похвасталась она и показала ему титульник:
«Вместе», 1–3 серии
Автор сценария: Иван Кауфман
По мотивам саги Анжелики Торн «Горести и радости»
Из всего написанного взгляд выхватил только имя – Анжелика Торн. Влад смотрел на него, забыв обо всем на свете. Анжелика, Лика, писательница – та самая несчастная любовь… Этого не может быть! Восемнадцать лет прошло с тех пор, как он попытался выкинуть ее из своей головы, своего сердца, своей жизни. Получилось. Она приходила лишь во снах – и даже там выворачивала душу и будоражила тело…
– Пап, ты чего? – обеспокоенно спросила Джели.
Мужчина пришел в себя и замотал головой. Сзади уже сигналили, светофор давно показывал зеленый. Влад перевел взгляд на дорогу и тронулся с места.
– Все нормально, дочь. Поспать надо. Вечером на работу.
Она пожала плечами и снова углубилась в сценарий. А Влад мысленно молил Бога, чтобы ему вообще никогда не позвонили с этой киностудии. Он не хотел больше видеть или слышать это имя. Не нужно ему это вспоминать. Совсем не нужно.
Джели
– Джелька, тащи свой красивый зад на улицу, вопрос жизни и смерти! – восторженно прокричала подруга в трубку и отключилась.
Вот вечно она так! Как взбредет что в голову – хоть трава не расти. И ничего, что у людей могут быть другие дела или планы. Если этой дурынде что-то надо – не отстанет, пока не получит.
Анжелика закрыла справочник и подошла к зеркалу. Ну и видок! Лицо бледное, под глазами темные круги – два дня почти непрерывного сидения за учебниками сказались. Но краситься не хотелось, переодеваться – тоже. Девушка повернулась боком: домашние джинсовые шорты коротковаты, да и майка на голое тело весьма откровенно смотрится. Ну и черт с ним! Прихорашиваться, чтобы выйти на пять минут во двор дома, вообще глупо. Она накинула одну из папиных черных рубашек, которую давненько уже отжала себе, и уже в лифте подвязала ее узлом. Вот так, хотя бы грудь прикрыла. Мысленно порадовалась, что с утра вымыла голову, и серьезно вознамерилась высказать Викуське, что нельзя отрывать человека от подготовки к серьезному экзамену.
Недалеко от подъезда стояла классная, разрисованная языками пламени тачка, а возле нее нашлась подруга вместе с двумя незнакомыми парнями.
– Вик, ну ты опять! – возмущенно налетела на нее Джели.
Теперь ясно, зачем она ее позвала. Вики вбила себе в голову, что подруге срочно нужен хороший парень и вот уже месяц играла роль профессиональной свахи, чуть ли не через день знакомя с разными, подходящими по ее мнению, кандидатами. Дело в том, что Анжелика очень тяжело переживала предательство своего парня и целых полгода вообще не могла смотреть на противоположный пол. Вика решила, что хватит ей уже носить траур по этому придурку и пора идти дальше. Сама-то она хороших парней меняла раз в две недели, чтобы всегда быть в тонусе, так она говорила. Может, она была и права, но Джели сейчас вообще было не до парней, вступительные экзамены на носу. Поэтому она смотрела на подругу, сердито сверкая глазами, и ждала объяснений.
– А зад, и правда, красивый! – протянул один из парней, оценивающе ее разглядывая. – И даже грудь есть!
– Есть, да не про твою честь! – огрызнулась Джели, даже не глядя на него. А потом снова обратилась к подруге: – Вики, мне сейчас вообще не до этого! Я два дня уже усиленно готовлюсь, читать еще дофига, а ты меня отвлекаешь!
– Заучка, что ли? – презрительно спросил парень.
Анжелика злобно сверкнула на него глазами и тут же отвернулась. Черт, какой он классный, а она даже не переоделась, и вообще, наверное, как лохушка выглядит сейчас. Вики, ну что ж так не вовремя-то! Джели машинально сняла с волос пружинку и чуть встряхнула головой:
– Ну так что за вопрос жизни и смерти?
– Это – Зар, – она кивнула на красавчика, а потом обняла за талию второго парня, – а это – мой Дэн. Мы собирались на рок-фестиваль, но с ним приехал друг, которому тоже нужна компания. Я тут ни при чем, – она мило улыбнулась и пожала плечами. – Поехали на пару часиков? Отвлечешься немножко, а то попа совсем к стулу прирастет, и глазки в кучу скатятся, некрасивая будешь – в кино не возьмут.
На последние слова парни усмехнулись, а Зар сказал: