Чтение онлайн

– Не выйдет, - Ксения виновато улыбнулась. – Обряд можно проводить только ночью. Куклы должны быть активны.

Серые глаза вампира в секунду налились чернотой. Он подскочил к девушке почти вплотную. Та застыла, глядя на него, как зайчонок на загнавшую его в угол лису.

– Смею ли я надеяться: на этот раз ты сказал всё, что нам нужно знать, - процедил вампир, почти не разжимая тонких губ. Ксюша едва заметно кивнула в ответ.

– Эй, - вступился за нее Дима, - тебе не кажется, что ты перегибаешь палку?

Андрей нехотя отошел в сторону, на ходу подворачивая рукава рубашки. Этот жест был мне хорошо знаком, и я воспринял его как предупреждение о скорой схватке.

– Ночью, так ночью, - проворчал вампир, направляясь к дыре в стене. – Будут вам активные куклы.

Глава 1 5 . Наш костер в тумане светит

Несмотря на все разногласия с вампиров, я пошел с ним. Иди речь только о его жизни и пальцем бы не пошевелил, но на кону стояло гораздо большее – наше общее благополучие. Пришлось стиснуть зубы, засунуть подальше ревность и отправиться на помощь Андрею. Как неудивительно из нас получилась неплохая команда. Ксюша и компания остались в гроте, дожидаться нашего триумфального возвращения.

К тому моменту, когда мы продрались через узкое отверстие в стене, куклы уже были в подвале. Четыре хитрых мордашки повернулись в нашу сторону. На губах застыли одинаково счастливые улыбки, а раскосые глаза искрились лукавством. Ни за что бы не поверил, что в этих забавных уродцах запечатаны души реальных детей. Если когда-то и было в них что-то человеческое, то от этого не осталось и следа. Теперь это были дикие, необузданные в своих желаниях существа.

Куклы сидели, свесив ноги с полок. Одна из них держала в руках полупрозрачную бутылку. Я опознал в ней обычную тару из-под дешевого пива. Только вряд ли жидкость, плещущаяся внутри, имела отношение к солоду и дрожжам.

Не успели мы среагировать, как хозяйка бутылки очаровательно улыбнулась, продемонстрировав остроконечные зубки во всей красе, и метнула тару в Андрея. С мелодичным звоном она разбилась о твердую, как скала, грудь вампира, окатив последнего своим содержимым. Рубашка и брюки за секунду впитали жидкость, в воздухе запахло керосином.

Хорошо знакомая нам еще по первой встречи кукла с белыми волосами выудила из-за спины зажигалку. При этом её светлые глаза сияли так, словно она занималась чем-то необычайно интригующим и во всех отношениях замечательным.

– Вот ведь…, - Андрей не успел закончить фразу, но я и так догадывался, что ничего приличного в данной ситуации он сказать не мог.

Брошенная зажигалка благополучно миновала решетку и, как бутылка за секунду до этого, ударилась в грудь вампира. «Zippo» была изготовлена на совесть: проделанные в полете кульбиты не повредили огню. Одежда вспыхнула мгновенно. Я был не против разделить восторг игрушек по поводу горящего вампира и с большим удовольствием поджарил бы на этом костре пару зефиренок, если бы не четкое понимание одной простой истины – умрет Андрей и нам всем тоже конец.

Я сдернул рубашку, не утруждая себя расстегиванием пуговиц, которые каскадом посыпались на пол, и попытался сбить пламя. Надо отдать должное Андрею – для ходячего факела он вел себя более чем достойно. Ни орал, ни носился по подвалу, лишь старался затушить огонь руками. Общими усилиями мы кое-как справились с этой проблемой. Из одежды на вампире остались только брюки, да и тебе больше походили на шорты. Рубашка полностью сгорела, как и кожа под ней. Грудь, лицо и руки пострадали сильнее всего и теперь напоминали плохо прожаренный шашлык с кровью. Только абсолютно черные глаза зло сверкали на лице, как два бриллианта. Ох, не хотел бы я оказаться сейчас на месте кукол!

Пока мы боролись с огнем, игрушки времени даром не теряли. Они спрыгнули на пол и направились к нам. Я старался не обращать внимания на боль в левой ноге, но терпеть её было сложно. Стоило пламени утихнуть, как я пнул маленькую вредину и присел, чтобы осмотреть потери. Из стопы ушком вверх торчала иголка. Похоже, проказники решили вооружиться.

Из дыры появилась голова Ксюши. Она озабочено осмотрела поле сражения, задержав взгляд на обгоревшем Андрее, и прошептала:

– Заманите их поближе к алтарю.

Мы с вампиром, отбивая очередную атаку, одинаково возмущенно посмотрели на девушку. Можно подумать, мы тут развлекаемся. Попробовала бы сама разобраться с этими бестиями.

Видя, что дела идут из рук вон плохо, к нам на выручку поспешила Амаранта. Втроем мы не без труда пробились к дыре в стене. Я первым нырнул в отверстие, радостно заметив, что одна из кукол последовала за мной. Постепенно поле боя переместилось в грот. Поначалу игрушки не обращали внимания на смену обстановки. Но после того как Андрею удалось бросить одну из них на алтарь, где та и осталась лежать, словно кто-то приклеил её к поверхности камня, куклы заволновались. Пригвожденная к надгробию белокурая проказница махала в воздухе руками и ногами, как черепаха, упавшая на спину, и верещала так, что барабанные перепонки не лопались только чудом. Наблюдая за страданиями своей подруги, куклы приуныли. Их пыл начал остывать, движения стали более скованными, они все чаще промахивались.

Амаранта извернулась и схватила одну из игрушек. Та кусалась и брыкалась, но девушка стойко переносила боль. Опустив куклу на алтарь, она победно мне улыбнулась. Осталось две.

Увы, я не мог позволить себе такой роскоши – пожертвовать собственными руками. Если кожа на пальцах Эмми почти мгновенно начала восстанавливаться, то мне понадобилось бы пройти долгий курс реабилитации. Поэтому я решил действовать хитростью. Мне удалось усыпить бдительность темноволосой куклы и она, пятясь от грозного меня, практически сама прижалась спиной к алтарю. Этого оказалось достаточно, чтобы увязнуть.

Последнюю оставшуюся на свободе игрушку мы теснили все вместе. Как стая голодный волков мы окружили малышку со всех сторон, отрезая ей путь к спасению. Большие глаза испуганно таращились на нас, но мы, наученные горьким опытом, не купились на внешнюю безобидность.

Не прошло и час, как все куклы заняли свои места на алтаре. Настало время совершить обряд. Все, кроме Ксюши, отступили назад. В этой партии роль ведущего отводилась магу.

Ксения распростерла руки над алтарем и принялась читать заклинание. Я не вслушивался в звучание латинских слов, куда интереснее было наблюдать за происходящим с куклами. С каждым новым звуком заклинания их черты менялись. Словно туловища положили в печь и теперь медленно плавили на огне. Фарфор то расплывался, искажая линии подбородков, губ, носов и глаз, то снова принимал старую форму. Но с каждым разом все меньше жизни оставалось в широко распахнутых глазах, все равнодушнее становились улыбки. Так продолжалось до тех пор, пока последние капли жизни не покинули маленькие тела, легким облаком взвились к потолку грота и растворились там, точно никогда их не было. На алтаре теперь лежали четыре обычные игрушки. Единственное, что хоть как-то отличало их от собратий – это внешняя непривлекательность.