Чтение онлайн

Дой усмехнулся.

– Вот и сложности намечаются.

– Мы стоим и оглядываемся по сторонам, точно шпионы, – вмешался Лебедь. – Кому-то это может не понравиться.

Может быть, хотя попадавшиеся нам до сих пор чиновники и были ужасающе расхлябанны. Наверняка в последнее время им жилось спокойно. По крайней мере, с тех пор, как исчез Черный Отряд.

– Кому-то – скорее всего, мне, поскольку я – единственная среди нас, чья легенда соответствует внешности – нужно отправиться на разведку. – Первоначально планировалось раскинуть лагерь на бесплодном склоне холма неподалеку от того места, где теперь стояло это новое строение.

Меня охватила тревога. Почему нет дозорных, которые должны были дожидаться, когда мы спустимся с гор? Я очень надеялась, что это всего лишь оплошность Сари. Она была связана с Отрядом целую эпоху, но так и не научилась мыслить как воин и, подобно многим гражданским, не понимала, к чему все эти мелкие предосторожности. Ей могло просто не придти в голову, как это важно – выставить наблюдателя.

Я молилась, чтобы дело было именно в этом.

Никто не стал оспаривать мое предложение отправиться на разведку. Бедная я. Иди, разбивай и дальше измученные ноги, пока остальные будут бездельничать в тени молодых сосен. Белая ворона материализовалась спустя несколько минут после того, как я обогнула холм и оставшиеся исчезли из вида. Она буквально набросилась на меня и проскрипела что-то. Потом развернулась и налетела снова. Я попыталась отмахнуться от нее, точно от огромного, надоедливого комара. Она засмеялась и повторила свой маневр, но теперь в ее скрипе послышалось что-то вроде слов.

И тут до меня дошло – в конце концов. Птица хотела, чтобы я последовала за ней.

– Веди меня, предвестник беспощадный, но только помни, что я не гунни и, значит, не связана запретом есть мясо. – В самые трудные времена моей военной карьеры я не раз имела удовольствие – если это подходящее слово – есть жареную ворону.

Ворона, похоже, в точности знала, что у меня на сердце. Она полетела прямо к большому палаточному городку на склоне холма, возвышающегося над окраинными домами Нового Города. Наши люди, скорее всего, составляли лишь часть поселенцев, но рука Сари чувствовалась во всем. Чисто, аккуратно, прибрано. Точно так, как этого требовал Капитан, хотя в его времена в порядке держали, главным образом военное снаряжение.

Меня раздирали внутренние противоречия. Что делать? Броситься вперед, чтобы увидеться с теми, кого мне так недоставало на протяжении этих месяцев? Или вернуться обратно и прихватить моих спутников? Стоит мне увидеться со своими, и все остальное просто вылетит из головы…

Мне принимать решение не пришлось – это сделал за меня Тобо.

– Дрема!

Откуда-то слева затопали ноги, и мгновенье спустя меня заключили в объятия.

Я с трудом освободилась.

– Ты вырос.

Заметно. Теперь он был выше меня. И голос стал звучнее и глубже.

– Больше ты не сможешь изображать Шики. Сердца всех Шики в Таглиосе будут разбиты.

– Гоблин говорит, что очень скоро я начну разбивать девичьи сердца.

Без сомнения. Из него должен был получиться очень представительный мужчина, к тому же явно не страдающий недостатком самоуверенности.

Совершенно нехарактерным для меня образом, я обняла его рукой за талию, и мы направились туда, где уже замелькали другие знакомые лица.

– Как прошло ваше путешествие? – спросила я.

– По большей части весело, за исключением тех моментов, когда они заставляли меня учиться, а это случалось очень часто. Сри Сурендранат еще хуже Гоблина, но он говорит, что я могу стать ученым. Поэтому ма всегда соглашалась с ними, когда кому-нибудь приходило на ум заниматься со мной. Но все же мы видели множество удивительных вещей. Например, этот храм в Прайпарбед, весь покрытый замечательной резьбой… Ох, прости, тебе это, наверно, не интересно.

В сознании Тобо я была кем-то вроде целомудренной монахини. И большую часть своей взрослой жизни вполне соответствовала этому образу. Но дело не в том, что я была принципиальной противницей приключений, – мне просто было наплевать на себя. Вероятно, потому, настаивал Лебедь, что мне не довелось встретить мужчину, чье животное начало полностью подавило бы мое чисто интеллектуальное нерасположение к таким вещам. Лебедь считал себя большим специалистом в этой области.

Он не давит на меня. Кто знает? Может быть, в один прекрасный день во мне проснется любопытство – настолько, что я решусь на эксперимент. Просто чтобы выяснить, способна ли я войти в столь тесный контакт и не броситься тут же наутек, туда, где я буду чувствовать себя в безопасности.

Теперь и другие подошли, чтобы поприветствовать меня с сердечностью, которая пробудила к жизни еще одно местечко в моей душе, маленькое, теплое местечко. Я затрепетала. Мои друзья. Мои братья. Все вокруг суетились, шумно и много говорили. Теперь дело пойдет. Теперь мы отправимся, куда следует. Теперь мы нанесем очередной удар. Дрема здесь, значит, все будет в порядке.

– Бог знает все секреты и все шутки, – сказала я. – Хорошо бы Он поделился со мной, зачем Ему вздумалось так пошутить – создать эту команду паршивых наемных убийц. – Мизинцем я потихонечку смахнула слезинку, прежде чем до кого-то дошло, что это не дождь. – Все вы, парни, кажетесь на редкость упитанными для людей, которые так долго находились в пути.

Кто-то сказал:

– Проклятие, мы ждали тебя почти целый чертов месяц. Даже те, кто тащились медленнее всех, здесь уже неделю.

– Как там Одноглазый? – спросила я, когда Сари пробилась через толпу.

– Дерьмово, – ответил кто-то. – Как ты узнала?..

Мы с Сари обнялись.

– Мы уже беспокоиться начали, – сказала она.

В ее тоне прозвучала вопросительная нотка.

– Тобо, твоя бабушка и дядюшка Дой ждут в лесу на той стороне дороги. Сбегай и скажи им, чтобы шли сюда.

– Где остальные? – спросил кто-то.

– С ними только Лебедь. Остальные немного отстали. Добравшись до предгорий, мы разбились на три группы. Там вокруг летали вороны. Мы хотели заморочить им головы.

– Мы действовали точно так же, когда высадились на берег, – сказала Сари. – Ты видела много ворон? Мы – всего несколько. Может, они вовсе и не связаны с Протектором.

– Одна белая все время вертелась поблизости.

– Мы ее тоже видели. Ты голодна?

– Шутишь? Я ела только стряпню твоей матери с тех пор, как мы покинули Джайкур.

Я оглянулась по сторонам. Люди, не принадлежавшие к Черному Отряду, стояли поодаль, наблюдая. Может, они тоже беглецы. Энтузиазм, с которым меня приветствовали, наверняка вызовет в их среде разговоры.

Сари засмеялась. Это был скорее смех облегчения, чем хорошего настроения.

– Как мама?

– Мне кажется, с ней что-то не так, Сари. Она больше не та занудная, вечно всем недовольная старая Кы Гота. Большую часть времени она погружена в себя. А когда просыпается, ведет себя почти прилично.