Чтение онлайн

– Если она что-то заподозрила, вскоре здесь могут появиться и Тени, – заметил Дой.

Это, конечно, было самое лучшее средство Душелова выследить нас. Тени перемещались быстрее ворон, были способны понять более сложные инструкции и могли принести гораздо больше информации. Но вот вопрос – могла ли Душелов контролировать их на таком расстоянии? Прежние Хозяева Теней имели большие трудности с тем, чтобы управлять своими «любимцами» при значительном удалении.

Мы двинулись берегом озера Тангаш. Все использовали возможность выкупаться в ледяной воде. Заброшенная дорога вывела нас на равнину Чарандапраш, где Черный Отряд одержал одну из своих самых выдающихся побед, а Великий Генерал потерпел одно из своих самых позорных поражений – хотя и не по своей вине. История капризна, и имя его трусливого хозяина – Длиннотени – в связи с этим событием в ней не упоминается. Обломки того сражения все еще были разбросаны по склонам. У перевала через Данда-Преш стоял небольшой гарнизон, который, казалось, ничуть не интересовался ни наведением порядка, ни тем, кто и куда направляется. Никому до нас не было никакого дела. Никто не задал ни одного вопроса. Нам сказали, какую пошлину нужно уплатить, и предупредили, что осел может поскользнуться, потому что скалы все еще покрыты льдом. Еще мы узнали, что в последнее время через перевал что-то зачастили люди, хотя обычно это случалось крайне редко. Из чего мне стало ясно, что никаких непреодолимых трудностей на пути группы Сари не возникло и что они, как и следовало, опережают нас, несмотря на всех своих стариков и спутников поневоле.

В горах было гораздо холоднее и меньше растительности, чем в предгорьях, которые мы только что пересекли. Хотелось бы мне знать, какое впечатление все это производило на Радишу, – я имею в виду, что она думала по поводу империи, завоеванной для нее главным образом Отрядом. Без сомнения, сейчас у нее на многое открылись глаза.

Она остро нуждалась в том, чтобы они открылись. Большую часть своей жизни она, точно в клетке, провела во Дворце.

Белая ворона возвращалась снова и снова раз в несколько дней, а ее черные товарки куда-то пропали. Может быть, Протектор отослала их в другое место.

Хотелось бы мне владеть способностью Мургена покидать свое тело. С тех пор, как мы ушли из Рокового Перелеска, мне ни разу не приснился сон, который позволил бы узнать новости. Очень огорчительно, в особенности, после того, как обнаружишь такой легкий способ доступа к секретам, невзирая на расстояние.

По ночам в горах было по-настоящему холодно. Я призналась Лебедю, что временами у меня возникает искушение принять его предложение, сбежать отсюда куда-нибудь подальше и завести пивоваренный завод и скромное хозяйство. Когда дрожишь от холода, начинает казаться, что несколько мелких грешков не имеют значения.

Точно установить временную последовательность происходившего в Таглиосе представляется маловероятным, потому что за последние пятнадцать дней наши взаимоотношения с главным осведомителем, Мургеном, носили случайный характер. Но даже его обрывочные описания событий в городе, последовавших за нашим исчезновением, чрезвычайно интересны.

Вначале Протектор не заподозрила ничего. Мы оставили в городе «пузыри», взрывающиеся с появлением дымовых картинок, распустили всевозможные слухи, но постепенно все это пошло на убыль, и таглиосцы начали кое-что понимать. Одновременно в народе возникло подозрение, что Протектор разделалась с правящей княгиней. К этому времени людей уже стало труднее обмануть.

Появление Великого Генерала и его армии обеспечило сохранение мира. Кроме того, оно развязало Протектору руки. Теперь, когда ей не нужно было тратить время на запугивание друзей с целью обеспечить их поддержку, она могла начать охотиться на врагов. По прошествии всего нескольких дней она обнаружила товарный склад нюень бао в районе порта. В данный момент он был пуст, если не считать клеток, в которых томились похищенные члены Тайного Совета. Никто из них, конечно, не мог в дальнейшем исполнять свои обязанности. Повсюду были понаставлены ловушки, для обезвреживания которых пришлось привлечь немало народу, но ни одна из них не оказалась настолько хитроумной, чтобы причинить вред самой Душелову. Однако некоторые Серые оказались не столь удачливы. Наследие, оставленное Отрядом, пожинало свою смертельную жатву. Увидев изувеченные тела, Протектор отнеслась к этому зрелищу с характерным для нее бессердечием.

– Тем, кто хлопает ушами, туда и дорога, – заявила она Могабе.

Судя по всему, Великий Генерал был с ней полностью согласен.

Опрос соседей, проводившийся весьма энергично, ничего существенного не дал. Купцы нюень бао вообще старательно поддерживают завесу таинственности вокруг себя и своей деятельности. Стремясь обеспечить себе большую анонимность, они даже прибегают к колдовству. Удалось обнаружить лишь обрывки нашей паутины заклинаний.

– Я носом чую этих двух колдунов, – бормотала Душелов. – А ты ведь клялся, что они мертвы, Великий Генерал. Как же так?

– Я собственными глазами видел их мертвыми.

– Лучше не раздражай меня. Тогда, может, и доживешь до того дня, когда и в самом деле увидишь их мертвыми. – Все это было произнесено голосом избалованного ребенка.

Великий Генерал не стал отвечать. Если Душелову и удалось напугать его, он не подал вида. И не выказал ни малейшего недовольства. Он просто ждал, не без оснований уверенный в том, что слишком ценен для нее и поэтому ему не грозит стать жертвой злобного каприза. Не исключено, что в самой глубине души он считал себя даже ценнее Протектора.

– Они не оставили ни малейшего следа, – пробормотала Душелов позднее, ровным голосом, который мог бы принадлежать ученому. – Они ушли. И все же ощущение их присутствия сохраняется, такое отчетливое, как если бы здесь все стены были залиты кровью.

– Иллюзия, – сказал Могаба. – Не сомневаюсь, что в Анналах Черного Отряда можно отыскать сотню примеров, когда они создавали у врагов иллюзию, что движутся в одном направлении, в то время как сами уходили в другом. Или внушали, что их гораздо больше, чем на самом деле.

– Не меньше примеров можно было бы найти и в моих дневниках. Если бы мне вздумалось хранить их. Я не делаю этого, потому что любые записи – лишь вместилище лжи, которую автор хочет подсунуть читателю. – Теперь это был голос, который ученому принадлежать не мог. Голос человека, на собственном горьком опыте убедившегося в том, что образование – лишь способ научить людей обманывать. – Их больше здесь нет, но они могли оставить шпионов.

– Конечно, они так и сделали. Это входит в доктрину. Но понадобится чертова уйма времени, чтобы обнаружить их.

Пока Протектор и ее доблестный защитник беседовали, Джауль Барунданди и два его помощника накрывали на стол. Никто не замечал их присутствия. Слуги для Душелова были чем-то вроде мебели, а на «мебель», при всей своей параноидальности, Душелов внимания не обращала. Сразу же после исчезновения Радиши всех служащих Дворца допросили, но сообщников преступников среди них не обнаружили.

Протектор, конечно, знала, что персонал любил ее меньше, чем Радишу. Но ее это мало волновало. Ни один простой смертный не мог разрушить ее личную защиту. Сейчас равных ей в мире не было. Абсолютная порочность и сохранявшаяся столь долго неуязвимость поставили ее в положение, в котором она чувствовала себя королевой мира, не меньше. Если ее вообще волновал этот вопрос.